Виолетта. Белый единорог - Багазова Алина - Страница 54

Мирабелла их «и в хвост, и в гриву» гоняет, всё никак не остынет, самую трудную и грязную работу поручает, типа встречи гостей и изолирования василиска… — она хихикнула.

Я внутренне усмехнулась: раньше это было моей работой, но тогда считалось привилегией. Должно быть василиск очень уж возражает против моей замены… Вслух ничего не сказала, продолжая вполуха слушать её щебетанье. — …А вот ещё вчера был бой небольшой со Светлыми, нервничают они на наш счёт, пронюхали, что Стефан засуетился с твоим заданием, нарываются, провоцируют. Вот и схлестнулись немного. Довольно вяленько, правда, всё-таки у всех уже предновогоднее настроение. Самая жаркая схватка впереди, по-видимому…

— Да, жизнь кипит… — тоскливо констатировала я.

— Ты же потом тоже вернёшься к занятиям… — неуверенно сказала Жанна, — твоё отсутствие ведь временно?

Я пожала плечами.

— А Учитель что говорит?

— Говорит, чтоб сосредоточилась на задании.

— Понятное дело, всё зависит от тебя, — посерьёзнела подруга, — мы тут регулярно медитируем на переменках в твой адрес.

— Спасибо, — улыбнулась я.

— Да не за что. Главное, чтоб у тебя всё получилось, там, наверное, непросто приходится?

Я внутренне усмехнулась: не просто, а ОЧЕНЬ просто. Любой бы справился, может, кто-то даже лучше меня. Но вслух говорить не стала.

— Ладно, я пойду, — вспомнив о времени, заторопилась Жанка, поднялась, — ещё увидимся?

— Надеюсь, — кивнула я, — передавай всем привет.

— Удачи тебе! — махнула она, уже растворяясь меж деревьев.

Мне захотелось броситься вслед за ней, в наш домик Воинов. Сесть со всеми за стол, позавтракать не спеша в приятной беседе, а потом — на занятия…Но я подавила назревающую грусть и решительно пошла по тропинке в другую сторону.

Стефан ждал меня, показалось, что он слегка нервничал. Я же наоборот была совершенно спокойна.

— Ну, Вилка, чем порадуешь? — хмуро улыбнулся он, жестом приглашая пройти.

— Всё идёт, как задумано, — я присела на диван.

Вкратце, но стараясь не пропустить ничего, я рассказала Учителю о первом дне общения с объектом. Стефан слушал, и постепенно его хмурость уходила, лицо разглаживалось. В конце повествования он уже улыбался, расслабленный, лучащийся довольством, как ребёнок.

— Да, молодчина, — он ласково потрепал меня за плечо, — интересный, нетривиальный ход. В общем, я ещё раз убедился, что не ошибся в выборе кандидатуры. Только пока рано расслабляться. Помнишь, Светлые отвоевали у нас одно решение. Ну тогда, из-за Артура. Так вот, они разработали план.

Подробностей пока не знаю, но разузнаю обязательно. И решение — их козырь, они могут применить его в любой момент.

— С козырей не ходят, ими отбиваются… — машинально пробормотала я.

— Всё верно, — кивнул Стефан, — только вот у Светлых всё через пень-колоду…Ладно, с этим разговором повременим. Скучаешь по друзьям?

— Да, — я аж привстала, — я могу с ними увидеться?

— Пока нет, — покачал головой Стефан, как-то странно глядя на меня, — всему своё время.

— Учитель… — я порывисто прижалась к нему, пользуясь случаем.

— Вилка, милая, — он поглаживал меня по спине. От его прикосновений мурашки расходились по всему телу, я слегка задрожала, как в ознобе, — ты не представляешь, насколько я тобой горжусь…

Но мне хотелось услышать совсем другие слова!

Стефан отодвинул меня, взял за подбородок кончиками пальцев и заглянул в глаза.

— Всему своё время, Вилка… — чётко сказал он, — не торопи событий.

И меня пронзило понимание. ДА! Именно так! Его любовь станет мне наградой!

Высочайшей наградой! Как у Светлых, у Аманды с Мишелем. Она победила в борьбе за Кольцо Единовластия, он подарил ей свою любовь… Но разве нельзя подарить мне уже сейчас хоть частичку… хоть капельку этого сладостного наслаждения? Это так мучительно — понимать, что Стефан почти принадлежит мне и не иметь возможности…не иметь прав ни на что.

Учитель вдруг неожиданно пробежал кончиками пальцев по моей щеке и такая невероятная истома охватила меня, что я едва не потеряла сознание. Сердце пронзила сладкая боль и я, не в силах контролировать себя, задрожала всем телом.

— Вот видишь, милая. Ты пока не готова, — тепло улыбнулся Стефан, — всему своё время.

Я шла по тропинке, а ноги заплетались. Сама не знала, куда иду, просто шла, чтоб успокоить бешено колотящееся сердце. Счастье было так близко… Неужели я никогда не смогу быть с ним? Неужели не буду в силах выдержать такого накала страсти?

Если моё тело реагирует так только лишь на прикосновение, то сердце просто взорвётся при чём-то большем… Мне срочно надо успокоиться.

Я отошла подальше от домиков, села прямо на траву, шикнув на верещащего в кроне дерева детёныша гарпии, закрыла глаза и погрузилась в состояние медитации.

Возвращение домой произошло раньше, чем наступило утро. Не стала засыпать, а просто полежала, обдумывая и планируя предстоящий день, просчитывая всё до мелочей. Стараясь не упустить ничего. Стефан сказал мне перед уходом, что сегодня ожидается событие, который позволит мне сблизиться с Сергеем, сделать его зависимым от меня. Конкретно не пояснил, позволив мне разобраться самой.

Потому я положилась на волю провидения и выкинула из головы все сомнения.

Через некоторое время зашевелилась и проснулась Юля. Я притворилась спящей, чтоб не смущать и дав возможность девушке одеться и покинуть комнату. Перед уходом она подошла к спящему Ванюше, тщательно окинула его взглядом, и, только удостоверившись, что мальчик спокойно спит, вышла. Я улыбнулась и тоже вынырнула из-под одеяла. День предстоял суматошный.

ГЛАВА 32

Завтрак славненько прошёл в тёплом семейном кругу. С тех пор, как он увеличился на три человека, маму словно подменили. Она стала тихой, задумчиво улыбалась, посматривала на меня виновато-застенчиво и очень мало говорила. Мне казалось, у неё словно спала с глаз пелена и пришло осознание происходящего все эти годы. И попросту не знала, как себя вести со мной, кажется, ей было ОЧЕНЬ стыдно. Ладно, это уже мелочи, постепенно всё вернётся на круги своя. А сегодня так много дел!

Дядя Стёпа во всеуслышание обнародовал наши с ним планы. Юлечка радостно заулыбалась, а мама довольно резво закивала, бросая на меня короткие взгляды.

Понимаю, ей не хочется видеть меня лишний раз поблизости (по крайней мере, какое-то время), как напоминание о не лучшем периоде её жизни… Что ж, вполне разделяю это желание.

После завтрака я побрела в комнату, собирать свои пожитки. Много времени это не заняло, вещей было всего ничего: чемодан, оставшийся от папиных командировок, да большая сумка, набитые моей одеждой, книгами и косметико-парфюмерной продукцией.

Переезжать — так полностью, чтоб потом не возвращаться то и дело за предметами первой необходимости.

Собравшись, наконец, я прекратила суетиться и замерла на минуту. Села на краешек пустующей кровати и посмотрела на потолок, на мою, дорогую сердцу, трещинку.

Пожалуй, с ней было грустнее всего расставаться. Существовавшая для меня, как старый друг детства, она была словно нить, связующая меня с другим миром, миром моего волшебства, моей сказки. Теперь вот пришла пора расстаться с этой сказкой, чтоб окунуться в неизвестную другую…

Дом, в котором находилась квартира Степана Анатольевича, стоял торцом к дому, где снимал квартиру Сергей. Сердце моё возликовало. Как всё складывается-то хорошо! Теперь я к нему ещё ближе, настолько, что не справиться с заданием будет невозможно!

Полусонный двор, словно вымер. Предновогодние последние деньки заставляли людей больше времени проводить дома, а с работы скорее спешить в центр, по магазинам, закупаться и нестись домой, чтоб заняться последними приготовлениями.

Мы, проигнорировав лифт, поднялись по ступенькам на третий этаж, дядя Стёпа нёс мои вещи. У двери, красивой, солидной, тёмно-коричневого дерева, с номером 23, мы остановились, и отчим полез за ключами.