Скандал в высшем свете - Хантер Джиллиан - Страница 36

– Вы говорите о дуэли? Но не здесь же? – в ужасе воскликнула девушка, испугавшись, что маркиз воплотит угрозу в жизнь.

– Почему бы и нет? – легко возразил Седжкрофт. – На этих аллеях и раньше лилась кровь. В конце концов, в моей семье издавна привыкли следовать традициям.

Услышав такое признание, девушка схватила спутника за руку и увлекла на безмятежную зеленую лужайку, оставив далеко позади следующего по пятам лакея.

– Традиции обычно основаны на насилии и стремлении к удовольствию. Вместо того чтобы сражаться с Брентфордом, вы бы лучше представили моего брата какой-нибудь приятной молодой даме, способной оказать на него положительное влияние.

Попытка руководства позабавила маркиза; впрочем, повлиять на ход его мыслей этой особе, разумеется, не удастся. Если барон все-таки окажется серьезной помехой, Седжкрофт быстро с ним разделается – скорее всего, конечно, не в людном месте, но, так или иначе, уберет выскочку с дороги.

– По-моему, грядет еще одна проповедь благотворной роли священных уз. – Маркиз рухнул на траву и закрыл глаза, тут же театрально захрапев. – Я уже умер?

– Вставайте скорее, Седжкрофт! Газеты и так полны сплетнями!

Молодой человек открыл один глаз.

– А, снова сплетни? И что же, интересно, пишут о нас на сей раз?

Джейн торжественно сложила руки на груди.

– А то, что свадьба состоится в следующем месяце.

– И что же в этом плохого? Мне казалось, вы одобряете брак, а значит, все в полном порядке.

– Кроме того обстоятельства, что наша помолвка – абсолютная ложь, – поморщилась Джейн. – Не можем же мы дурачить людей вечно. А сейчас встаньте поскорее, пожалуйста, – так лежать просто неприлично.

Молодой человек устроился на боку, подставив под голову локоть. В расстегнутом сюртуке и свободной утренней рубашке он напоминал великолепного льва, разлегшегося на освещенной солнцем траве.

– А чем занимались вы с Найджелом, когда оставались наедине? – лениво поинтересовался он, не сводя со спутницы внимательного взгляда. – Рисовали натюрморты?

– Если вас это так интересует, то разговаривали. У воспитанных людей это обычно называется общением.

Маркиз сорвал травинку и лукаво прищурился:

– И какие же темы изволили обсуждать?

Девушка вздохнула.

– Жизнь. Книги. Любовь.

В последний год главной темой стала растущая любовь Найджела к гувернантке.

– Любовь Найджела к вам? – Седжкрофт словно услышал мысли собеседницы.

Джейн выдержала пристальный взгляд, хотя и не без внутренней дрожи.

– Ну, не совсем.

Маркиз нахмурился и резко встал, тут же подавив Джейн ростом и мощью фигуры.

– Иногда мне кажется, что этот парень вовсе и не Боскасл.

– Что вы имеете в виду? – с сомнением уточнила девушка.

– Ну, если говорить без обиняков, то ни один мужчина из нашего клана просто не смог бы провести в вашем обществе столько лет и не продвинуться… дальше разговоров, если вы понимаете, о чем я.

– Да, боюсь, что хорошо понимаю, – грустно согласилась девушка и тут же воскликнула нарочито громко, чтобы отвлечь слишком проницательного собеседника: – О, посмотрите, ведь там, у самой воды, прогуливается Сесили!

– Джейн. – Маркиз слегка потянул девушку за край жакета, не давая сделать шаг в сторону.

Улыбнувшись снисходительно, словно маленькой девочке, он уткнулся лицом ей в шею и прошептал:

– Вам неловко говорить о желании? Но ведь нас здесь никто не услышит.

От его прикосновения тело Джейн встревоженно напряглось, словно отвечая на встречный импульс.

– Вы первый и единственный мужчина, который вообще осмеливается говорить со мной на такие темы, – резко ответила девушка и, услышав собственное имя, обернулась. – Сесили зовет нас к себе. Пойдемте? Мне кажется, Саймон тоже там.

– Вы так понятны, милая.

– И вы тоже, Седжкрофт.

– Неужели?

– Абсолютно прозрачны.

– Ну так скажите же, о чем я думаю.

– Уверена, что даже не смогу произнести таких слов.

– Я вспоминал события вчерашнего вечера, – нежно, почти шепотом признался маркиз, поправляя ее непослушный локон.

Прежде чем спутница отстранилась, он увидел, как пульсирует голубоватая жилка в основании горла.

– Постарайтесь, пожалуйста, хотя бы некоторое время думать о чем-нибудь другом, – попросила девушка. – А то в рассеянности упадете в воду.

Грейсон покорно, даже пассивно последовал за спутницей. Да, она упорно уклонялась от всяческих обсуждений, но разве можно забыть искренность и открытость там, в темноте лабиринта, – поведение, в корне изменившее его отношение к подопечной? Такую удивительную, обезоруживающую отсутствием притворства женщину маркизу еще не приходилось встречать. Скромница в ее характере жила рядом с искусительницей – восхитительной, занимательной, гибкой и в то же время полной достоинства, порою даже мудрой.

Женщина, рядом с которой мужчина сразу поддавался вожделению, но не смел забыть об ответственности.

Маркиз остановился и вздохнул, качая головой и словно удивляясь собственным рассуждениям. Откуда явилась эта мысль об ответственности? И все же такова правда. Обязательно должен появиться кто-то, способный оценить сокровище по достоинству. Да, в душе Джейн кроются такие тайны, которые нелегко, но необходимо раскрыть. А кроме того, и очевидные стороны ее натуры кажутся весьма привлекательными.

Испытываемое маркизом вожделение к Джейн показало ему всю смехотворность стандартов и обычаев высшего света. Хитрая мышка вела светского льва еще не изведанными тропинками, и – зачем притворяться? – тропинки эти казались интересными и обещали невиданные сокровища.

В голове промелькнули слова меланхоличного барона:

«Некоторые подозревают, будто молодая леди никогда и не любила Найджела».

«О, Джейн, – улыбнулся собственным мыслям Седжкрофт, – тебе просто необходима парочка уроков любви. А точнее, нам обоим».

Друзья мисс Уэлшем собрались на берегу озера, оплакивая утрату шелкового цилиндра Саймона. Своенравный и импульсивный лорд закинул шляпу в воду. На какое-то мгновение цилиндр сделал вид, что собирается вернуться к берегу, и компания бурно возликовала. Однако восторг тут же сменился стоном разочарования – несчастный головной убор начал тонуть и через пару минут исчез навсегда.

– Все это так на тебя не похоже, Джейн, – прикрывшись веером и делая вид, что не замечает стоящего поодаль маркиза, отчитывала подругу Сесили.

Она выехала кататься в амазонке шоколадного цвета и такой же шляпке, изысканно украшенной лебедиными перьями.

– Ты читала газеты?

Джейн смотрела на зеленоватую рябь озера, каждой клеточкой своего существа чувствуя присутствие Седжкрофта. Маркиз стоял в нескольких метрах и все же казался таким близким, что думать о ком-нибудь другом было просто невозможно.

– Да, – наконец ответила Джейн. – Читала. Половина из того, что они пишут, ложь.

Сесили подозрительно прищурилась:

– Так что же, значит, вторая половина – правда? Нет, не отвечай!

– А я и не собираюсь.

– Все твердят, что маркиз собирается сделать тебе предложение, если еще не сделал.

Джейн грустно вздохнула. Сегодня утром, стоило ей увидеть собственное имя напечатанным рядом с другим, теперь хорошо знакомым, и прочитать историю о том, как в нее влюбился один всем известный маркиз, сердце почему-то подпрыгнуло от безотчетной радости. Впрочем, радость эта угасла очень быстро, и газета выпала из рук.

– Даже против воли не могу не восхищаться тобой, милочка, – произнесла Сесили после недолгого раздумья.

Краем глаза Джейн заметила, что Грейсон повернулся и посмотрел на аллею, где об руку с лордом Бакли прогуливалась Хелен. Пышные светлые волосы сияли на солнце. Поймав на себе взгляд маркиза, француженка остановилась и украдкой оттолкнула кавалера.

В этот момент Седжкрофт прикрыл рот затянутой в перчатку рукой и сладко зевнул.

– Неужели мной можно восхищаться? – рассеянно переспросила Джейн, полностью погруженная в молчаливую сцену, невольной свидетельницей которой только что стала.