Предвкушение счастья - Хармон Данелла - Страница 58

— Я не могу! — вырвалось у него.

Никто не произнес ни слова. «Пустельга» застыла в тревожном ожидании.

Британцы подходили все ближе.

Брендан снял шляпу и провел дрожащей рукой по волосам. Сердце щемило, на глаза навернулись слезы. Он посмотрел на дымящиеся вокруг остатки некогда гордого американского флота и неожиданно понял, что должен сделать.

— Лайам, — тихо позвал он. — Принеси мне пеньковую веревку и лампу из трюма.

— Брендан, что ты собираешься делать?

— Единственное, что мне осталось, — ответил он, закрыв глаза и до боли стискивая кулаки, — поджечь ее, За кормой шхуны жался трофейный корабль. Брендан смотрел поверх него в ночную темень. Время пришло.

Дрожащими руками Брендан открыл горящую лампу.

Небольшой отряд, наблюдавший за происходящим с берега, заметил еще один горящий факел, медленно двигавшийся по заливу.

Страшный крик вырвался у Майры, и она уткнулась в грудь Обадая, чтобы не видеть этого ужасного зрелища. Горела шхуна.

Глава 32

Все те, кто остался в живых в дни морских сражений, добирались домой сквозь труднопроходимые леса Майна. Многие остались лежать там, найдя свой последний приют. Настоящие потери так никогда и не были подсчитаны.

Однажды Майра с трудом открыла парадную дверь дома Эштонов и была встречена расплакавшейся от счастья Абигайль, обрадованным Эфраимом и своей новоиспеченной невесткой.

Мэтт и Эвелина поженились во время ее отсутствия.

Не сказав никому ни слова, Майра спряталась в своей комнате.

С каждым часом ее пребывания в доме боль только усиливалась.

В нескольких лавках висели великолепно выполненные наброски морских сражений, за которые просили большую цену. Майра зашла в одну из них и случайно увидела рисунки. Она узнала их автора, даже не взглянув на подпись. Больше она туда не заходила.

Соседи, уставшие от постоянных криков в доме Эштона, переехали, и теперь в их доме жила молодая чета Эштон. Мэтт стал видеть одним глазом.

На верфи Эштона, недалеко от того места, где родилась легендарная «Пустельга», строили новый корабль с гладкими бортами, быстроходный и легкий, с изящным носом и заостренной кверху кормой. Бриг решено было назвать «Эвелиной», а нос его украсить женской головкой блондинки с нежными глазами. Чертежи брига были сделаны капитаном Мерриком, полуирландцем, героем, который нашел свою гибель где-то под Пенобскотом.

Эфраим, который не мог больше выносить удрученного состояния дочери, решил все взять в свои руки. Его дочь не должна провести свою жизнь в одиночестве. Заручившись согласием Обадаи Боббса, он договорился выдать Майру замуж за его тридцатилетнего сына, человека более склонного к стихам, чем к морскому делу.

Эфраим ожидал сопротивления со стороны дочери, но та растеряла силу духа где-то в лесах Майна. Ее больше ничто не интересовало.

Было решено устроить свадьбу через две недели, к большому неодобрению Мэтта и Абигайль. Но Эфраим был неумолим. Майре нужен муж, чтобы помочь оправиться от недавней утраты. Роджер Боббс был порядочным человеком, немного скучным, правда, но они должны были поладить.

День свадьбы приближался, а Майра увядала, как цветок. Она не думала о будущем, а жила только воспоминаниями о прошлом.

Церковь быстро заполнилась, несмотря на жаркий день. Преподобный Эдвард Басе потел в своем парадном одеянии. Жених нервничал и был бледен как полотно. Среди гостей были морские капитаны в красивой форме, моряки в свежевыглаженных рубашках, торговцы, домохозяйки, юные девушки.

Появилась невеста в сопровождении отца. На ней было бледно-голубое платье, отделанное рюшами по вороту и рукавам, кружевной чепчик покрывал роскошные волосы. Зеленые глаза девушки были совсем отрешенными, губы казались бескровными, щеки побледнели.

Эфраим выглядел гордым и довольным, а Мэтью Эштон, которого сопровождала молодая жена, — рассерженным. Его рыжие волосы торчали в разные стороны из-под треуголки, а карие глаза сердито поблескивали под очками. Губы Мэтта были сжаты в тонкую полоску, и многие слышали его сердитый шепот:

— Отец! Не делай этого! Это несправедливо! Она не в себе!

— Заткнись, Мэтт! Это самый счастливый момент в жизни твоей сестры, и не порть его!

— Черт побери, отец!

— Заткнись! Ты в церкви!..

— Но кому нужна такая жертва?

Преподобный прокашлялся. Жених заметно занервничал. Громко расплакавшийся ребенок нарушил установившуюся тишину.

— Возлюбленные мои! Мы собрались сегодня…

Майра слышала его слова точно сквозь какую-то пелену.

Она посмотрела на Роджера, и ей стало жаль беднягу.

— Капитан Эштон, отдаете ли вы эту женщину мистеру Роджеру Боббсу?

Эфраим выпятил грудь и произнес:

— Да.

— Мисс Майра, пожалуйста, повторяйте за мной…

Снаружи раздался громкий стук копыт, и в церковь ворвался запыхавшийся человек. Он торопливо снял шляпу и громко выпалил:

— Скорее! Два корабля поднимаются по реке! Это наверняка те, что сражались у Пенобскота!

Пастор с явным неудовольствием смотрел, как гости торопливо потянулись на улицу. Через мгновение просторная церковь опустела. Не осталась даже семья Майры.

Роджер стоял, переминаясь с ноги на ногу, а потом произнес:

— Полагаю, мне лучше тоже пойти… Мисс Майра, вы не возражаете? Мы можем пожениться позже, когда все вернутся.

— Хорошо, — тихо прошептала она.

Он ушел, и Майра осталась одна. Девушка расплакалась, горькие воспоминания терзали ее сердце. Пушечный салют только усилил ее печаль. Когда раскаты стихли, она услышала оглушительные крики.

Не важно, что это был за корабль, главное, что это не «Пустельга». Майра закрыла лицо руками и разрыдалась. Почему они так не приветствовали Брендана, когда он сразился с Кричтоном, когда вернулся домой с Мэттом?

Теперь крики раздавались возле самой церкви. Краешком глаза Майра заметила в окно огромную толпу, которая несла на плечах человека. Она слышала радостные восклицания:

— Ничего тянуть с этой свадьбой! Мы так долго ждали и больше не собираемся ждать!

— Сейчас же! Скорее!

Майра услышала голос отца:

— Черт бы тебя побрал! Ты появился как нельзя кстати! Еще немного, и судьба бедолаги Роджера была бы хуже смерти! Ну давай, занимай скорее свое место рядом с ней! Мне нужен зять, и я больше не собираюсь ждать ни минуты, слышишь?!

— Женись! Женись на ней! — громче и громче кричала толпа.

Яркий свет, проникавший в открытую дверь церкви, вдруг померк. Майра подняла голову и повернулась, слезы моментально высохли у нее на глазах.

Там, в дверях, подталкиваемый нетерпеливой толпой, стоял высокий, красиво одетый мужчина в лихо сдвинутой на затылок треуголке. Он улыбался и держал перед собой рисунок: фрегат с английским флагом и маленькая шхуна с резко наклоненными мачтами. Шхуна преследовала фрегат, который тонул.

Он улыбнулся, и их глаза встретились.

— Майра, — произнес он, капитан ее мечты и ее сердца.

Эпилог

В газете не упоминалось о том, что храбрый капитан Меррик потерял сознание после прорыва из окружения и что лейтенант Лайам Доэрти принял на себя командование шхуной и держал ее в море, пока капитан не поправился. Но главное было изложено верно.

Крякнув от удовольствия, корабельный мастер Эфраим Эштон прочитал заметку еще раз, потом облизал жирные пальцы, чтобы не испачкать раздел морских новостей, осторожно свернул газету и направился в таверну, всю дорогу добродушно усмехаясь.