Благородный дом. Роман о Гонконге. - Егоров Игорь Александрович - Страница 175

От взрыва ещё одной толстой металлической бочки образовалась широкая пробоина в корпусе чуть ниже ватерлинии, и огонь стал распространяться во все стороны. Люди на набережной затаили дыхание, некоторые даже шарахнулись назад, хотя никакой опасности не было. Другие нервно засмеялись. Рванула очередная бочка, и во все стороны хлынула волна пламени. Опоры потолка и стропила значительно ослабли и, пропитавшись маслом, загорелись. Сверху, с первой палубы, доносился зловещий топот ног обезумевших, пытающихся спастись людей.

Грей был чуть выше площадки первого этажа, по-прежнему с ребенком на руках. Он держался одной рукой за перила, в страхе толкая тех, кто был впереди и сзади. Дождавшись своей очереди, он проскочил мимо огня на площадке первого этажа, закрывая, как только мог, ребенка, и припустил вниз по лестнице, благо путь в основном был свободен. Ковер у порога уже начал дымиться, пол дрожал, и один грузный мужчина споткнулся.

— Ну, что же вы! — в отчаянии крикнул Грей тем, кто был за спиной. Он добрался до порога, зажатый как спереди, так и сзади. Не успел он ступить на трап, как взорвались две последние бочки, пол позади исчез, а его вместе с ребенком и всех остальных, как соломинки, швырнуло вперед.

Из толпы зевак выбежал Хью Гутри и оттащил Грея на безопасное место.

— Вы как, ничего, старина? — задыхаясь, спросил он.

Грей был наполовину оглушен, тяжело дышал, одежда на нем тлела, и Гутри стал охлопывать руками тлеющие места.

— Да... да, думаю, ничего... — проговорил ещё не совсем пришедший в себя Грей.

Гутри осторожно поднял ребенка, который был без сознания, и вгляделся в него.

— Бедный малыш!

— Он умер?

— Не думаю. Держите... — Гутри передал маленького китайчонка кому-то из зевак, и оба ринулись к выходу из ресторана, чтобы помочь остальным, ещё оглушенным взрывом и беспомощным. — Господи всемогущий, — вырвалось у Гутри, когда он увидел, что через выход уже не пройти. За шумом и гамом нарастал вой приближающихся сирен.

На верхней палубе огонь около выхода разгулялся вовсю. Перепуганные люди, кашляя, устремились назад в зал: пожар, который охватил уже всю нижнюю палубу, заставил их подняться наверх по лестнице. Смятение и смрад страха тяжело повисли в воздухе.

— Иэн, лучше бы нам убраться отсюда к черту, — сказал Бартлетт.

— Да. Квиллан, будь добр, веди всех за собой и командуй на палубе, — попросил Данросс. — А я буду держать оборону здесь.

Горнт повернулся и зычно крикнул:

— Все сюда! На палубе вы будете в безопасности... По одному...

Он открыл дверь, расположился около неё и постарался упорядочить это спешное отступление.

Китайцев было всего несколько человек, остальные — англичане. Оказавшись на открытом воздухе, все немного оправились от испуга и радовались, что нет дыма.

Ожидавший в зале Бартлетт был взволнован, но страха по-прежнему не испытывал, зная, что может разбить любое окно и вместе с Кейси выпрыгнуть за борт.

Люди, спотыкаясь, шли мимо. Из кухонного лифта вырывалось все больше огня, снизу донесся глухой взрыв.

— Как ты, Кейси?

— О'кей.

— Выходи на воздух!

— Вместе с тобой.

— Ладно, — ухмыльнулся Бартлетт.

Народу в зале оставалось все меньше. Он помог выйти леди Джоанне, потом — прихрамывавшему Хэвегиллу и его жене.

Кейси заметила, что Орланда по-прежнему сидит на стуле, словно окаменев. «Бедная девочка», — сочувственно подумала она, вспомнив свой всепоглощающий ужас на том, калифорнийском, пожаре. Она подошла, тихо сказала:

— Пойдемте, — и помогла Орланде встать. У португалки дрожали колени. Одной рукой Кейси обняла её.

— Я... я потеряла сумочку, — пробормотала Орланда.

— Не потеряли — вот она. — Кейси подняла сумочку со стула и, так же обнимая Орланду, почти вытолкнула её на свежий воздух.

На палубе было полно народу, но, очутившись там, Кейси почувствовала огромное облегчение.

— Все хорошо, — ободряюще сказала она, подведя Орланду к перилам, и та крепко ухватилась за них.

Кейси обернулась, поискала глазами Бартлетта и увидела, что он и Горнт наблюдают за ней из зала. Бартлетт помахал ей, она помахала в ответ: ей хотелось, чтобы он был уже здесь, рядом.

К ней подошел выведший на палубу жену Питер Марлоу.

— Вы как, нормально, Кейси?

— Конечно. Как вы, Флер?

— Хорошо. Хорошо. На воздухе... на воздухе довольно приятно, правда? — проговорила Флер Марлоу. У неё кружилась голова, и она чувствовала себя отвратительно, замирая от одной мысли, что придется прыгать с огромной высоты. — Как вы думаете, пойдет дождь?

— Чем скорее он пойдет, тем лучше.

Кейси посмотрела за борт. На темной поверхности воды в тридцати футах от неё стали собираться сампаны. Все шкиперы понимали: тем, кто наверху, скоро придется прыгать. Снизу открывался хороший обзор и было видно, что пожар бушует на большей части первой и второй палуб. Там застряли несколько человек, потом мужчина разбил стулом стекло, выбрался из окна и упал в море. С быстро подошедшего к нему сампана бросили конец. За мужчиной последовали остальные из тех, кто был вместе с ним. Одна женщина так и не вынырнула.

Во мраке ночи пламя пожара освещало все вокруг, отбрасывая причудливые отсветы. Под вой сирен подкатили пожарные машины, и толпа на пристани расступилась. Пожарные-китайцы и офицеры-англичане тут же развернули пожарные рукава. Ещё один расчет подсоединил их к ближайшему пожарному гидранту, и под восторженные крики первая струя воды заплясала по языкам пламени. В считанные секунды были задействованы шесть рукавов, а двое пожарных в асбестовых костюмах с дыхательными аппаратами на спине подбежали к выходу и стали вытаскивать в безопасное место тех, кто лежал там без сознания. Раздался ещё один ужасный взрыв, их осыпало горящими головешками. Один из пожарных номеров обдал всех водой, а потом снова направил ствол на вход.

На верхней палубе уже никого не осталось, кроме Бартлетта, Данросса и Горнта. Они почувствовали, что палуба уходит из-под ног, и чуть не упали.

— Господи боже, — ахнул Бартлетт, — тонем, что ли?

— Эти взрывы могли разрушить днище, — проговорил Горнт. — Пойдемте! — И он быстро прошел в дверь. Бартлетт последовал за ним.

Теперь Данросс остался один. Вокруг все тонуло в дыму, от жара и вони подташнивало. Он сознательно подавлял желание бежать отсюда, превозмогая страх. Тут кое-что пришло ему в голову, и он бегом направился через зал к выходу на главную лестницу, чтобы проверить, не осталось ли там кого. На лестнице он увидел недвижную фигуру мужчины. Вокруг бушевало пламя. Снова накатила волна страха, но Данросс опять справился с ним, рванулся вперед и потащил мужчину вверх по ступенькам. Это был китаец, очень тяжелый, непонятно, живой или мертвый. Среди невыносимого жара Данросс снова почувствовал запах горелой плоти, и подступила тошнота. Тут рядом с ним возник Бартлетт, и они вместе наполовину сволокли, наполовину вынесли бесчувственное тело через зал на полупалубу.

— Спасибо, — выдохнул Данросс.

К ним подошел Квиллан Горнт и, наклонившись, перевернул мужчину на спину. Лицо китайца было наполовину сожжено.

— Могли бы обойтись и без этого геройства. Он мертв.

— Кто это? — спросил Бартлетт. Горнт пожал плечами:

— Не знаю. Ты его знаешь, Иэн? Данросс не отрываясь смотрел на тело.

— Да. Это Зеп... Зеппелин Дун.

— Сын Прижимистого? — удивился Горнт. — Боже, как располнел. Никогда бы не узнал. — Он выпрямился. — Нам бы лучше подготовить всех к тому, что придется прыгать. Эта посудина может стать могилой. — Он увидел стоявшую у перил Кейси и подошел к ней. — Вы хорошо себя чувствуете?

— Да, спасибо. А вы?

— О да.

Орланда, которая все так же держалась поблизости, ничего не выражающим взглядом смотрела вниз на воду. Люди бродили по палубе.

— Попробую-ка я организовать их, — сказал Горнт. — Сейчас вернусь. — И он отошел.

Ещё один взрыв сотряс корпус ресторана. Крен стал увеличиваться. Несколько человек перелезли через борт и прыгнули. К ним на помощь направились сампаны.