Румынские сказки - Крянгэ Ион - Страница 46

Начали они торговаться. Торговались, торговались, пока не сговорились: дали старику две шапки золота, забрали метёлку и ушли с ней.

Как пришли братья-воры домой, сразу же в конюшню бросились — коня воскрешать.

Ничего не выходит.

Попытались потом воскресить мужика одного из их села… только тот-то помер по-настоящему, как все люди умирают, куда же ему бедняге, из мёртвых восставать!

Помчались они сызнова к старику, от злости ног под собой не чуют, об одном только и думают — связать его и потащить в суд.

Но только старик тоже не сидел сложа руки, пока они домой ходили, пока метёлке испытание устраивали да обратно к нему возвращались. Вышел он из дому, наведался по очереди во все корчмы, что по дороге к суду, со всеми корчмарями сговорился, что они должны делать, да тут же с ними и расплатился.

Прибежали к нему братья-воры, трясутся от злости, а он им говорит:

— Пожалуйста, пойду в суд, почему не пойти, бояться-то мне нечего, я вам дал товар хороший, да вы его попортили. Только погодите чуток, возьму с собой мой кивер, что остался у меня с той поры, когда я в солдатах служил.

Дозволили они ему взять кивер и пошли.

Попалась им на пути корчма.

Старик и говорит:

— Остановимся малость, перекусим, а то притомился я очень, да и есть хочется. Вы тоже со мной перекусите.

Поели они, выпили, расплачиваться надо… Старик подзывает к себе корчмаря.

— Эй, хозяин!

— Что надо?

— Открой-ка бочку и всех винцом угости, пусть пьют за моё здоровье, а то иду я с этими людьми судиться.

— А кто платить будет? — спросил корчмарь, с которым дед ещё ранее сговорился.

— Как — кто? Кивер заплатит, — ответил дед и отдал кивер корчмарю.

Тот унёс кивер в другую комнату и скоро вернулся, возвратил его деду и при этом низко поклонился, словно барину какому. А старик сразу же встал из за стола и ушёл из корчмы с тремя братьями-ворами.

Те снова перешёптываться начали: что это, мол, за кивер, который сам расплачивается?

Зашёл дед по пути ещё в одну корчму, потом в другую, третью и всюду то же самое повторилось. Так шли они, пока братья не утерпели и спросили его:

— Что это, дед, за кивер, который всюду за тебя платит?

— Ну, сынки, длинная это история, кивер-то не простой, да так и быть, я вам расскажу, только коротко.

— Расскажи, сделай милость, дедушка!

— Кивер этот волшебный. Он расплачивается за всякого и повсюду. Подарил мне его сам император, когда я ещё молодым был. Воевали мы вместе, и я жизнь ему сохранил, от врагов спас.

Надумали тогда братья-воры волшебный кивер купить и просят старика продать его.

— Ну уж нет, — ответил дед, — а то останусь я совсем ни с чем. Кобылу вы убили, перекормили по своей жадности, с метёлкой бог знает что сделали, только тоже попортили, а потом пришли ещё ко мне и в суд потянули, а я уж до старости дожил и никогда не судился. Нет уж, больше продавать вам я ничего не буду, а когда из тюрьмы выйду, коли меня засудят, останется мне хоть кивер, а то всё остальное я уж по вашей милости потерял.

— Да нет, дедушка, ты уж нас прости, ошиблись мы, не подумали, — захныкали братья-воры, — не будем мы больше, а ты как следует нас обучи, что с кивером делать надо…

— Да я вас и в те разы обучал, только чем я виноват, ежели вы никак в толк ничего не возьмёте?

— Теперь непременно возьмём, а тебе заплатим за кивер три шапки золота.

Почесал дед затылок, задумался.

— Знаете что?

— Что? — спросили братья.

— Продам вам, пожалуй, кивер, да лишь с одним уговором.

— Ну, говори быстрее.

— Вы мне дадите три шапки золота и грамоту. А в ней напишите, что ко мне больше приставать не будете, что бы ни случилось. Согласны?

— Согласны.

— Ну, ударим по рукам, раз так.

Написали они грамоту, взял старик деньги, а братья-воры — кивер, разошлись, каждый в свою сторону и больше никогда не виделись. Дед и на этот раз обманул братьев-воров, но они не могли ничего поделать — грамоту-то сами подписали. А старик дал им знать, что всё это он в отместку сделал за то, что они его первые обманули.

А я кончил эту сказку, и всё это такая же чистая правда, как…

СКАЗКИ РУМЫНСКИХ ПИСАТЕЛЕЙ

Ион Крянгэ

Сказка про Белого Арапа

Перевод А. Садецкого

В некотором царстве, в некотором государстве жил, говорят, король, и было у него три сына.

Старший брат того короля царствовал в другой, далёкой стране, и звали его — Зелен-царь. У Зелен-царя сыновей не было, а только дочери.

Братья-цари не виделись уже много лет, а их дети, королевичи и царевны, друг друга и вовсе никогда не встречали. Получилось так, что Зелен-царь не знал своих племянников, а король не видывал своих племянниц, потому как держава, которой правил старший, находилась на одном краю света, а держава меньшого — на другом. Кроме того, в те давние времена чуть ли не все страны вели опустошительные войны, дороги по воде и суше были мало изведаны, да и страх как запутаны; путешествовать легко и без опаски, как в наши дни, никак нельзя было. Многие, кому приходилось отправляться в чужедальние края, домой так и не возвращались.

Но лучше не болтать попусту, начну-ка я сказку сказывать своим чередом.

Говорят, стало быть, что Зелен-царь к старости занемог. Отписал он брату своему, королю, грамоту с наказом прислать к нему без промедления самого достойного из его сыновей, чтобы тот после смерти дяди вступил на царский престол.

Король, как только получил грамоту, созвал всех своих сыновей и сказал им:

— Вот что пишет мне мой брат, и ваш дядя. Ежели кто из вас считает себя достойным управлять такой большой и богатой державой, дозволяю ему поехать и выполнить последнюю волю моего брата.

Старший сын собрался с духом и молвил:

— Я так думаю, батюшка, что эта честь мне положена, как старшему брату. Прошу тебя, выдай мне деньги на дорогу, смену платья, оружие и верхового коня, чтобы я смог не мешкая в путь отправиться.

— Хорошо, сынок дорогой. Коли надеешься благополучно добраться и считаешь, что сумеешь управлять людьми, выбери себе любого коня из табуна, возьми денег сколько надобно, платье, какое приглянется, оружие по плечу да по силе твоей и пустись в час добрый в путь-дорогу.

Отобрал королевич всё, что было ему надобно, поцеловал у отца руку, взял у него грамоту для царя, попрощался с братьями, сел на коня и весело ускакал.

А король решил его испытать. Ничего никому не сказал, а под вечер тайком натянул он на себя медвежью шкуру, оседлал коня, погнал по другой дороге наперерез сыну, да и спрятался под мостом.

Мчится королевич и вдруг видит: из-под моста с рёвом вылезает ему навстречу медведь. Конь королевича взвился на дыбы, захрапел от страха и едва не сбросил хозяина на землю. Никак не смог совладать королевич с конём, не отважился ехать дальше, и к стыду своему, повернул домой. А отец-король снова опередил его, знать, поехал по короткой дороге. Коня расседлал, медвежью шкуру спрятал и стал дожидаться сына.

Видит он — королевич домой прискакал да невесёлый такой.

— Что ты забыл дома, сынок дорогой, почему воротился? — спрашивает король. — Недобрая, говорят, примета.

— Забыть-то ничего не забыл, батюшка, но у моста выскочил мне навстречу страшный медведь, напугал меня до смерти. Вырвался я еле-еле из его когтей и подумал: лучше мне домой, к тебе воротиться, чем диким зверям на растерзание достаться. Теперь мне едино — пусть поедет к дяде кто захочет, а мне не надо ни царства, ни другого чего. Не собираюсь я жить вечно и не мыслю всю землю унаследовать.