Мой милый шпион - Борн Джоанна - Страница 2

«Надеюсь, что Кеннет и есть Синк, – говорила себе Джесс. – Надеюсь, что он несет пакет… и что он не выпустит из меня кишки, если вдруг почувствует, как мои пальцы обшаривают его карманы».

Дойл откашлялся и проговорил:

– Я и не собираюсь вас отговаривать, мисс Уитби.

– Вот и хорошо, – кивнула Джесс.

У нее не было выбора. Она уже все перепробовала – и подкуп, и угрозы, и шантаж. Но ничего у нее не выходило, ничего не получалось. Ни в британской службе разведки, ни в военной разведке, ни в министерстве иностранных дел, ни в Адмиралтействе. Как будто все сговорились засадить Джосайю Уитби за решетку. Что это за мир такой, где никого нельзя подкупить?

Дойл внимательно посмотрел на нее, потом сказал:

– Вам здесь небезопасно, мисс Уитби. Даже со мной. Гулять в порту…

– Я очень осторожна, – перебила Джесс.

– Но в порту полно сутенеров, которые непременно захотят пустить в дело такую славную птичку, как вы, – продолжал Дойл. – А связываться с Бастардом Кеннетом – это чистейшее безумие. Вы, мисс, случайно, не свихнулись?

Нет, она не свихнулась. Просто у нее действительно не было выбора.

– Можешь не оставаться со мной, если не хочешь, – ответила Джесс.

– Нет, я останусь, – заявил Дойл. – Я все же должен отработать те жалкие гроши, что вы мне платите, мисс Уитби.

– Да, конечно, мистер Дойл.

Он прикоснулся к шраму на лице и проворчал:

– А может, мне самому полоснуть себя ножом, по горлу, чтобы избавить Кеннета от трудов? Когда же он появится, этот ваш капитан?

– Через полчаса, наверное.

– Значит, уже недолго.

Но ей казалось, что ужасно долго. Джесс со вздохом прислонилась к стене. В окне третьего этажа зажгли свечу. Видно, одна из девиц приступила к работе. Затем где-то скрипнул ставень.

«Как странно… – промелькнуло у Джесс. – У меня пересохло во рту, а ведь кругом столько воды…»

– Вот что, Дойл…

– Слушаю, мисс.

– Держись как можно дальше от меня. Кеннет очень уж ловок с ножами… Говорят, он прекрасно их метает.

– Да, слышал об этом. И мне не хочется, чтобы из меня выпустили кишки.

– Мне тоже, Дойл.

На углу ветер закручивал туман спиралью. В пабе ниже по улице пели «Правь, Британия». Там собирался всякий сброд, но сброд патриотический.

«Нет ничего хуже, чем ждать», – подумала Джесс со вздохом.

– Скажи, Дойл, ты когда-нибудь делаешь то, чего очень боишься?

– Время от времени. Но непохоже, чтобы вы нервничали, мисс. Вы холодная… как лягушка.

– Спасибо за комплимент. – Джесс невольно усмехнулась. – Но все-таки я немного нервничаю. Ужасно не люблю ждать. Когда же настанет конец этому ожиданию?

– Не могу представить, что будет, когда наше ожидание закончится.

Джесс пошевелила пальцами и снова вздохнула. Увы, несколько часов тренировки не вернули им прежнюю ловкость, и будет чертовски неприятно, если капитан Кеннет схватит ее за руку, когда она начнет обшаривать его карманы.

Сначала она их услышала, а потом увидела – из тумана вдруг вынырнули две фигуры. Высокий шел справа; он едва держался на ногах. Впрочем, и второй был изрядно пьян. И оба горланили песню: «…Я встретил девушку, торгующую устрицами, и смело сунул нос в ее корзинку!..»

Дойл тихо присвистнул и пробормотал:

– Наконец-то появились. Капитан Кеннет – высоченный, справа. Но оба едва на ногах стоят. Господи, только пьяных с ножами мне не хватает.

– Если он сильно пьян, то это даже лучше, – заметила Джесс.

– Да, возможно.

«У тебя все получится, – говорила себе Джесс. – Ведь когда-то ты вытащила многие сотни кошельков».

Капитан Себастьян Кеннет, как и говорили, был довольно высоким и крепким. Джесс разглядела сквозь туман черные волосы и худощавое лицо. Он был без шляпы, а куртка расстегнута, так что будет очень удобно обшаривать его карманы. Парня слева Джесс плохо рассмотрела, но казалось, что он был не так пьян, как Кеннет. Темноволосый и сухопарый, он шел, уставившись себе под ноги.

Джесс прекрасно знала песню, которую они горланили, – песню о девушке, торгующей устрицами. И в ней говорилось о том, что опасно доверяться девушкам на темных улицах. Что ж, в данном случае так оно и было.

– Порой жизнь – тяжкое испытание, – проворчал Дойл.

– Совершенно верно, мистер Дойл.

Откинув с глаз мокрые волосы, Джесс сделала глубокий вдох и заорала во все горло, взывая о помощи.

Глава 2

Капитан Себастьян Кеннет не считал себя слишком уж пьяным, хотя, конечно же, понимал, что он не вполне трезв. Но капитан придерживался того мнения, что между состоянием сильного опьянения и абсолютной трезвостью раскинулся целый океан, плавание по которому называется удовольствием.

К тому же повод для выпивки был очень даже подходящий. Капитан Райли, его приятель и один из помощников, явился сегодня, пошатываясь, в «Итонские экспедиции» с бочонком французского бренди и хорошими новостями. У Райли родился сын, когда на рассвете он бросил якорь в Уоппинге. Естественно, каждому захотелось поднять тост за новорожденного. А когда в корабельной конторе бренди кончилось, все переместились в таверну напротив, где продолжили праздновать. По словам Райли – а он кое-что знал о младенцах, – Томас Френсис Себастьян Райли родился голосистым и крепким парнем, и было ясно, что со временем он, как и его отец, уйдет в море.

Так что денек действительно был замечательный, подходящий для того, чтобы повеселить песней обитателей Кэтрин-лейн.

– «Лучших устриц ты еще не видел, – горланили приятели. – Я продаю их по три пенни, а тебе отдам задаром!..»

Себастьян Кеннет, запрокинув голову, с удовольствием подставил лицо под струи дождя. Совсем недавно он вернулся домой из жаркого и зловонного Корфу, и было необыкновенно приятно вдыхать прохладный и влажный воздух.

Его друг Эйдриан сильно фальшивил, отбивая тростью такт по филенкам и ставням. Но он не был пьян – Эйдриан не пьянел по долгу службы, – просто он совсем не умел петь.

– «Потому что ты их любишь!»

Бордели островками тепла и света парили в тумане. Из окна второго этажа свесились две мулатки, распустив по ветру длинные блестящие волосы. Их платья, красное и желтое, выделись яркими пятнами. Предлагая себя, они закричали хриплыми голосами, когда приятели проходили мимо. Но Себастьян только усмехнулся и помахал рукой, продолжая петь.

– «Нет ли поблизости уютного уголка, куда я мог бы привести свою прелестную торговку?! Мы бы с ней прилегли, и за устриц в корзине я бы дал ей хорошую цену!»

Улица под ногами Себастьяна, казалось, вздымалась волнами, но он благополучно их преодолевал. Когда постоянно взбираешься на ванты, ходить по земле совсем не трудно. К тому же Эйдриан сумеет его поддержать, если понадобится.

– «Вывернув мой карман, она сбежала, оставив мне корзину, полную…» – Они умолкли, услышав истошный женский крик.

Приятели осмотрелись и переглянулись. Затем, приготовившись к драке, стали спиной друг к другу. Себастьян положил руку на рукоятку ножа, а Эйдриан вытащил из кармана свой.

Неподалеку, у стены, кто-то стоял и наблюдал за ними. А потом они вдруг увидели девушку, бежавшую так, словно за ней гнался сам дьявол. Она была в темном плаще, под которым виднелось светлое платье, казавшееся во тьме пламенем свечи. Лицо же ее скрывал низко надвинутый капюшон.

Девушка бежала прямо на Себастьяна. Налетев на него, она покачнулась и крепко вцепилась в его куртку. Себастьян услужливо подхватил ее, чтобы не упала на булыжную мостовую. «Отлично сыграно», – подумал он с усмешкой. Но бедняжке не повезло, потому что он сотни раз видел подобное представление в разных вариациях. А затем, как и полагалось в такой игре, от стены отделилась еще одна фигура – угрожающего вида мужчина с двухдюймовым обрезком трубы. Злодей замер, оставаясь в тени; судя по всему, он взвешивал свои шансы на победу. Несколько секунд спустя он опустил оружие и поспешно ретировался, что казалось удивительной робостью для мужчины его комплекции.