Черная тень - Харпер Стивен - Страница 22

Шли медленно, разговаривая, обмениваясь впечатлениями и останавливаясь, чтобы внимательнее взглянуть на что-нибудь интересное. Дорна их не торопила, давая возможность вдоволь насмотреться на все, что привлекало внимание. Солнце, которое к тому времени уже довольно высоко поднялось над горизонтом, разогнало почти весь туман внизу. Кенди быстро привык не обращать внимания на головокружительные пропасти, открывавшиеся внизу на каждом шагу. Воздух был свежим и чистым, среди листвы порхали, распевая свои утренние песни, птицы, сновали маленькие юркие ящерицы. Время бежало, и вокруг начали появляться люди. Они передвигались пешком по подвесным тротуарам, проплывали мимо в металлических гондолах. На многих, хотя и не на всех, были свободные одеяния коричневого цвета, а шею украшал гладкий золотой медальон, что свидетельствовало о принадлежности человека к ордену Детей Ирфан.

— В ордене все Немые? — спросила Уилла. Девушка кивнула, тряхнув черными кудрями.

— Это непременное условие. Но в монастыре работают и не-Немые.

— Нам тоже надо носить все коричневое? — поинтересовался Джерен. — Как-то скучновато.

— Надевай, парень, что захочешь, — ответила Дорна с безразличным видом. — И студенты, и члены ордена предпочитают этот цвет для того, чтобы всем было ясно, что они Немые. Но это не обязательно. А вот медальон носить необходимо.

— А для чего он? — задал свой вопрос Кенди. — Я как раз хотел спросить.

Девушка, как опытный экскурсовод, спускалась по лестнице спиной вперед, не сводя взгляда со своих подопечных.

— Медальон символизирует, что вы находитесь под защитой Ирфан и являетесь членами ее ордена. Медальоны разрешается носить только членам ордена и студентам, прошедшим базовый курс обучения.

Переходы слегка покачивались под ногами. Кенди это ничуть не тревожило, но вдруг он заметил, что Уилла прямо-таки позеленела. Он проследил за ее взглядом, и у него перехватило дыхание. Прямо за спиной Дорны, которая так и шла, не оборачиваясь, задом наперед, возникло удивительное существо, получеловек-полуконь, сразу же напомнившее мальчику мифических кентавров. Крепкое коренастое тело создания покрывал светлый мех, четыре ноги заканчивались массивными копытами. Широкие плечи венчала изогнутая шея, крепкие мускулистые руки были четырехпалыми. Над широко расставленными глазами, в самой середине лба существа темнело какое-то непонятное отверстие. Передние ноги были более мощными и крепкими, чем задние, и поэтому весь корпус странного создания казался наклоненным назад. Кенди, как, впрочем, и его товарищи, уставился на него во все глаза. Дорна заметила их интерес и обернулась, чтобы узнать, что происходит.

— Отец Чед-Хисак! — воскликнула она и прижала пальцы ко лбу. Мальчик не слишком понял, что означает этот жест. — Рано ты сегодня поднялся.

Существо принялось быстро лязгать и щелкать зубами, раздался треск, сопровождаемый еще и трубным звуком, который оно издавало через отверстие во лбу.

— Я провожу обзорную экскурсию для вновь прибывших студентов, — сообщила ему Дорна. — Они прибыли вчера вечером. Это Джерен, Уилла, Кайт и Кенди.

И она снова приложила пальцы ко лбу, на этот раз выразительно глядя на своих подопечных, пока те не догадались, что полагается сделать то же самое. Кенди не мог глаз оторвать от удивительного существа. Несмотря на крепкое и мощное телосложение, Чед-Хисак двигался с неспешной грацией, что совершенно очаровало мальчика.

Отец Чед-Хисак вновь затрещал зубами и загудел. Кенди заметил, что на шее у него висит золотой медальон, а на толстом пальце красуется перстень с нефритом.

— Он рад тому, что Ирфан направила ваши стопы сюда, — перевела Дорна. — И надеется, что когда-нибудь вы посетите его занятия.

— Он будет нашим учителем? — выпалила Уилла.

Девушка засмеялась, а Чед-Хисак опять загудел.

— Конечно. Среди ваших преподавателей будет много чед-балаарцев. Они впервые открыли для людей Мир Мечты, когда Ирфан Квасад прибыла на Беллерофон со своей экспедицией около… около девятисот лет назад. И они прекрасные наставники.

— А как же мы будем общаться? — спросил Кенди.

— Вы будете изучать их язык, а они учат наш, — ответила Дорна. — Люди не в состоянии воспроизводить звуки их речи, как, впрочем, и они с трудом говорят по-нашему, но мы можем понимать друг друга.

Чед-Хисак снова «произнес» несколько слов.

— Спасибо, отец, — сказала Дорна. — Увидимся позже, да?

И получеловек-полуконь, которого их гид назвала чед-балаарцем, поспешил прочь, цокая копытами по деревянному тротуару. Кенди провожал его взглядом, пока наконец не заметил, что Дорна уже ушла дальше и ему придется теперь догонять всю группу.

— …Они-скакойто-дргой-плнеты? — услышал он вопрос Кайта.

— Свою родную планету они называют «мир», — ответила Дорна. — На занятиях по истории вы многое узнаете о чед-балаарцах, а сейчас я скажу лишь пару слов. Ирфан Квасад, основательница ордена, была капитаном колонизаторского корабля, который во время оно стартовал с Земли. Тогда еще не было открыто смещенное пространство, и космические корабли летали со скоростью меньшей, чем скорость света. И вот их экспедиция прибыла на Беллерофон, но чед-балаарцы, как оказалось, опередили людей, они уже открыли эту планету. К счастью для нас, людей, они оказались дружелюбной расой, готовой к сотрудничеству. В чем здесь причина, до конца неизвестно, потому что с тех времен сохранилось крайне мало документов, многое было уничтожено или утеряно. Сейчас некоторые полагают, что чед-балаарцы увидели в людях потенциальную способность достигать мира Мечты, и они захотели приобщить нас к этому. Пригласив Ирфан принять участие в некой церемонии — ну, знаете, в целях укрепления отношений между двумя расами и все такое прочее, — они предложили ей попробовать наркотическое средство, благодаря которому они попадали в Мечту. Ирфан Квасад смогла перенять у чед-балаарцев эту их удивительную способность и стала считаться первой Немой человеческой расы, но тогда этим словом их еще не называли.

— А почему нас называют Немыми? — спросил Джерен.

— Точно никто не знает, — ответила Дорна. — Наиболее правдоподобным кажется такое объяснение, что те, кто наделен генами Немоты, начинают говорить гораздо позже, чем обычные дети, и в младенчестве почти не плачут.

Снизу раздался громоподобный рев. Ему ответил еще один, потом второй и третий. Джерен свесился за увитую плющом ограду, стараясь рассмотреть что-нибудь внизу, за ветвями. Уилла пискнула и зажала уши руками. Кенди последовал примеру товарища, но густые ветви и листва, к его разочарованию, полностью скрывали землю от глаз.

— Че-такое? — спросил Кайт.

— Это динозавр, — объяснила Дорна, тоже наклонившись вниз. — Такой огромный ящер. Судя по звуку, там целое стадо мелкощетинистых. Травоядные размером с хороший грузовик. А есть еще с крыльями, их мы называем птеродактилями. Эти твари безобидны, если только не трогать их детенышей или не попасться случайно такому под ноги.

— Поэтому мы и живем наверху? — поинтересовался Кенди. — Потому что они — внизу?

— Точно. Первые колонизаторы могли бы, наверное, их истребить, но никто не хотел устраивать на Беллерофоне такую же бойню, какую учинили когда-то на Земле. И тогда стали строить жилища на деревьях. — Дорна заулюлюкала. — Живем на ветках, как обезьяны, да? По мне так ничего, даже нравится.

— Да, здесь совсем неплохо. — Все обернулись. К ним приближалась Ара. Сегодня на ней тоже было коричневое одеяние. — Доброе утро, ребята. Я вижу, вы уже познакомились с Дорной.

— Доброе утро, матушка. — Девушка поднесла пальцы ко лбу так же, как она приветствовала отца Чед-Хисака. — У вас усталый вид.

Кенди повторил приветствие Дорны. Он тоже заметил, что Ара, судя по ее глазам и осунувшемуся лицу, действительно выглядит усталой.

— Спала плохо, — ответила матушка. — Но это не важно. — Она повернулась к небольшой группке тех, кто еще совсем недавно был рабом. — Дорна уже свела вас на завтрак?