Сладостный обман - Фолкнер Колин - Страница 79

– Кэвин, я тоже тебя люблю. Люблю очень сильно. Мое чувство заставляет сказать тебе правду. И еще я хочу сказать тебе, Кэвин… у нас будет…

Кэвин схватился за голову. Он не мог поверить, он не мог, отказывался верить Эллен.

– Дорогая, скажи, что ты пошутила.

Она покачала головой.

– Нет, Кэвин, я не пошутила. Я сказала тебе истинную правду. И еще я хотела бы pассказать тебе все об Уолдроне…

– Я не желаю тебя больше слушать! – прокричал он. – Все это ложь! Эллен… Каpолина… Как уж там тебя зовут, не знаю! Черт подери! – Он повернулся и направился к лошадям.

Такой реакции Эллен от него не ожидала. Она предполагала, что он будет злиться, бушевать. Но ей и в голову не приходило, что он просто уйдет от нее.

– Кэвин! Милый, между нами нет больше тайн! – кричала Эллен вслед ему. – Я сказала тебе все, только чтобы очистить свою совесть. Я не могла больше молчать.

– Ты убила моего брата! – прокричал он и вскочил на коня. – Ты убийца!

– Нет, Кэвин, я не убивала его! – Эллен бросилась за ним вдогонку. – Молю тебя, выслушай меня. Я сейчас все тебе объясню.

– Я не нуждаюсь в твоих объяснениях! Ты убила моего брата!

Слезы потекли по щекам бедной женщины.

– Кэвин, ну где же твои обещания?! Ты же сам говорил мне, что простил Каролину?

– Я не говорил этого! Я только сказал, что не желаю мстить ей! – Лицо его исказила злая усмешка. – Но еще больше я не хочу, чтобы она была моей женой!

Эллен остановилась как вкопанная. Она в ужасе посмотрела на Кэвина. Она ожидала от этого разговора чего угодно, но только не разрыва.

Кэвин развернул коня и ускакал. Закрыв глаза, Эллен еще долго вслушивалась в грохот копыт.

26

«Кэвин, милый Кэвин! Прошло уже два месяца, как ты уехал, – Эллен обpеченно склонила голову. – Целых два месяца я не вижу тебя». Она села за стол в библиотеке, которую любовно устроила для мужа. «Два месяца тебя нет рядом со мной, и я не знаю, где ты. Веpнешься ли ты – неизвестно». Эллен погладила округлившийся живот.

Легкий ветерок дул в раскрытое окно библиотеки, шевеля рассыпавшиеся по ее плечам волосы. Слезы навернулись на ее глаза.

«Ну а что случится, когда Кэвин вернется? Не отправит ли он меня в Англию? Что тогда со мной будет?» Вспомнив о Ханте, Эллен в ужасе закрыла глаза. «Или, может быть, он не сделает этого, а ради ребенка позволит мне жить здесь? Но разве это будет жизнь?» Эллен вытерла покатившиеся по щекам слезы. Она терялась в догадках, pаздумывая о своем будущем. После отъезда Кэвина ей было очень тяжело одной, но она старалась подавить жалость к себе.

«Как же прав все-таки был Ричард! Сколько раз он мне советовал ничего не говорить Кэвину! Мне так и следовало поступить. Ведь сам Ричард ничего ему не сказал, он унес мои тайны с собой в могилу».

Но в душе Эллен чувствовала, что поступила правильно. Она не могла носить под сеpдцем ребенка и в то же время обманывать его отца.

– Ну и что теперь? – спросила она в пустоту комнаты. – Чего я добилась? – Она помолчала. – Что же делать? Уезжать или оставаться здесь и снова завоевывать его любовь? – Она опустила голову, понимая, что теперь сделать это будет нелегко.

Тяжелые предчувствия сдавили грудь Эллен. Откуда-то с улицы послышались голоса – это слуги возвращались с поля. Эллен посмотрела в окно. Она что угодно отдала бы, чтобы не уезжать из Мэриленда, который полюбила всей душой. Она полюбила и этот дом, и садик возле него, и ровные ряды табака на полях.

Скоро начнется сбор табачных листьев. Как ни странно, именно табак и не дал ей сойти с ума без Кэвина. В то утро, когда он ушел, она попросила Роба оседлать ее кобылу. Начиная с того самого дня, Эллен каждый день вставала с восходом солнца и вместе с Робом объезжала плантации. Она разговаривала с надсмотрщиками, советовалась с ними. Она много узнала о том, как нужно выращивать табак. Она ездила на реку слушать плеск воды и шелест листьев. Эллен научилась понимать звуки земли. Теперь она могла бы и сама вырастить неплохой урожай табака. Эллен не хотела возвращаться в Лондон. Даже если бы ей сказали, что Хант умер, она все равно не поехала бы туда. Мэриленд ей нравился значительно больше. Здесь, в «Руке судьбы», ей дышалось легко и привольно. Она знала здесь всех, и все знали ее. Только тут, в Мэриленде, она нашла себя. И не хотела больше терять. Прожив в колониях всего несколько месяцев, она чувствовала, что ее дом здесь. Потерять его было для Эллен pавносильно смеpти.

Эллен поднялась и подошла к книжным полкам. Они были сделаны по ее заказу уже в отсутствие Кэвина. Они еще пахли сосной. Эллен пpовела ладонью по корешкам книг. Она сама их расставляла в надежде обрадовать Кэвина.

Но его все не было. Эллен не знала ни куда он уехал, ни когда он вернется. В тот день он, ничего не сказав ей, просто встал и уехал. И вечером не вернулся. Эллен спрашивала у слуг, но никто из них не мог сказать ей ничего вразумительного. Более того, они были удивлены исчезновением хозяина не меньше ее самой. Несколько дней прошли в полном замешательстве, но вскоре Эллен освоилась в роли хозяйки дома. Жизнь текла размеренно, но без Кэвина. С того дня, как он уехал, она стала единственной хозяйкой «Руки судьбы».

«Он уехал, и я даже не знаю, когда он вернется!» – так она отвечала тем, кто расспрашивал ее о Кэвине. Несмотря на неопределенный ответ, никто не решался прямо спросить ее о том, что же произошло.

Эллен наугад взяла с полки книгу, полистала ее и снова поставила на место. Сейчас, по прошествии двух месяцев со дня исчезновения Кэвина, она начала опасаться за свою судьбу. Ею внезапно овладевала беспричинная тревога. Два месяца – слишком долгий срок. За это время даже самый яростный мужчина мог бы успокоиться и прийти к какому-нибудь решению. «Почему он не хочет приехать и объясниться со мной? Он как-то сказал, что мужчине нужно давать еще один шанс. Но почему он не хочет дать такой же шанс мне? Я не убивала Уолдрона, но как легко и быстро он поверил в то, что я убийца!»

Тяжелые мысли одолевали Эллен. Она ходила от полки к полке, отсутствующим взглядом глядя на корешки книг. Внезапно прозвучавший голос Мэри заставил ее обернуться.

– Пришел мистер Юлиус, хозяйка, он хочет поговорить с вами. – Эллен с благодарностью посмотрела на экономку. Она одна, казалось, понимала, что происходит у нее в душе.

Улыбнувшись, Эллен кивнула, она была рада видеть старого капитана. Теперь тот эпизод, когда он выкрал ее из кваpтиpы Pичаpда, вызывал у Эллен лишь добpую улыбку. Юлиус нравился ей все больше и больше. Добрый и отзывчивый, он умел терпеливо выслушать и дать хороший совет.

– Юлиус! – pадостно воскликнула она, увидев улыбающееся лицо старого моряка.

– А вы прекрасно выглядите, – сказал он, пожимая Эллен руку.

– Толстею от безделья, – ответила она. – А Кэвин меня совсем забросил… – Ей вдруг захотелось высказаться, но слова застревали у нее в горле. Она смущенно отвернулась, застеснявшись своей неожиданной слабости. Эллен все это вpемя вела себя гордо и уверенно, словно ничего и не произошло.

Юлиус вздохнул и сел в кресло. Старый моряк везде чувствовал себя как дома – таково уж свойство всех хороших людей.

– Никогда не думал, что мне придется укорять своего друга, но вам я скажу как на духу: Кэвин полный дурак.

– Нет, вы не правы, Юлиус. Я обманывала его.

Спустя неделю после ухода Кэвина Юлиус зашел к ним, и Эллен в порыве откровенности рассказала капитану о том, что между ними произошло. С тех пор он заходил к ней каждую неделю. Его визиты вносили некоторое разнообразие в жизнь бедной женщины и служили хоть и слабым, но утешением.

– Да, да, – вздохнул Юлиус. – Вы мне рассказывали эту печальную историю. Да что ж из того? Что было, то было. Нет, Кэвин поступил как последний дурак.

– Ты так думаешь? Но ведь я же оскорбила его.

– Это каким же образом? У каждого человека есть своя тайна. И какой бы страшной она ни была, она не лишает его уважения. Он не знает, каким человеком на самом деле был его братец, вот в чем его беда. Если бы он услышал ваш рассказ с самого начала, он бы поступил иначе.