Halo. Падение Предела - Ниланд Эрик - Страница 34

На главном обзорном экране возникло изборождённое морщинами лицо адмирала Майкла Стэнфорда.

Кейз облегчённо вздохнул. Стэнфорд обладал репутацией умного и рассудительного человека. Он мог разобраться во всех сложностях ситуации.

— Коммандер Кейз, — произнёс адмирал. — Старина Учитель собственной персоной, да? Это канал срочного вызова, сынок. Очень надеюсь, что ты по важному делу.

Кейз пропустил явную насмешку мимо ушей. Он знал, что в командовании многие полагают его недостойным управлять чем-то, кроме классной комнаты, а некоторые считают, что он и этого не заслужил.

— Сэр, система сигмы Октана скоро подвергнется нападению.

Адмирал Стэнфорд удивлённо приподнял бровь и наклонился ближе к экрану.

— Я, — продолжал Кейз, — запрашиваю встречи всех кораблей, находящихся в системе, на орбите четвёртой планеты. И всем судам из ближайших систем тоже следует поспешить к нам.

— Покажи-ка мне, что у вас там, Кейз, — произнёс адмирал.

Коммандер переслал ему снимок, сделанный постом наблюдения.

— Корабли ковенантов, сэр. Их силуэты наложились друг на друга. Наши зонды определяют их как единый объект, поскольку пространство скольжения куда легче искривляется силами гравитации, чем обычное.

Адмирал слушал его, нахмурившись.

— Сэр, вы же сражались с ковенантами и знаете, с какой точностью они маневрируют в пространстве скольжения. Я сам видел, как дюжина вражеских кораблей выходила из него строгим строем, двигаясь не более чем в километре друг от друга.

— Да, — пробормотал адмирал. — Я тоже это видел. Хорошо, Кейз. Благодарю за внимательность. Мы пришлём всех, кого сможем.

— Спасибо, сэр.

— Сынок, ты, главное, держись. Удачи. Конец связи. Обзорный экран погас.

— Сэр? — оглянулась Холл. — Сколько там кораблей ковенантов?

— По приблизительной оценке — четыре судна среднего измещения, — сказал Кейз. — Эквивалент наших фрегатов.

— Четыре корабля ковенантов? — прошептал Джаггерс. — И что мы можем сделать?

— Сделать? — переспросил Кейз. — Исполнить наш долг.

— Сэр, прошу меня извинить, но там же четыре ков... — начал протестовать Джаггерс.

Кейз осадил его гневным взглядом.

— А ну-ка отставить, мистер. — Коммандер помолчал, взвешивая слова. — Лейтенант, на четвёртой планете сигмы Октана проживают семнадцать миллионов граждан. Вы предлагаете просто отойти в сторонку и посмотреть, как ковенанты сожгут их?

— Никак нет, сэр, — потупил навигатор взор.

— Мы сделаем всё, что в наших силах, — сказал коммандер Кейз. — А пока займёмся нашим вооружением. Привести в готовность ракетные расчёты, прогреть ОМУ и снять предохранители с ядерных торпед.

— Слушаюсь, сэр! — ответила Хнкова.

Над контролем внутренних систем загудел тревожный сигнал.

— Гистерезис реактора приблизился к критической отметке,— доложила Холл.— Сверхпроводящие магниты перегружены. Неизбежна утечка охлаждающей жидкости.

— Отвести основной охладитель и подключить резервные цистерны, — приказал Кейз. — Это даст нам ещё пять минут.

— Слушаюсь, сэр.

Коммандер сжал трубку в ладони. Он не стал снова прикуривать, а просто пожёвывал мундштук. А затем отложил её. Эта нервозная привычка вряд ли могла хорошо сказаться на его офицерах. Сейчас он не мог позволить себе такую роскошь, как проявление эмоций.

По правде говоря, коммандер был напуган. Четыре корабля ковенантов были равны по силам примерно семи эсминцам. Самое большее, на что мог рассчитывать Кейз, так это на то, что ему удастся привлечь внимание противника и увести его в сторону. Сейчас он очень надеялся, что у него получится бегать от ковенантов до подхода остального флота.

Впрочем, чужаки могли и догнать «Ирокез».

— Лейтенант Джаггерс, — приказал Кейз, — я задействую Протокол Коула. Очистить навигационные базы и сгенерировать случайный вектор выхода из звёздной системы,

— Слушаюсь, сэр. — Навигатор склонился над пультом управления.

Он мрачно посмотрел на клавиши, поднёс к ним ладони и начал медленно вводить нужные команды.

— Лейтенант Холл, подготовьте всё необходимое, чтобы уничтожить защитные системы реактора.

Все офицеры на секунду застыли на месте.

— Слушаюсь, сэр, — прошептала Холл.

— Получаем сигнал с края системы, — объявил Доминик.— Фрегаты «Верный» и «Геттисбург» идут к точке сбора с предельной скоростью. Расчётное время прибытия — один час.

— Хорошо, — сказал коммандер Кейз.

С тем же успехом они могли бы появиться спустя месяц. В этой битве счёт шёл на минуты.

Коммандер понимал, что не сможет вступить в бой — для этого ему крайне не хватало огневой мощи. Не мог он и убежать. Должен был существовать другой выход.

Разве Кейз сам не говорил своим студентам, что если у них не осталось разумного варианта, значит, они используют неправильную тактику? Надо только поменять правила игры. Надо посмотреть на проблему под другим углом и найти хоть что-то, что поможет выбраться из безнадёжной ситуации.

Чернота космоса возле сигмы Октана IV вскипела и забурлила нитями зелёного свечения.

— Корабли входят в нормальное пространство, — объявил Джаггерс, и в голосе его звучала паника.

Коммандер Кейз вскочил с кресла.

Он ошибался. Войска ковенантов состояли не из четырёх фрегатов. Из пространства скольжения вынырнули два фрегата, сопровождающие эсминец и крейсер.

У Кейза кровь застыла в жилах. Ему доводилось видеть баталии, во время которых единственный эсминец ковенантов превращал суда ККОН в швейцарский сыр. Плазменные торпеды могли прожечь двухметровую толщу титановой брони «Ирокеза» за считанные секунды. Вооружение чужаков на многие световые года опередило таковое ККОН.

— Их оружие, — пробормотал себе под нос коммандер. Да, третий вариант и в самом деле существовал. — Держать скорость, — приказал Кейз. — Курс ноль—три—два.

Лейтенант Джаггерс подскочил в своём кресле,

— Сэр, но это же курс на столкновение с их эсминцем.

— Знаю, — ответил коммандер Кейз. — Вообще-то, именно на это я и рассчитываю.

ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ

Коммандер Кейз стоял на мостике, заложив руки за спину и стараясь хранить внешнее спокойствие. А это было непросто, учитывая, что его эсминец шёл курсом на столкновение с флотилией ковенантов. Сердце коммандера колотилось, как бешеное, а в крови кипел адреналин.

Но Кейз был обязан перед лицом своего экипажа хотя бы производить впечатление, что держит всё под контролем. Сейчас он просил от них очень многого... И возможно, даже всего.

Младшие офицеры всматривались в показания своих мониторов; время от времени кто-нибудь бросал нервозный взгляд на командира, но тут же вновь утыкался в экран.

С этого расстояния корабли ковенантов казались игрушечными. Но было бы опасной глупостью считать, что они пока не представляют угрозы. Один прыжок, одна ошибка в оценке их огневой мощи, и «Ирокез» погибнет.

Крейсер чужаков состоял из трёх одутловатых сегментов; в раздутой центральной части размещались тринадцать пусковых отсеков. Коммандеру уже приходилось видеть, как из них вырываются сотни штурмовиков — стремительных, вёртких и смертоносных челноков.

В обычных обстоятельствах корабельной обороной заведовал ИИ, но его ещё не успели установить на судне Кейза.

Вражеский эсминец в три раза превосходил «Ирокез» по массе и был усеян импульсными лазерными установками, хитиновыми наростами и антеннами, похожими на усики насекомых. Крейсер и эсминец ковенантов шли борт о борт, но направлялись они не к «Ирокезу». Противник медленно приближался к сигме Октана IV.

Неужели они решили не обращать внимания на старания коммаидера Кейза? Решили испепелить планету прежде, чем избавиться от него?

В отличие от передовых кораблей, фрегаты ковенантов сбавили ход. Они синхронно развернулись, поворачиваясь к «Ирокезу» боками и готовясь дать бортовой залп. Вдоль центральной линии фрегатов заплясали сверкающие красные нити, собираясь в единый, цельный сгусток адского пламени.