Чужак в чужой стране [= Чужой в чужой земле, Пришелец в земле чужой, Чужак в стране чужой, Чужак в ч - Хайнлайн Роберт Энсон - Страница 81

— Ммм… Тридцать плюс-минус год.

Миссис Пайвонски довольно хохотнула.

— Это одно из преимуществ Истинной Веры, милочка! Джил, золотко; мне перевалило за пятьдесят.

— Но тебе не дашь столько!

— Вот что делает Счастье, хорошие мои. После первого ребенка я здорово расползлась. Слово «квашня» придумали как раз для меня. Мой живот выглядел так, словно я была на седьмом месяце. Мои груди отвисли до пояса. И я никогда их не подтягивала. Видите сами. Конечно, хороший хирург не оставляет шрамов… но на мне это было бы заметно, детки: на двух рисунках были бы дыры. Затем я увидала Свет! Нет, никакой гимнастики, никаких диет… Я ела, словно поросенок. Счастье, хорошие мои. Совершенное Счастье в Господе открыл мне Благословенный Фостер.

— Замечательно, — отозвалась Джил. Тетушка Патти определенно не прибегала ни к диете, ни к гимнастике за все время их знакомства, и Джил знала, что удаляется при поднятии грудей. Эти татуировки никогда не знали ножа.

Майк заключил, что Пат научилась надумывать тело по желанию, приписывала ли она это Фостеру или нет. Он учил этому Джил, но ей предстояло усовершенствоваться в марсианском, прежде чем получится ощутимый эффект. Ни к чему спешить; ожидание все поставит на места.

— Я хотела, чтобы вы увидели, на что способна Вера. — Пат продолжала: — На истинное изменение… внутри. Счастье. Добрый Господь знает, что у меня не слишком хорошо подвешен язык, но я все же постараюсь рассказать вам. Прежде вы должны усвоить, что все так называемые церкви — ловушки Сатаны. Дорогой наш Иисус проповедовал Истинную Веру. Так говорил Фостер, и я искренне в это верую. Но в Темные Века его слова были искажены и перепутаны, и сам Иисус теперь их не признает. Поэтому и был послан Фостер, чтобы провозгласить Новое Откровение и очистить все от скверны.

Патриция Пайвонски подняла палец и неожиданно сделалась проповедницей, одетой лишь в собственное величие и мистические символы.

— Бог хотел, чтобы мы были Счастливы. Он наполнил мир вещами, созданными для Счастья. Дозволил бы Бог превращаться виноградному соку в вино, не желай Он, чтобы мы пили и радовались? Он оставил бы его виноградным соком… или превратил бы в уксус, который никто не может взять в рот, не скривившись. Разве это не истинно? Конечно, Он не хотел, чтобы мы напивались допьяна, били жен и забрасывали детей… Он дал нам хорошие вещи, чтобы пользоваться ими, а не отвергать. Если вы испытываете желание опрокинуть стаканчик или шесть среди друзей, увидевших Свет, и захотите танцевать и возносить благодарения Господу за его доброту — отчего бы и нет? Бог создал вино и Бог создал ноги. Он создал их, так соедините их и будьте Счастливы! — Она помолчала. — Налей-ка еще, золотко. Когда проповедуешь, пересыхает горло. Нет, содовой поменьше. Вот хорошая водочка. И это еще не все. Если Бог не хотел, чтобы на женщин смотрели, Он создал бы их уродинами. Это резонно, не так ли? Бог не плутует. Он Сам устанавливает правила игры… Он не пустился бы на мошенничество, не оставляя нам шанса выиграть, как крупье, что притормаживает рулетку. Он не стал бы никого отправлять в ад за проигрыш в жульнической игре. Олл райт! Бог хочет, чтобы мы были Счастливы, и Он говорит нам, как этого достичь: «Возлюби ближнего своего!» Возлюби змею, если это бедное создание нуждается в любви. Возлюби соседа своего… и не подавай руки лишь приспешникам Сатаны, стремящимся увести тебя в преисподнюю с верного пути. И под любовью Он не имел в виду старомодную сюсюкающую любовь, страшащуюся поднять взгляд от молитвенника из-за боязни плотского искушения. Если бы Бог не любил плоть, то зачем бы он создал ее в таком количестве? Бог — не маменькин сынок. Он создал Большой Каньон, кометы, летящие по небу, циклоны, жеребцов и землетрясения. Может ли Бог, сотворивший все это, повернуть на сто восемьдесят градусов и обмочить штаны лишь от того, что какая-нибудь девушка немножко нагнется, а мужчина мельком увидит сосок? Вы-то знаете лучше… да и я! Когда Бог велел нам любить, он не имел в виду суррогат. Он имел в виду любовь. Любите маленьких детей, которые постоянно меняются, любите сильных мужчин, чтобы было еще больше детей… а в промежутках продолжайте любить, ибо любить так приятно!

Но это, конечно, не значит, что можно забывать о мере. Это все равно как если бы я выхлестала бутылку водки и сцепилась с копом. Невозможно продать любовь и купить Счастье, какую цену ни назови… А если вы считаете, что можно, ворота в ад распахнуты для вас. Но если вы отдаете с открытым сердцем и получаете то, чего у Господа вдоволь, дьявол не в силах даже коснуться вас. Деньги? — она взглянула на Джил. — Солнышко, стала бы ты кому-нибудь водным братом, скажем за миллион долларов? Или даже за десять миллионов чистыми?

— Конечно, нет. «Майк, ты грокаешь это?»

«Почти полностью, Джил. Ожидание поможет».

— Видите, милые мои? Я знаю: в этой воде была любовь. Вы ищущие, вы близки к свету. Но раз вы двое, из-за любви, что в вас, «разделили воду и стали ближе», как говорит Майкл, я могу рассказать вам о вещах, о которых я обычно не говорю ищущим…

Преподобный Фостер, возведший себя в духовный сан (или возведенный Богом, если ссылаться на авторитетные источники), инстинктивно чувствовал пульс времени гораздо лучше, чем актер, повелевающий толпой зрителей. Культура, известная как «Америка», на протяжении всей своей истории страдала раздвоением личности. Ее законы были пуританскими; ее скрытые чаяния тяготели к раблезианству. Ее основные религии основывались на культе Аполлона; ее обряды основывались на культе Диониса. В двадцатом веке (земная христианская эра) нигде на Земле секс не подавлялся так жестоко… и нигде не было такого острого интереса к нему. Фостер имел две характерных черты, присущих любому религиозному деятелю этой планеты: необычайный магнетизм и сексуальные возможности, далеко выходящие за пределы нормы. На Земле величайшие религиозные деятели почти всегда были либо целибатами[27], либо крайними противоположностями. Фостер не был целибатом.

Не относились к ним и его жены и жрицы. Процедура возрождения под Новым Откровением включала ритуал, идеально соответствующий возрастанию близости.

В истории Земли множество культов использовали эту технику… но не в грандиозных масштабах Америки дофостерского периода. Фостера не однажды изгоняли из города, пока он не усовершенствовал метод, позволяющий расширить влияние своего капрического культа. Сочиняя Новое Откровение, он взял понемногу от масонов, католиков, коммунистической партии, Мэдисон-Авеню[28] и старых писаний. Он присыпал все это сверху сахарной пудрой возвращения к примитивному христианству. Он учредил внешнюю церковь, куда мог прийти каждый. Затем следовала средняя церковь, которая для вновь прибывшего была «Церковью Нового Откровения». Счастливые спасенные, которые платили десятину, наслаждались всеми преимуществами постоянно расширяющихся деловых связей церкви и вовсю кутили на бесконечном карнавале Счастья, Счастья, Счастья! Их грехи были прощены… и не так уж и много грешило с тех пор, как их начинала поддерживать церковь. Они честно делились всем с собратьями-фостеритами, осуждали грешников и оставались Счастливыми. Новое Откровение специально не поощряло разврат, но имело довольно загадочные места, посвященные сексуальным отправлениям.

Средняя церковь поставляла штурмовые отряды. Фостер позаимствовал трюк у трясунов начала двадцатого века. Если городские власти пытались подавить движение фостеритов, те заполняли город до тех пор, пока и копы, и тюрьмы не становились бессильными. Копам ломали ребра, а в тюрьмах — двери.

Если прокурор был настолько безрассуден, что выносил обвинение, его невозможно было выполнить. Фостер (после тщательного изучения кодекса) вывел, что предъявление исков в данном случае и в соответствии с буквой закона является гонением. Ни одно обвинение фостеритов в качестве фостеритов не было поддержано Верховным судом. Ни, позднее — судом Федерации.