Снайпер - Хантер Стивен - Страница 91

– Спасибо, сэр.

– Но мне кое-что нужно от вас взамен.

– Да, сэр?..

– Я хочу участвовать в этой операции. Если я выступаю в ней в качестве приманки, то пусть он и придет ко мне. Прямо сюда. Мы проведем с вами всю операцию. Я сыграю свою роль. Тем более что здесь вполне подходящее для этого место. Глухомань, никого нет, вокруг горы – ну, все, что вам нужно! Ваши люди могут вывести его прямо на Боун-Хилл. – И он показал через плечо назад, где чернело предгорье Блу-Ридж. – Я считаю, что он вполне мог бы умереть на этом холме.

Это было именно то, чего Шрек так долго добивался и на что даже не смел надеяться. Великий Лон Скотт снова попал в цель.

– Это намного облегчит задачу, сэр, – сказал Шрек.

– Ну и теперь что? – спросил Ник. – У нас тут тысячи имен, и только одно из них может быть фальшивым или псевдонимом того человека, который скрылся от всех более тридцати лет назад. Ну как ты предполагаешь, мы вдвоем со всем этим справимся?

– Запомни, Мемфис, он может изменить имя, адрес, внешность, манеру говорить – все… Только одну вещь он все равно изменить не сможет. Он не сможет заменить свои ноги.

Мемфис внимательно посмотрел на Боба. Тот сидел к нему вполоборота. Его лица не было видно, потому что на него падала тень.

Ник был вынужден признать, что Боб прав, но он хотел знать, что делать дальше.

– Может быть, есть какая-то система записи инвалидов, принимающих участие в соревнованиях, о которой я просто не знаю? Ведь не можем же мы обзвонить несколько тысяч человек по адресам тридцатилетней давности и каждому задать вопрос, не парализован ли он?

– Правильно! Мы разобьемся по штатам и составим для каждого свой список. Ты будешь звонить по соответствующим департаментам и узнавать, кому и когда были выданы инвалидные коляски. Там везде стоят компьютеры, так что они смогут быстро тебе ответить.

– Черт побери! – воскликнул Ник. – Ты тысячу раз прав! Тогда после пятидесяти звонков у нас останется всего несколько человек, которых мы сразу всех и проверим.

– Молодец, малыш! Ставлю доллар, что уже завтра мы обнаружим, что один из них Лон Скотт. Очень интересно будет узнать, где и как он скрывался эти тридцать лет и каким образом его знаменитая винтовка попала в руки людей, которые занимаются убийствами важных политических деятелей по всему свету.

На следующее утро Ник, не откладывая, начал обзванивать все штаты из небольшого номера с двумя телефонами в отеле на окраине Сиракуз. Пользуясь своим фэбээровским кодом, который относил его к числу лиц первоочередного обслуживания, он меньше чем за два часа обзвонил шесть штатов. Но это была изнурительная и изматывающая работа, и Ник был немало удивлен, когда обнаружил то, чего раньше за собой никогда не замечал – его клонило в сон. Он видел себя идущим по дороге и сам себе казался похожим на Боба; шел так же смело, свободно, ни от кого не завися. Он вдруг подумал: “А смог бы я придумать себе какую-нибудь другую жизнь, если бы мне ее не придумало ФБР?” Ведь он действительно обладал очень многими достоинствами и вполне бы мог сам быть в этой жизни себе хозяином.

Тем временем Боб отвечал по соседнему телефону на те звонки, которые Ник заказывал раньше.

– Агент Фенкл, Федеральное Бюро Расследований, – говорил он, стараясь смягчить свой арканзасский акцент. – Да, сэр… Но агент Мемфис сейчас на другой линии. Может быть, я смогу записать вашу иформацию, а потом передать ему?.. Да, мэм. Произнесите по буквам, пожалуйста. Так это адрес, да?.. О! Спасибо. Вы нам очень помогли.

На все это потребовалось три дня. В итоге у них осталось семь имен, то есть семь человек, которые были среди первых подписчиков “Экьюрэси шутинг” и которым департаменты транспортных средств штатов, в которых они проживали, выдавали инвалидные коляски с 1964 года по настоящее время.

– Уф! – вздохнул Ник. – Столько работы ради каких-то несчастных семи имен. Будь я сейчас в Бюро, следующим моим шагом был бы звонок в местное отделение каждого штата, и в течение тридцати минут мне бы выдали о них самую подробную информацию. Но ты, как я понимаю, собираешься проверить каждого в отдельности?

– Да. Потому что я не знаю, как выглядит настоящий Лон Скотт. Я знаю, что он фактически исчез где-то в 1963 году и о нем до сих пор ничего не было слышно. Поэтому мне кажется, что первым делом нам надо определить возраст каждого из этих семи инвалидов. Потом мы сможем отбросить тех, кто к 1962 году не был инвалидом и кто к 1962 году не вписывался в рамки двадцатилетнего возраста. Тогда картина больше прояснится.

– Нет, ну-ка подожди минутку! – сказал Ник. – Нет, так действовать нельзя! Вот посмотри, что я придумал. Тот человек, которого мы ищем, настоящий Лон Скотт, имеет одну отличительную особенность – он имеет новое имя! Самый лучший и, пожалуй, классический способ изменить имя и фамилию – это приобрести себе документы на имя ребенка, родившегося приблизительно в этом же году, что и ты, и умершего вскоре после рождения. Понимаешь, ведь никто не станет сверять свидетельство о рождении со свидетельством о смерти! Смотри, ты берешь и находишь на кладбище или в какой-нибудь газете с некрологами имя ребенка, который умер в достаточно раннем возрасте, и после этого пишешь письмо в государственный департамент по регистрации новорожденных, в котором указываешь, что у тебя есть его копия свидетельства о рождении и что ты – это на самом деле он. Вот тебе и новая фамилия!

Все было правильно. Боб кивнул головой, и впервые на его лице появилось выражение удовлетворения.

– Ну а дальше? – спросил он.

– Мы позвоним в те графства, где проживают эти семеро человек, и узнаем по журналам регистрации смертей, кто из них уже умер. Если мы найдем такого человека, значит, кто-то использовал его имя для изменения личности. А вдруг да получится, а, Боб?

Боб посмотрел на него долгим внимательным взглядом.

– Наконец-то ты сказал что-то стоящее, но объяснениями своими ты дохлую лошадь замучить можешь. Давай заниматься делом.

– Объявление опубликуют сегодня, – сказал Добблер, – в “Букс энд мэгэзинс”, это последний раздел в “Шотган ньюс”. Всего несколько строчек. Вот сигнальный экземпляр.

Он протянул журнал Шреку.

– Но здесь нет никакого упоминания о Лоне Скотте, – заметил Шрек.

– И не будет. Это было бы слишком явно. А ведь у нас все должно выглядеть естественно! Если мы сразу напечатаем имя, Суэггер почувствует, что здесь пахнет жареным, и ни за что не пойдет в ловушку. Он же знает о десятом “черном короле” и знает, кому принадлежит эта винтовка! Я гарантирую вам это! Здесь ни в коем случае нельзя форсировать события!

Добблер уже почти сорвался на крик, совсем позабыв, с кем он говорит. Шрек сделал шаг назад:

– Откуда мы можем знать, что Суэггер на это клюнет?

– Мы должны в него верить! Он, может быть, найдет это объявление не сразу: не сегодня и не завтра. Но, переезжая с места на место, он неизбежно столкнется с людьми, которые уже будут знать об этой книге. Таким образом и он узнает, если, конечно, не прочитает объявление сам. Он обязательно клюнет! Я обещаю вам! А потом последует тем инструкциям, которые даны в объявлении.

Зазвонил телефон, и сразу же включился автоответчик. Шрек продолжал слушать Добблера.

– Из этого объявления следует, что им надо оставить номера своих кредитных карточек: либо “визы”, либо “Мастеркарда”. Или написать свои адреса, – не замолкал Добблер. – Поэтому они позвонят, и голоса их останутся на пленке. Это для нас очень важно. Понимаете, у нас есть оригинальные записи голосов и Мемфиса, и Суэггера. Голос Мемфиса был записан в болотах под Новым Орлеаном, а Суэггера во время вашей с ним беседы в Мэриленде. Поэтому мы можем закодировать их голоса и ввести в компьютер. Каждый звонок будет автоматически пропускаться через компьютер, где будет проверяться и сопоставляться с оригиналами. Как только будет найдено соответствие, нам сразу же сообщат.