Невинная страсть - Хайатт Бренда - Страница 56

— Отведенные мне четверть часа истекли, — сказал он, взяв ее за руку, — и мне не хотелось бы злоупотреблять гостеприимством. Однако прежде чем уйти, я хотел бы пригласить вас прокатиться со мной завтра, чтобы я мог рассказать о тех прогрессивно мыслящих людях, о которых упоминал. Уверяю, вы узнаете много интересного.

Конечно, Ровену это заинтересовало, но что-то в его манерах настораживало.

— Я должна спросить у леди Хардвик… — начала было она, оглядываясь на Перл, которая все еще разговаривала с леди Норвилл.

— Я полагал, что вы человек самостоятельный и не нуждаетесь в разрешении.

— Ну конечно. — Она ведь всего-навсего ищет, чем занять время до возвращения Ноуэла. А тут, кроме ее писем, появляется возможность узнать что-то новое о спенсианцах. — Когда?

Ричардс улыбнулся, но от этой улыбки у Ровены мороз пробежал по коже.

— Я заеду за вами около пяти. Самое подходящее время для того, чтобы прокатиться по парку.

Хотя интуиция подсказывала ей, что дело может не ограничиться только прогулкой, она кивнула:

— Хорошо, но мне нужно вернуться сюда к шести часам.

— Мы вернемся тогда, когда вы пожелаете, — вкрадчиво сказал Лестер. — Значит, до завтра. — Он отпустил ее руку, попрощался с Перл и вышел из гостиной.

Ровена, нахмурив брови, посмотрела ему вслед и пожала плечами. Вряд ли в течение часовой прогулки она попадет в какую-нибудь неприятную историю. Зато получит отличный материал для будущих очерков — и для будущих споров с Но-уэлом. Хотя бы в этом вопросе она будет более осведомленным собеседником, чем он!

Как только уехал последний визитер, Ровена помчалась наверх. Переодевшись в одно из своих самых скромных платьев, она старательно спрятала волосы, чтобы ее никто не узнал, когда она пойдет в Грин-парк.

Кто бы мог предположить, что жизнь вдруг окажется такой увлекательной? И это происходит с ней, Ровеной, которая в течение двадцати одного года влачила скучнейшее существование? Как видно, теперь настало время с лихвой компенсировать это.

Однако самое волнующее приключение она испытала в объятиях Ноуэла. Ровена очень надеялась, что он скоро вернется, и тогда можно будет вновь насладиться его поцелуями и ласками.

Чтобы не затекли ноги от долгого пребывания в неподвижности, Ноуэл переместил вес своего тела с правой ноги на левую. Спрятавшись за парочкой берез, он был надежно укрыт от посторонних глаз, хотя любое движение могло насторожить человека, которого он поджидал.

Совсем недавно в Грин-парке было оживленно: гуляли родители с детьми, по дорожкам прохаживались парочки, наслаждаясь погожим солнечным деньком. Но теперь, когда небо заволокло тучами и поднялся довольно холодный ветер, парк почти опустел. Осторожно оглядевшись вокруг, Ноуэл вынул из кармана часы. Он находился здесь уже почти два часа.

Он будет ждать до полуночи, а если потребуется, то и до утра, лишь бы поймать этого неуловимого предателя.

Из своего укрытия Пакстон видел завернутый в клеенку пакет, положенный у основания большого камня с черными и серыми прожилками. Может быть, его уже заметили? А что, если под видом одного из ни в чем не повинных пешеходов скрывается сообщник Черного Епископа или даже сам предатель? Вдруг Ноуэл ошибся относительно Ричардса?

По листьям застучали первые тяжелые капли дождя, и он снова переступил с ноги на ногу. Ему оставалось лишь ждать.

Последние гуляющие спешили к воротам парка, явно желая вернуться домой, пока дождь не разошелся вовсю. Вдали послышались раскаты грома. Выругавшись про себя, Ноуэл поднял воротник пальто и вдруг замер, заметив, как в ворота вошел человек, закутанный в плащ с капюшоном.

Пакстон, прищурив глаза, наблюдал за приближающейся фигурой. Слишком маленькая и субтильная, чтобы быть Ричардсом. Может быть, он нанял какого-нибудь уличного мальчишку, чтобы забрать пакет? Вполне возможно. Если это так, то Ноуэлу придется каким-то образом убедить мальчишку отвести его к тому человеку, который ему заплатил.

Приближаясь к камню, незнакомец замедлил шаг и оглянулся. Да, кем бы он ни был, он, несомненно, явился сюда за письмами. Капюшон плаща был низко надвинут на лицо, чтобы укрыться от усиливающегося дождя, однако Ноуэлу удалось заметить промелькнувшую маленькую руку и почти девчоночий профиль.

Неужели женщина? Это внесет лишние неудобства, но не заставит Пакстона отказаться от своей цели. Тем более сейчас, когда ее достижение так близко.

Теперь человек подошел к камню. Нагнувшись, он — или она? — пошарил у его основания, нашел пакет с письмами и засунул его под плащ. Настало время Ноуэлу сделать свой ход.

Он подождал, пока человек — теперь Ноуэл был совершенно уверен, что это особа женского пола — повернул к выходу, и последовал за ним. Не успел незнакомец дойти до ворот, как Ноуэл сократил разделявшее их расстояние.

Теперь он заметил, что его противник на целую голову ниже. Заставить его — или ее? — подчиниться не составит труда. Он схватил человека за плечо, и тот охнул, рванувшись вперед, потом повернулся.

У Ноуэла чуть не остановилось сердце, когда он увидел перед собой испуганное лицо Ровены Риверстоун.

Глава 19

Ровена круто повернулась и вскинула руку, готовая ударить нападавшего, и оказалась лицом к лицу с человеком, увидеть которого меньше всего ожидала. Ее сердце бешено стучало, оттого что она страшно испугалась, но теперь оно отбивало стаккато уже от радости. Ноуэл, нахмурив брови, смотрел на нее в крайнем удивлении.

— Ровена? Что ты здесь делаешь? — спросил он. Он не только не обрадовался встрече с ней, а был в ярости.

Прежде чем ответить, девушке пришлось подождать, пока восстановится дыхание.

— Я? Скажи лучше, что ты здесь делаешь? — спросила она в ответ каким-то слишком высоким голосом. Заставив себя посмотреть ему в глаза и усилием воли придав нормальное звучание голосу, девушка задала следующий вопрос: — Ты следил за мной?

Он широко раскрыл, потом прищурил глаза.

— Послушай, Ровена, это очень важно. Кто послал тебя за этими письмами?

Ему все известно! Поэтому-то он здесь. И все же она попыталась отсрочить неизбежное. Пожав плечами и пытаясь не смотреть в глаза Пакстону, она сказала:

— Письма? Какие письма?

— Письма, которые ты прячешь под плащом. — Он грубо распахнул полы ее накидки и схватил пакет, который она засунула во внутренний карман. При этом он случайно прикоснулся тыльной стороной ладони к ее груди, но, кажется, даже не заметил этого прикосновения.

— Отдай! — воскликнула Ровена, встревожившись. — Это мои письма. — Она безуспешно пыталась отобрать у него завернутый в клеенку пакет.

— Твои? — насмешливо переспросил Ноуэл. — Может быть, ты знаешь что-нибудь о их содержании или о человеке, которому они адресованы? Что тебе пообещали в качестве вознаграждения за то, что ты их заберешь?

Держа ее одной рукой за предплечье, Пакстон принялся вскрывать пакет с помощью зубов и второй руки, а девушка все еще пыталась вырвать у него письма. Но куда там! Силы были неравные, и она наконец сдалась.

— Разумеется, я знаю, что это за письма, — сказала она безжизненным тоном. — Их прислали в редакцию «Политикал реджистер» для очеркиста Мистера Р. Думаю, что не ошибусь, если скажу, что об этом очеркисте я знаю все, что только можно знать. А теперь отдай мне пакет.

— Ты еще не сказала мне, что пообещал тебе мистер Ричардс, — резко сказал Ноуэл. В его глазах Ровена заметила страдание, и это ее озадачило.

— Ричардс. Лестер Ричардс? — переспросила она, совершенно сбитая с толку. — А он-то какое отношение имеет к этому?

Ноуэл несколько ослабил хватку и вдруг взглянул на нее в такой же растерянности, как она.

— Но ты пришла за письмами по его просьбе, не так ли?

Она покачала головой:

— Я уже сказала тебе, что письма мои. Неужели ты до сих пор этого не понял?

— Если это не Ричардс, то кто? — спросил он. — Может быть, твой брат?