Грешные игры джентльмена - Хантер Джиллиан - Страница 65

– Так ты предпочитаешь, чтобы они вообще со мной не знакомились? – спросила она. – Ты хочешь сделать меня тайной женой?

Дрейк взял ее за подбородок.

– Кажется, ты неправильно поняла меня, Элоиза. Я боюсь не того, что Боскаслы тебя не одобрят. Нет, я опасаюсь, что они изменят твое мнение обо мне.

Она улыбнулась, приподняв брови:

– Очень сомневаюсь в этом, да и как они это сделают? Что они могут сказать?

Дрейк откашлялся. Семейство сможет рассказать о нем немало неприглядных историй.

– Я очень прошу тебя не слушать того, что родные могут рассказать о моих грешных годах, – проговорил он.

– О твоих грешных годах? – переспросила шокированная его словами Элоиза. – А как в таком случае называется твой нынешний год?

– Год удовлетворения и довольства.

Дрейк смотрел на Элоизу, обдумывая, как бы объяснить ей, что он имеет в виду, до тех пор, пока не осознал, что она поняла его. То, что произошло между ними, покорило и полностью изменило его. Элоиза смогла разбудить в его душе способность любить, о существовании которой он никогда не подозревал.

– Этот свой год я смогу назвать годом удовлетворения и довольства благодаря тебе, Элоиза, – промолвил Дрейк дрогнувшим голосом.

Она подняла к нему лицо.

– И я тоже, – прошептала она.

Глава 32

Дрейк не знал, что он должен сказать Элоизе, чтобы подготовить ее к встрече с его родными. Вероятно, римские гладиаторы испытывали примерно такое же замешательство, когда их бросали к львам. Но ведь спасал же их инстинкт самосохранения. Разумеется, он будет рядом с Элоизой и защитит ее. Пусть для начала Боскаслы изорвут в клочья его самого. Хватит с нее переживаний за один день. Каждый раз, глядя на ее синяк, Дрейк чувствовал, как его кровь закипает от ярости, и ему хотелось вновь прийти ей на помощь. Правда, им предстоит принять участие в битве другого рода, к тому же они будут вместе.

Наконец карета остановилась перед элегантным особняком на Парк-лейн.

Когда-то его владелец Грейсон Боскасл, достопочтенный пятый маркиз Седжкрофт, был тем еще повесой, не помышлявшим о правилах хорошего тона, который весь Лондон будоражил своими бесчисленными неблагоразумными поступками. С ним можно было похулиганить, но он поддерживал дружеские отношения со всеми своими братьями и сестрами. Зато сейчас маркиз стал верным мужем и чрезмерно заботливым отцом, который очень серьезно относился к своей роли семейного патриарха.

Дрейк бросил на Элоизу извиняющийся взгляд, когда они вошли в просторный вестибюль с колоннами. Каблуки Уида застучали по мраморному полу. Ну в самом деле, как подготовить ее к неизбежной встрече с его ничего не прощающими родственниками?

– Прошу тебя помнить, что я не отвечаю за родных, – промолвил Дрейк тихо. – И не верь ничему, что они скажут обо мне.

Однако Элоиза была так восхищена итальянской живописью на одной из стен, что, заподозрил Дрейк, не слышала ни единого слова.

– Но ведь я уже познакомилась с одним твоим братом, с леди Стратфилд и с леди Лайонс, – пробормотала она. – К тому же мне кажется, что ты немного преувеличиваешь.

– Преувеличиваю… – эхом отозвался Дрейк.

Он тяжело вздохнул, когда двустворчатая дверь в конце длинного коридора распахнулась.

– Немного…

Они услышали голос дворецкого:

– Лорд Седжкрофт примет вас немедленно.

Дрейк украдкой подтолкнул Элоизу назад.

– Это наш последний шанс, – тихо проговорил он. – Мы еще сможем убежать отсюда.

Элоиза спокойно посмотрела на него:

– Неужели он может напугать? Дрейк засмеялся:

– Я бы не сказал, что он может напугать, во всяком случае меня, но он… в общем, мой брат – это нечто. К тому же тебе все равно рано или поздно придется столкнуться с «могущественными» Боскаслами.

– Что ж, пусть это произойдет прямо сейчас.

«Мой брат – это нечто».

Именно это выражение пришло в голову Элоизе, когда ее представили Грейсону Боскаслу, достопочтенному пятому маркизу Седжкрофту. Пожалуй, определенно это было так.

Элоиза немедленно заметила сходство маркиза с Дрейком – те же синие глаза, та же мужественная живость, то же захватывающее обаяние. Но на этом сходство заканчивалось. Ее Дрейк темен, неистов, его привлекательность полускрыта. А маркиз – этакий властный бог, излучающий тепло.

– Итак, ты будешь моей невесткой, – промолвил маркиз с такой торжествующей улыбкой на губах, что у любой другой женщины сердце подскочило бы от волнения.

– Мне это очень приятно, лорд Седжкрофт, – сдержанным тоном произнесла Элоиза, встречая любопытный взгляд Грейсона.

В нем бездна обаяния, пришло ей в голову. Особенно если учесть причину их знакомства.

К собственному удивлению, Элоиза совсем не волновалась. Вероятно, решила она, спокойствием она обязана именно обаянию маркиза. Впрочем, ее многочисленные встречи с людьми, дотоле незнакомыми, научили ее держаться спокойно под их испытующими взглядами.

Маркиз выпрямился. Повернув голову, Элоиза заметила фигуры сидящих и стоящих людей, заполнявших элегантную гостиную. Разумеется, она узнала леди Лайонс, Хлою Боскасл и ее мужа, виконта Стратфилда.

Все они, подумалось ей, – убийственно красивое семейство. Через несколько минут в комнату проскользнул Девон и тут же пристроил свое длинное тело на диван в простенке между окнами.

– Не ругай меня за это, Дрейк, – взмолился он. – Мне угрожали тисками для пальцев и прочими инструментами из пыточного арсенала Боскаслов. Я был вынужден все рассказать им.

Дрейк плеснул себе в бокал хереса из графина, стоявшего в буфете.

– Уж конечно, – бросил он. – Трус!

– Мы не могли допустить, чтобы ты сбежал, – сказал Грейсон, улыбаясь чарующей улыбкой человека, привыкшего манипулировать людьми.

В комнату вошла еще одна женщина, тихо представившаяся Элоизе как Джейн, жена Грейсона. Милая маркиза сразу понравилась Элоизе. Простая, очень приятная в общении, уверенная в себе, она привлекала к себе и была прямой противоположностью своему властному мужу. Джейн тепло обняла Элоизу.

– Вы отважная женщина, если решились выйти замуж за Дрейка, – сказала она с улыбкой. – Добро пожаловать в семью.

Прекрасная Хлоя с волосами цвета воронова крыла печально усмехнулась.

– Если только моя семья до начала церемонии не убедит вас в том, что вы совершаете чудовищную ошибку, – промолвила она. – Уединение и свобода, которыми вы могли наслаждаться прежде, позади.

Дрейк поставил бокал с вином на стол.

– Церемонии? – переспросил он с улыбкой. – Ты что-то сказала о церемонии, Хлоя?

Наступило молчание. Грейсон встретил взгляд Дрейка.

– Ну ты же не откажешься обвенчаться в фамильной часовне, Дрейк, – промолвил он. – Мы ждем только Хита и Джулию. Священник уже на месте. Надеюсь, ты не станешь возмущаться тем, что я вместо тебя позаботился об этих мелочах.

Элоиза затаила дыхание – в комнате повисла напряженная тишина. Неужели она стала ее причиной? Ни за что на свете она не хотела бы вставать между Дрейком и его семьей. Это же понятно, что маркиз захочет задать кое-какие вопросы, касающиеся их брака.

Губы Дрейка скривились в сардоническую усмешку. Он приподнял свой бокал, но глотка не сделал.

– Стало быть, фамильная часовня?

В мгновение ока весь апломб Грейсона как ветром сдуло. Он бросил на свою жену Джейн почти беспомощный взгляд.

– Ну разумеется, фамильная часовня, – убедительным тоном произнесла она. – Не потащишь же ты Элоизу туда, где полно народу. Если ты пойдешь в другое место, на вас наверняка налетят репортеры, которые будут вас преследовать до самого дома.

Дрейк посмотрел на свой херес.

– Я получил специальное разрешение, – осторожно промолвил он. – Я хотел, чтобы это была закрытая тихая церемония.

Эти слова можно было истолковать по-разному. Элоиза едва дышала от волнения. Меньше всего ей хотелось, чтобы ее свадьба начиналась со ссоры с родными Дрейка. Ее свадьба… Она почти боялась даже про себя произносить эти слова, поверить в то, что это возможно. Она станет его женой, будет членом этой семьи, внушающей благоговение.