Сладостный обман - Фолкнер Колин - Страница 24

Она страстно желала отдать Кэвину свою любовь. Скрывать свои чувства дольше Эллен считала бессмысленным. Да, она любила Ричарда, но желание принадлежать мужчине физически становилось все сильнее и сильнее. Ее уже не могли бы остановить даже предупреждения Ричарда о нависшей над ней опасности. Эллен не знала, кто такой Кэвин Меррик, да и не желала знать. Она хотела его. Все вдруг потеряло для нее смысл и стало безразличным: и разумные слова Ричарда, и боязнь встретить Ханта. Одного поцелуя Кэвина оказалось достаточно, чтобы Эллен стало все равно, где находится Хант, – в Англии или во Франции. Даже если бы он оказался вдруг здесь, рядом, она бы, наверное, и бровью не повела. Она бы его попросту не заметила.

Кэвин провел рукой по ее волосам и снова поцеловал ее. Эллен чувствовала, что теряет голову. Она ощутила жаркое прикосновение его рук на своей груди и тихо застонала.

– Кэвин, – томно прошептала она. Пальцы ее скользили по его плечам, Эллен чувствовала запах его растрепавшихся волос. Он же продолжал ласкать и покрывать жаркими поцелуями ее грудь. – Кэ-э-эвин, – простонала она, задыхаясь от страсти. Эллен и хотела его, и в то же время страшилась своего разгоравшегося желания. Она понимала, что ей следует немедленно остановиться, или она потеряет свою невинность прямо здесь, на лестнице. Она почувствовала тугие толчки, его наливающуюся кровью плоть, и ее дрожащие колени начали предательски раздвигаться.

– О, Кэвин, прошу тебя, только не здесь, – взмолилась Эллен.

Он с трудом оторвался от ее губ.

– Скажи мне, что ты не уйдешь от меня, – зашептал он. – Поклянись, что мы еще встретимся.

Она закрыла глаза и, ослабев, пошатнулась. Прижавшись спиной к стене, Эллен едва слышно прошептала:

– Да.

– Да? – переспросил он ее и снова приник к ее губам.

– Да, – повторила Эллен, уворачиваясь от его поцелуев. – Да, – снова проговорила она и, открыв глаза, увидела перед собой пылающие страстью глаза Кэвина. «О, милый, отныне моя жизнь – в тебе», – подумала Эллен.

Кэвин положил голову на ее грудь, его рука нежно скользнула по бедру Эллен. Приподняв край рубашки, он начал гладить ее ноги.

– Прости меня, я никак не ожидал, что сойду с ума настолько, что захочу тебя прямо здесь.

Она наслаждалась прикосновением его руки. Тело ее подрагивало.

– Не таким я представлял себе наше первое любовное свидание, – продолжал говорить Кэвин. – Я думал, что все пройдет романтичнее. Или по крайней мере в другой обстановке.

Она рассмеялась и, покраснев, стыдливо обхватила лицо руками.

– Не нужно извинений, Кэвин. Я сама виновата. Это я поддалась на твои ласки. Наверное, я все-таки страшная развратница, – Эллен покачала головой.

– Кто? Ты? – удивленно воскликнул Кэвин. – Милая моя Эллен, ты – самая целомудренная женщина на свете.

Она опустила голову и прижалась к его плечу.

– Ты назвал меня милой… Меня, актрису, к тому же еще и содержанку.

Он легонько дотронулся до ее груди.

– Эллен, сердце подсказывает мне, что в твоих отношениях с Ричардом что-то не так. Уверен, что ты никакая не содержанка. Я чувствую это, а чувства, дорогая Эллен, никогда не обманывают.

Эллен насторожилась.

– Мне пора идти, – сказала она. – А не то сюда придет бесчувственная служанка или еще более бесчувственный кучер, – Эллен расхохоталась. Она высвободилась из объятий Кэвина и стала поправлять одежду и прическу.

– Приходи ко мне сегодня вечером, – сказал он. – И ты поразишься тому, какой прекрасной будет наша первая ночь.

Эллен замотала головой и отступила, словно опасаясь, что Кэвин подхватит ее на руки и унесет к себе. Оглядев помятую юбку и кофточку, Эллен поморщилась.

– Нет, сегодня я прийти не смогу. Во всяком случае, не сюда. Может быть, встретимся в какой-нибудь гостинице?

– Эллен, не бойся меня. Я не буду заставлять тебя делать того, чего ты не хочешь. Клянусь тебе, я не из тех, кто находит удовольствие в насилии.

Эллен коснулась ладонями своих щек и почувствовала, как они горят. Даже находясь в нескольких шагах от Кэвина, она чувствовала его магическое притяжение и силу его страсти. Она словно вливалась в Эллен, заставляя жаждать его объятий, его поцелуев, его любви. Но Эллен отдавала себе отчет в том, что их отношениям не суждено существовать долго. Пройдет день, два, ну месяц, и они расстанутся. И что тогда? Останутся боль и отчаяние, глубокая душевная рана и горечь потери. Так не лучше ли обуздать это наваждение и не отдаваться страсти, если впереди такой печальный конец? Ведь иного и быть не могло! Увы, все это Эллен понимала слишком хорошо.

– Не тебя я опасаюсь, – покачала она головой и посмотрела на Кэвина, надеясь найти в его глазах понимание. – Нет, я боюсь себя, своих чувств. Я не могу, не имею права бездумно распоряжаться своей судьбой. Я обязана знать человека, которому отдам себя.

Кэвин лукаво усмехнулся:

– Разве наша встреча в таверне не показала тебе, что на меня можно положиться?

Неожиданно Эллен, словно бесшабашная девчонка, уселась на перила лестницы и принялась беззаботно болтать ногами.

– Да, – кивнула она. – Показала. Вот давай там и встретимся.

– А как же твой Чэмбри? Ты совсем забыла о нем. Или он покидает Лондон?

Эллен посмотрела на носки своих маленьких туфелек, выглядывающих из-под юбок.

– Разве ты забыл, что Ричард разрешил мне прийти к тебе? И завтра вечером я тоже скажу ему, куда отправляюсь.

– Ты знаешь, мне что-то не очень хочется драться с ним на дуэли, – задумчиво произнес Кэвин. – Да и вообще я считаю дуэль жестоким и бессмысленным занятием. Они уносят жизнь людей из-за совершеннейших пустяков. Однако, – он коснулся локона, ниспадающего на грудь Эллен, – если Ричард все же решит вызвать меня на дуэль, то передай, что я буду ждать его на Гудмен-филдз.

– Ричард не станет драться с тобой, – уверенно сказала Эллен. – Ты плохо представляешь себе, что он за человек.

Глаза Кэвина настороженно сузились.

– А каким, по твоему мнению, я должен представлять себе человека, которого терпеть не могу? – с вызовом в голосе произнес он.

Эллен спрыгнула с перил.

– Ладно, Кэвин, мне действительно пора идти, – сказала она и направилась вниз, но Кэвин бросился к ней и взял за руку.

– А где же прощальный поцелуй? – улыбаясь, спросил он.

Эллен не успела опомниться, как губы ее возлюбленного прильнули к ее губам. Поцелуй оказался крепким, но недолгим. Эллен удалось вырваться из его объятий.

– Мэри! – крикнула Эллен, смеясь. – Подойди-ка сюда! Все, Кэвин, хватит на сегодня поцелуев, – прошептала она, поворачиваясь к нему. – Я покидаю тебя.

Пока она спускалась, Кэвин не сводил с нее глаз.

Уже на нижней ступеньке она обернулась и послала ему воздушный поцелуй. Он помахал ей в ответ. Эллен улыбнулась, толкнула дверь и вышла на улицу…

– Прости, я не понял тебя. Как ты сказала?

Эллен сидела у ночного столика в одной прозрачной рубашке. Тонкие чулки съехали до самых щиколоток.

– Ричард, ну, пожалуйста, не сердись на меня. Кроме того, мне просто некогда с тобой ссориться, через час мне нужно быть в театре.

– Эллен, мы же договорились с тобой, что я больше не услышу ни слова об этом человеке. Вчера ты говорила, что идешь попрощаться с ним, а вместо этого получается, что ты все больше и больше привязываешься к нему.

– Уже привязалась, – вздохнула Эллен, проводя по волосам изысканной расческой, серебряная ручка которой была сделана в виде извивающейся рыбки.

– Ты хочешь сказать, что уже ложилась с ним в постель?

Эллен посмотрела в зеркало, где отражалось взволнованное лицо Ричарда, и подумала: «О, как бы я хотела, чтобы это случилось».

Ричард покачал головой и тихонько выругался по-французски:

– Да, Эллен, а более подходящего времени для любовных утех ты не могла бы выбрать?

– Что ты хочешь этим сказать?

– Только то, что Хант вернулся в Англию, – ответил Ричард, пристально глядя на Эллен.