Чужак в чужой стране [= Чужой в чужой земле, Пришелец в земле чужой, Чужак в стране чужой, Чужак в ч - Хайнлайн Роберт Энсон - Страница 62

— Хм… проклятье, Джубал, об этом я не подумал.

— И зря. Потому что наш Генеральный Секретарь не больший охотник за деньгами, чем вы. Его конек — власть, барабан, боя которого я не слышу. Гарантируй я, что богатство Смита станет оплотом его администрации, и мне сунут какую угодно взятку. — Джубал поежился. — Я подумывал и об этом, чтобы защитить Майка от стервятников… но меня охватил ужас. Капитан, вы не знаете, что такое богатства морского царя. Все вокруг рвут богача на части, и каждый требует, чтобы он куда-то вложил или кому-то отдал часть своего состояния. Он становится подозрительным — честную дружбу ему предлагают крайне редко: те, кто могут стать друзьями, слишком брезгливы, чтобы отталкивать попрошаек, и слишком горды, чтобы допустить то, чтобы их спутали с одним из них. Что еще хуже, в опасности его семья. Капитан, вашим дочерям никогда не грозило похищение?

— Что? Благодарение богу, нет!

— Если бы вы располагали богатством, вроде того, что свалилось на Майка, вам пришлось бы охранять их день и ночь… и вы бы все равно не знали покоя, поскольку не доверяли бы даже охране. Взгляните на последнюю сотню похищений и обратите внимание, во скольких из них замешаны доверенные лица… и как мало жертв осталось в живых. Могут ли деньги перевесить петли на шеях ваших дочерей?

Ван-Тромп призадумался.

— Лучше уж я останусь при своем заложенном домике.

— Аминь. Я тоже хочу жить своей жизнью, спать в своей постели… и чтобы ничего меня не беспокоило! И все же я думал, что меня принудят провести остаток дней моих в офисе, заваленном всяким хламом, вкалывая в хвост и гриву в качестве поверенного Майка.

Тогда передо мной и замаячил выход. Дуглас работает как раз в таком офисе, у него есть соответствующий штат. Поскольку мы слагаем полномочия, чтобы обеспечить Майку безопасность, пусть теперь у Дугласа и болит голова.

Я не опасаюсь, что он займется воровством. Только второразрядные политики падки на деньги, а Дуглас далеко не ничтожество. Перестань хмуриться, Бен, будем надеяться, что он не взвалит этот груз на тебя.

Поэтому я взваливаю весь груз на Дугласа… и возвращаюсь в свой садик. Но тут все просто, нечего и думать. Прецедент Ларкина, вот что мучило меня.

— Я думаю, вы совсем спятили, Джубал, — сказал Кэкстон. — Экая глупость — требовать для Майка королевских почестей. Вам бы просто выторговать все выгоды, вытекающие из этого дикого прецедента…

— Бен, мальчик мой, — очень мягко перебил Джубал, — временами ты бываешь неплох как репортер…

— Ну, спасибо! Еще один мой поклонник.

— …но твои понятия о стратегии находятся на уровне неандертальца.

— Так-то лучше, — вздохнул Кэкстон. — Я уж было подумал что вы размякли.

— Когда это случится, сделай милость, пристрели меня. Капитан, столько человек вы оставили на Марсе?

— Двадцать три.

— И каков их статус согласно прецеденту Ларкина?

Ван-Тромп нахмурился.

— Мне не положено говорить.

— Тогда и не надо, — посоветовал Джубал. — Мы и сами сообразим.

— Шкипер, — вмешался доктор Нельсон. — Мы со Стинки снова люди штатские. Я скажу… если мне захочется…

— И я, — присоединился Махмуд.

— …и они знают, что можно сделать с моей запасной должностью. Какого черта правительство темнит? Эти-то протиратели кресел не полетят на Марс.

— Уймись, Свен. Я намерен рассказать: ведь это наши водные братья. Однако, Бен, мне не хотелось бы видеть это в печати.

— Капитан, если вам станет от этого легче, я присоединюсь к Майку и девушкам.

— Не надо. Правительство позаботилось о колонии. Каждый колонист отказался от своих прав… в пользу правительства. Появление Майка все смешало. Я не юрист, но понимаю: если Майк уступит свои права, администрация встанет у руля, когда дело дойдет до распределения жирных кусков.

— Каких таких жирных кусков? — заинтересовался Бен. — Слушайте, шкипер, я не преуменьшаю значения ваших исследований, однако, как я слышал. Марс не такое уж сокровище для человека. Или все стоящие находки засекречены? «Перед прочтением сжечь»?

— Нет, — Ван-Тромп покачал головой. — Секретов не так уж много. Но, Бен, Луна тоже была бросовым обломком скалы, когда мы впервые высадились на ней.

— Туше, — признал Кэкстон. — Хотел бы я, чтобы мой дед в свое время купил «Лунные Предприятия». — Он помолчал. — Однако Марс населен.

Ван-Тромп поморщился.

— Да. Но… Стинки, скажи ему.

— Бен, — сказал Махмуд, — на Марсе много места для колонистов, и марсиане, насколько я сумел понять, не станут им мешать. Мы водрузим свой флаг и провозгласим экстерриториальность хоть сейчас. Но наши колонии могут оказаться муравейником под стеклом, какие бывают в школьных классах. Не знаю, к чему это приведет.

Джубал кивнул.

— Я тоже. Ничего не могу сказать о ситуации… кроме того, что правительство так и рвется получить так называемые права. Поэтому я предположил, что правительство совершенно невежественно, и рванулся вперед. «Дерзость и только дерзость».

Джубал ухмыльнулся.

— Когда я учился в вузе, я выиграл спор, цитируя решения Британского Министерства Колониального Флота. Противники были не в состоянии спорить со мной, потому что такого министерства никогда не существовало. Этим утром я был так же бесстыден. Администрация жаждала Майковых «прав Ларкина» и до жути боялась, что мы можем сговориться с кем-нибудь еще. Поэтому я воспользовался их алчностью и поспешил усугубить полнейшую абсурдность их фантастической теории, подтвердить не ведающим ошибок протоколом, что Майк является повелителем Марса… и должен встретить соответствующее обхождение! — Джубал самодовольно оглядел присутствующих.

— Тем самым, — сухо сказал Бен, — ставя себя самого на хорошо знакомую дорожку.

— Бен, Бен, — укоризненно промолвил Джубал. — Согласно их собственной логике, они загнали Майка в угол. Нужно ли говорить, что, вопреки старой пословице о головах и коронах, безопаснее быть королем в глазах публики, чем иметь в перспективе игру в прятки с Дугласом? Положение Майка значительно улучшилось за счет нескольких аккордов и паршивой тряпки. Но все пока еще весьма непросто. Майк, согласно прецеденту Ларкина, правомочен раздавать концессии, торговые права, анклавы… фу, мерзость. Он может либо заняться всем этим и подвергнуться небывалому давлению, либо отречься и передать права Ларкина тем, кто сейчас на Марсе, другими словами, Дугласу. — Джубал поморщился. — Мне не по вкусу обе альтернативы. Джентльмены, я не мог допустить, чтобы моего клиента втянули в этот фарс. Сам прецедент Ларкина не должен приниматься во внимание по причине уважения к Марсу… и с тем, чтобы не дать Верховному Суду ни единого шанса забрать дело в свои руки. — Тут Джубал ухмыльнулся. — Поэтому я нагло врал всем в лицо, создавая свою теорию. Майку были возданы королевские почести, и весь мир видел это. Но подобные почести воздаются и альтер эго монарха, его послу. Поэтому я утверждаю, что Майк — ни в коем разе не карточный король на час, а посол великой марсианской нации! Явный блеф. — Джубал пожал плечами. — Но я строил свой блеф на уверенности в том, что другие — Дуглас и Канг — не более меня располагают фактами. — Джубал обвел взглядом присутствующих. — Я рискнул на этот блеф потому, что вы трое были с нами — братья Майка по воде. Если вы не против, Майка должны принять как марсианского посла… а прецедент Ларкина — побоку.

— Надеюсь, — трезво произнес капитан Ван-Тромп, — но я принял ваши заявления за чистую монету, Джубал.

— Да ну? Я просто вертел модными словами, импровизировал напропалую.

— Неважно. Я думаю, вы говорили правду, — шкипер «Победителя» поколебался, — кроме того, что я не назвал бы Майка послом. Десант, так будет точнее.

У Кэкстона отвисла челюсть.

— Каким это образом, сэр? — спросил Харшоу.

— Я скажу точнее, — ответил Ван-Тромп. — Я думаю, это разведчик, отправленный марсианскими хозяевами. Поймите меня правильно — я в таком же восторге от мальчика, как и все вы. Но у него нет никаких причин быть лояльным к нам, к Земле, я хочу сказать. — Капитан задумался. — Каждый полагает, что человек, найденный на Марсе, запрыгал бы от радости, представься ему возможность вернуться «домой»… но ведь все было не так, а, Свен?