Мари Галант. Книга 1 - Гайяр (Гайар) Робер - Страница 68

– Ты спасаешь мне жизнь! – вскричал он взволнованно. – Ты сама не знаешь, что даешь мне!.. Вот увидишь, Луиза, сама увидишь!.. Позднее ты все поймешь!

Она была измучена и нуждалась в отдыхе. Он поднялся, оправил камзол и пошел прочь.

Шевалье с шумом вдыхал воздух, он был счастлив, горд своей победой.

Теперь ему не хотелось даже смотреть в сторону Луизы. Напротив, он будто пресытился ею и поскорее хотел уйти.

– Пойду взгляну, не шпионил ли кто за нами… Я спущусь вниз. Надо быть настороже. Осторожность прежде всего!

Она молчала. Он отворил дверь и вышел.

На лестнице не было ни души, в большой гостиной – тоже. Он спустился вниз и вышел во двор, нуждаясь, очевидно, в свежем воздухе после своих нелегких занятий.

Он чувствовал, как радостно бьется сердце у него в груди. Он выиграл! Луиза приняла соперничество Мари. Оставалось приучить Мари к мысли о соперничестве Луизы.

Он не сомневался, что добьется этого так же легко, потому что Мари нуждалась не только в его любви, но в его помощи и советах.

Он окинул взглядом поля сахарного тростника на зеленеющих склонах холмов, сбегавших к самой бухте с зеленой водой. Мартиника представлялась сказочным островом. Он улыбнулся. Ему казалось, что остров уже у него в руке, словно горсть миндаля…

ГЛАВА ПЯТАЯ

Мари объясняется с майором

Заслышав сигнал береговой охраны, Пленвиль подошел к окну своего кабинета. Немного свесившись, он мог окинуть взглядом весь двор форта. Там никого не было, не считая нескольких солдат, которые, обнажившись до пояса, выполняли тяжелую работу под палящими лучами солнца.

Пленвиль заметил всадницу, которая, ответив на приветствия охраны, неторопливо въезжала во двор.

– Майор! – сказал он. – Сейчас вы убедитесь, что я был прав. Кое-кто едет с вами повидаться, как я и говорил!

Мерри Рулз, сидевший за рабочим столом, живо поднялся, поспешил к окну и занял место посторонившегося Пленвиля.

– Генеральша! – воскликнул он.

С тех пор как умер Дюпарке, Мари впервые прибыла в форт. Мерри Рулз сейчас же про себя отметил, что она путешествует без сопровождения, и оскорбился. Почему такое пренебрежение этикетом? Неужели Мари хотела снискать популярность, действуя вопреки своим предшественникам, генерал-губернаторам?

Пленвиль насмешливо хмыкнул:

– Не знаю, майор, заметили ли вы, что эта прелестная дама ездит в мужском костюме… Хотел бы я видеть, как она спешивается. Уверен, штаны сильно обтягивают ее круглый задок!

Рулз промолчал. Он восхищался гордой и соблазнительной всадницей. Выехав на середину двора, Мари жестом подозвала солдата. Тот подбежал и помог ей спешиться. Майор видел, как она обратилась к мужчине с вопросом, тот закивал, и генеральша направилась в его кабинет.

Она шла танцующей походкой. Штаны в самом деле обтягивали ее ладную фигуру и сидели на ней отменно; Мерри Рулз восхищался этой женщиной, возмужавшей в тропических широтах и не утратившей очарования юности.

Он побарабанил двумя пальцами по стеклу и вскричал:

– Признайтесь, Пленвиль, что она чертовски хороша! Какая элегантность! Вряд ли кому-нибудь, кроме вас, она может не нравиться!

Колонист пожал плечами:

– Меня утешает лишь то обстоятельство, майор, что она не даст вам времени пропеть дифирамб… Я вас предупредил. Вы знаете, зачем она приехала.

Он заговорщицки улыбнулся и прибавил:

– Не попадитесь ей на удочку! Вам ли не знать, какие холодные в форте подземелья!..

– Сырые и промозглые! – закончил Рулз. – Не беспокойтесь. Если вы сделаете, как я просил, мне бояться нечего. Подземельем я пригрожу ей самой… В любом случае я на свой счет не обольщаюсь. Поднимайте поселки Ле-Прешер и Ле-Карбе…

– Нынче же вечером будут пылать праздничные костры и все будут плясать, приветствуя Мерри Рулза!

– Спасибо… А теперь, Пленвиль, ступайте. Она не должна вас здесь видеть. Не то заподозрит неладное, да и вас компрометировать ни к чему. Выйдете и ступайте по правому коридору, так вы наверняка с ней не встретитесь…

– До свидания, майор, – ответил Пленвиль, надевая шляпу. – Удачи вам!

Пока колонист закрывал за собой дверь, Мерри Рулз снова сел за стол. Внешне он был абсолютно спокоен и с головой ушел в бумаги, которыми был завален его стол.

Прошло несколько минут. Наконец вошел гвардеец и доложил о госпоже Дюпарке.

Майор не торопясь встал и, прежде чем Мари появилась на пороге, пошел ей навстречу. Едва ее завидев, он низко поклонился и поспешил предложить кресло.

– Примите уверения в моем глубочайшем почтении, госпожа генеральша! – молвил он.

– Благодарю вас, майор! Здравствуйте! – ответила она, опускаясь в кресло.

Он восхитился тем, что, несмотря на жару, она выглядела прекрасно.

– Счастлив видеть вас, мадам, – проговорил он. – Если бы вы не приехали, я после полудня сам отправился бы в замок Монтань… Меня очень беспокоит эта история с «Быком».

– Меня тоже. Я приехала к вам с тем, чтобы обсудить этот вопрос…

Он снова занял свое место за столом, подумав про себя: «Она нападает, едва успев войти. Осторожно… Игра предстоит нелегкая…»

– Слушаю вас, мадам, – произнес он. Майор не чувствовал ни малейшего стеснения.

Наоборот, он, казалось, чувствовал себя совершенно свободно.

– По здравом размышлении, – начала Мари, – боюсь, что это дело, ответственность за которое вы, так сказать, взяли на себя, нанесет мне моральный ущерб в глазах общественности на Мартинике.

– Вы полагаете? – с сомнением спросил он, всем своим видом давая понять, что не придает этому факту значения.

– Да. Подумают, что это я организовала экспедицию капитана Байярделя. А я даже приказа не успела отдать, как вы сами уже решили отправить «Быка», «Святого Лаврентия» и «Мадонну Бон-Пора» на Мари-Галант.

– Однако, мадам, вы взяли на себя обязательства перед Высшим Советом предпринять именно эту акцию.

– Разумеется. Но мне казалось, что с вашей стороны было бы уместно дождаться моих распоряжений, прежде чем действовать. С другой стороны, не я назначала капитана Байярделя начальником этой экспедиции…

– Вы ничего мне не говорили на этот счет, мадам.

– Байярдель симпатизирует флибустьерам. Зачем же было останавливать свой выбор именно на нем? Воистину, майор, вы действовали с умыслом, надеясь так или иначе меня погубить: сначала – поссорив меня с капитаном береговой охраны, затем – предвидя возможное наше поражение; и я бы не удивилась…

Мерри Рулз перебил ее, с оскорбленным видом проговорив:

– Как вы можете так думать?! Мною всегда руководила одна забота: быть вам полезным…

Он помолчал, опустил голову и покраснел:

– Да как вы можете, мадам, обвинять меня в столь черных мыслях, когда вы знаете о моих чувствах к вам!

– Вот именно! – подхватила она. – У меня есть все основания предполагать, что вы хотели отомстить за мое равнодушие…

– Это противоречило бы моему характеру, мадам. А мои чувства к вам слишком благородны и возвышенны: ни на мгновение я и помыслить бы не мог оказывать на вас давление…

– Оставим эту тему, сударь, – сухо отрезала она. – Вы совершили серьезный проступок. Вы превысили свои полномочия, самостоятельно назначив дату экспедиции и командующего. Вам придется за это ответить.

Мерри Рулз ожидал, что разговор примет такой оборот, но Мари повела себя настолько резко, что он побледнел и, едва сдерживая ярость, невольно сжал кулаки.

– Если вы пришли требовать моей отставки, мадам, я готов удалиться в свои владения.

Она махнула рукой, будто отметая это предположение.

– Если бы я, хоть на секунду усомнившись в вашей преданности, потребовала вашей отставки, это было бы в высшей степени наивно! Ведь тогда ничто не помешало бы вам действовать против меня открыто и еще более успешно. Нет, майор, нет; боюсь, что совершенный вами проступок заслуживает более серьезного наказания…

Мерри Рулз снова взял себя в руки. Он догадался, куда она клонит, потому что всего четверть часа тому назад Пленвиль предупреждал его об этом.