Черная тень - Харпер Стивен - Страница 24

— У нас еще есть куртка из такого же материала, — сказал продавец и, достав вещь, набросил ее мальчику на плечи.

Кенди вдел руки в рукава куртки и посмотрел в зеркало. У него перехватило дыхание. Просто великолепно! Куртка из мягкой замши, по тону чуть светлее, чем его собственная кожа, плотно облегала тело, не стесняя в то же время движений, будто была сшита специально на него.

— Выглядит восхитительно, — прошептала Ара у него за спиной. — Сшито прямо как на тебя.

— Она с водоотталкивающей пропиткой, — сообщил продавец. — Выдается также пожизненная гарантия. Если станет мала, можно прийти к нам, и мы слегка переделаем ее так, чтобы было по размеру. Это касается и ботинок.

Кенди вертелся перед зеркалом, не в силах оторвать глаз от куртки. Ара права — создана как будто специально для него. Ничего подобного еще не было в его жизни, и никакую другую вещь мальчик так страстно не желал, как эту куртку.

— Сколько она стоит? — спросил он.

— Четыреста фримарок, — отозвался продавец, и Кенди побледнел.

— Слишком дорого, — сказал он, неохотно снимая куртку. — Я уже и так на ботинки изрядно потратился.

— Не так уж важно, сколько стоит, если вещь хороша и так тебе подходит, — сказала Ара. — Надо ее взять.

— Опять потакаешь человеческим прихотям, верно, матушка? — раздался голос подошедшей к ним Дорны. — Держу пари, ты предложила бы шампанское в награду тому, кто только что вышел из запоя!

— У Ирфан нигде не сказано, что роскошь безоговорочно может считаться злом, — парировала Ара.

— А вот реальные люди как раз так и считали… то есть считают, — вставил свое слово Кенди.

— Реальные люди? — переспросила матушка озадаченно.

Мальчик вернул куртку продавцу, тот принял ее, не произнеся ни слова.

— Это мой… народ. Их основной принцип — умеренность во всем. Ботинки еще можно оправдать, мне нужна хорошая обувь, но куртка — уже лишнее.

— Кенди, ты три года провел в рабстве, — тихо произнесла Ара. — Нет ничего дурного в том, чтобы теперь немного себя побаловать. И не забывай, ты ведь потом за все рассчитаешься. Если будешь хорошо учиться, оглянуться не успеешь, как станешь членом ордена.

Мальчик снова взглянул на куртку, которую держал в руках продавец. Он все еще ощущал на плечах ее мягкость, чувствовал приятный запах новой кожи. Но все же решительно покачал головой, хотя и не мог скрыть разочарования, прозвучавшего в его голосе, когда он заговорил:

— Не стоит. Это на самом деле слишком дорого. Для баловства достаточно и ботинок.

— Что ж, тебе виднее. — Ара пожала плечами. — Давай посмотрим, как там остальные.

Все трое, Уилла, Кайт и Джерен, набрали себе приличную гору одежды. Джерен не стал ограничиваться в выборе одной лишь черной кожей, и его вкус в одежде был, несомненно, весьма дерзок и вызывающ. Вещи, выбранные Кайтом, представляли собой сплошную мешанину стилей, а Уилла ограничилась несколькими неприметными одеяниями коричневого цвета самого что ни на есть консервативного фасона.

— Больше ничего не желает покупать, — заявила Дорна, в шутливом отчаянии воздев руки. — А уж как я ее уговаривала!

Девочка, услышав эти слова, отчаянно покраснела.

— Подготовить на все счет и оформить доставку, матушка? — обратился к Аре продавец.

— Да, будьте любезны. — И женщина сообщила ему адрес. — Благодарим за помощь.

Уже выходя из магазина, Кенди бросил на куртку последний грустный взгляд, вздохнул и пообещал себе, что непременно вернется сюда и купит эту куртку, ну или другую такую же, как только выплатит монастырю все долги, которые ему еще предстоит сделать.

Когда вся компания вышла из магазина, Ара объявила, что пришла пора пообедать. Матушка привела их в открытое кафе, где они заняли столик в тени у перил. Едва они успели сделать заказ, как вдруг пол под ногами задрожал, и на столах зазвенела посуда.

— Что еще за черт! — воскликнул Джерен. Дорна наклонилась за ограду и показала пальцем вниз.

— Вон, смотрите.

Кенди, Кайт и Джерен наклонились через перила и стали смотреть вниз; Уилла же, наоборот, отпрянула назад. Далеко внизу они увидели около дюжины здоровенных, тяжелых, неуклюжих на вид созданий с длинными шеями и крепкими длинными хвостами. С такого большого расстояния было трудно определить истинный размер этих существ. Но когда их огромные ноги опускались на землю, дрожали даже гигантские деревья.

— Они каждый размером с небольшой дом, вы видите? — пояснила Дорна, когда Кенди спросил ее об этом. — Гораздо крупнее, чем мелкощетинистые. Эти твари страшно глупы и неповоротливы и совсем не смотрят, куда ставят ногу, так что не стоит подходить к ним слишком близко.

— А интересно было бы прокатиться на нем верхом, — заметил Кенди.

Ара в ужасе замахала руками.

— Без такой разновидности острых ощущений ты вполне, я уверена, сможешь обойтись, — заявила она. — У тебя, поверь мне, хватит приключений и без скачек на спине динозавра.

— Тк-вордне-мнго-прключен? — спросил Кайт.

Ара не отвечала. Она опять сидела, устремив взгляд прямо перед собой.

— Матушка Ара, — позвал Кенди.

Ара растерянно поморгала.

— Опять я размечталась. Извини. Ты что-то спросил, Кайт?

— Вордне-мнго-прключен? — повторил тот свой вопрос.

— Ты хочешь знать, много ли приключений в ордене? Все зависит от того, чем заниматься, — ответила Ара. — У меня, например, часто бывают поручения за пределами планеты, также я занимаюсь поисками Немых и их вызволением из рабства, поэтому иногда попадаю в… непростые ситуации. — Она рассмеялась. — У меня больше фальшивых паспортов, чем у какого-нибудь преступника. Но такая жизнь — скорее исключение. Большинство членов ордена занимаются проблемами коммуникаций через Мечту, или преподаванием, или научной работой. Когда вы получите степень, то сможете заниматься практически всем, чем пожелаете.

— Получим степень? — прошептала Уилла зачарованно.

— Ну да. Чтобы работать в Мечте, необходимо сначала получить степень. Во всяком случае, чтобы работать с нами. В монастыре предоставляется весьма обширное общее образование, а сам студент выбирает для себя некоторые предметы для более глубокого изучения и последующей специализации.

— Какие, например? — поинтересовался Джерен.

В это время к ним приблизился официант с подносом. Кенди заказал сэндвич с ветчиной и жареную картошку — кое-какая еда, как видно, пережила и века и расстояния. И теперь ноздри мальчика дразнил восхитительный запах. Кенди едва не застонал от удовольствия, вонзив зубы в сэндвич, щедро сдобренный белым соусом с чуть сладковатым, острым привкусом, и попробовав горячей хрустящей картошки фри. Жареный картофель не входил в меню рабов на ферме у Жизель Бланк, и ничего подобного мальчик не ел уже много лет.

Когда официант отошел, Ара ответила на вопрос Джерена.

— Специализироваться можно практически по любому предмету, какие предлагаются и в любом университете для не-Немых. Это математика, музыка, информатика, генетика… Желающие могут обучиться пилотированию летательных аппаратов.

Кенди чуть не подскочил на своем стуле.

— Пилотированию? То есть я смог бы управлять и космическим кораблем?

— Ну конечно. Нам всегда требуются хорошие пилоты. Изучать можно все что угодно. Как сказала Ирфан, «чем больше знаешь, тем меньше рискуешь».

Мальчик живо представил, как он стоит у руля звездолета, мастерски проводит машину через вражеский огонь, ловко уклоняясь от смертоносных лучей лазерных орудий. В детстве больше всего ему нравились космические игрушки-стрелялки, и он всегда представлял себя на месте капитана. И, кроме того, став пилотом, он получит дополнительные шансы отыскать свою семью…

— Кнди-ты-че-задумался? — Кайт прикоснулся к его плечу и тут же резко отдернул руку, что тем не менее не спасло Кенди от сильного удара, пронзившего его до самых пяток. Мальчик потер занывшую руку.

— Эй, поаккуратнее, — велела Дорна. — Не забывай, что здесь, когда прикасаешься к человеку впервые, скорее всего испытаешь удар.