Невинная страсть - Хайатт Бренда - Страница 41

Ровена направилась к Ричардсу. Ноуэл неотступно следовал за ней, попутно наполняя тарелки деликатесами. Она повернулась и неожиданно заявила:

— Мне хотелось бы вон того… что на дальнем конце стола. — И указала на что-то, чего не могла рассмотреть на таком расстоянии.

— Кувшин сливок?

— Нет, то, что стоит за ним. — Она не заметила, что Пак-стон явно забавлялся разговором.

— А-а, понял. Кусочки сахара.

— Вот именно. — Она сердито взглянула на него. — Кусочки сахара. Мне нужен один.

Сдержав улыбку, он все-таки пошел выполнять ее просьбу. Ровена воспользовалась этой возможностью и подошла к Ричардсу.

— Мистер Ричардс, — тихо сказала она, — вы не передумали относительно нашей партии, условия которой мы вчера обсуждали?

— Разумеется, не передумал, мисс Риверстоун. — Он взглянул на нее с явным удивлением. — Если, конечно, вам удастся на часок избавиться от вашей тени, — сказал Лестер, взглянув на приближающегося к ним Ноуэла.

Ровена хотела предупредить его о подозрениях Ноуэла, но было поздно.

— Вот ваша тарелка, мисс Риверстоун, и кусочек сахара, который вы потребовали.

— Благодарю вас, мистер Пакстон, — сказала девушка, надеясь, что щеки у нее не покраснели. — Мы с мистером Ричардсом только что обсуждали возможность сыграть еще одну шахматную партию, когда начнется второе отделение концерта и здесь станет не так многолюдно.

Ну вот. Если он не отойдет от нее, ей придется осуществить то, что она запланировала на этот вечер, в его присутствии. Но о ставках он не должен знать.

— Великолепно! Я обожаю музыку, но еще больше я люблю наблюдать за игрой опытных шахматистов. К тому же с того места, где находится стол с шахматной доской, музыка нам будет слышна.

— Не будете ли вы любезны найти леди Хардвик и спросить, где и когда мы сможем сыграть? — попросила Ровена, подумав, что это даст ей возможность предупредить мистера Ричардса.

— В этом нет необходимости. Она идет к нам сама. — Даже если он знал о намерении Ровены, то ловко это скрыл. — Миледи, можно вас на минутку?

— Надеюсь, с закусками нет проблем? После утренних волнений насчет рыбы…

— Нет, нет, все превосходно, — заверил Ноуэл. — Ваши организаторские способности и ваша щедрость достойны восхищения. Мы просто надеялись, что вы окажете нам любезность.

— Мы с мистером Ричардсом собирались сыграть в шахматы, как только закончится концерт, — вмешалась в разговор Ровена. — Но не обидятся ли на нас остальные гости?

Перл нахмурила лобик:

— Мистер Ричардс, как вам известно, Ровена впервые приехала в Лондон. Ей не следует изображать из себя отшельницу, как она делала всю свою жизнь в деревне. Я хочу, чтобы подруга наслаждалась всеми удовольствиями, которые предлагает ей жизнь в обществе.

Ровена хотела было возразить, но не успела, так как заговорил мистер Ричардс:

— Но разве нельзя ей наслаждаться и жизнью в обществе, и своими излюбленными занятиями? Уверяю вас, я совсем не хотел прятаться с ней в какой-нибудь пустой комнате. Мы могли бы сыграть где-нибудь в стороне, откуда можно слышать и видеть все, что происходит вокруг.

Перл, все еще покачивая головой, улыбнулась:

— Ну конечно, этого я не запрещаю. Прикажу слуге принести шахматную доску. Вон тот альков вам подойдет? — Она жестом указала на небольшое помещение, отделенное аркой от бального зала.

— Спасибо, Перл. Это то, что нужно, — поблагодарила Ровена. Возможно, поблагодарила она слишком горячо, потому что подруга бросила на нее проницательный взгляд.

— Но я не хочу, чтобы слишком бурная деятельность утомляла тебя после спокойной жизни в деревне, Ровена.

— Она меня не утомляет, Перл. Просто я хочу сыграть матч-реванш с мистером Ричардсом после одержанной им вчера победы, а сейчас для этого представился удобный случай.

Перл посмотрела ей в глаза, и Ровена поняла, что подруга напоминает ей о том, что джентльмены не любят проигрывать. Но на сей раз, извините, Ровена была обязана одержать победу. Ведь на карту было поставлено будущее Нельсона. Она стойко выдержала взгляд Перл, и та, в конце концов, отвела глаза, едва заметно пожав плечами.

— Ладно, — сказала она. — Но поверь, что когда-нибудь твое стремление побеждать до добра не доведет.

Перл ушла, чтобы дать указания слуге, а Ровена сосредоточила внимание на доверху наполненной тарелке.

Ноуэл, однако, не пожелал оставить слова Перл без внимания.

— Я никогда не считал стремление одерживать победу недостатком. А вы, мистер Ричардс?

— У мужчины, разумеется, не считаю. Но в характере женщины эта черта встречается значительно реже, и она, возможно, не столь полезна для той роли, которая обычно отводится женщине в нашем обществе.

— Вы так думаете, сэр? — спросила Ровена. — За те несколько дней, что я пребываю в обществе, я не раз замечала стремление одержать победу у женщин, правда, они скорее боролись за внимание или статус, чем стремились одержать победу в играх или войне.

— Вы хотите сказать, что они стремятся заполучить мужей, которые обеспечат им определенный статус, защищенность и уважение общества. Но после замужества им больше не за что бороться. Так и должно быть.

— Позвольте не согласиться с вами, — сказал Ноуэл, предупредив реакцию Ровены на нападки на женщин. — Леди Хардвик, например, по-прежнему работает для того, чтобы облегчить участь бедняков и угнетенных. И не одна она. Моя сестра…

— Это едва ли типичные примеры, — сказал мистер Ричардс. — Леди Хардвик замужем за одним из самых богатых людей Англии, а ваша сестра, леди Вандовер, скоро станет герцогиней Викбурнской. От женщин, занимающих такое положение, можно ожидать большего.

Ровена хотела было сказать о достижениях женщин не столь высокого положения и даже простолюдинок, которые открывали приюты и больницы, но слова мистера Ричардса ее остановили. Сестра Ноуэла Пакстона скоро станет герцогиней? Почему он никогда не говорил ей об этом?

Она с упреком взглянула на него. Пакстон печально улыбнулся и пожал плечами, потом повернулся к Ричардсу и стал приводить ему новые примеры того, как женщины достигали благородных целей независимо от их положения в обществе.

Собравшись с мыслями, Ровена вновь прислушалась к разговору. Лестер Ричардс во плоти оказался несколько иным, чем она ожидала. Он явно считал женщин существами низшего порядка, к тому же играл по крупному и вынуждал Нельсона добыть информацию из министерства внутренних дел, что казалось если не предательством, то весьма грязным делом.

Может быть, она ошиблась, считая его Святым из Севен-Дайалса? Но нет, он почти, что признался в этом, когда она поблагодарила его за возвращение драгоценностей.

А Ноуэл Пакстон? Он насмехайся над взглядами, которые она отстаивала, в том числе и в своих очерках под псевдонимом Мистер Р., и ставил своей целью положить конец благородной деятельности Святого. Но сейчас он очень убедительно подтверждал большой вклад женщин, к тому же не раз восхищался ее собственными способностями. Не говоря уже о его чисто физической привлекательности.

Неужели она так легкомысленна, что позволяет чувствам влиять на свое представление об этих двух людях? Правда, Ноуэл Пакстон по своим физическим качествам в большей степени соответствует образу героя, чем мистер Ричардс, но ведь не следует судить о человеке по внешним данным.

А может, следует?

— Начинается второе отделение концерта, — сказала она, обращаясь к мужчинам, чтобы отвлечься от размышлений и положить конец разгоревшемуся спору.

Певица и ее аккомпаниатор были настоящими виртуозами, и Ровене удалось на некоторое время, забыв обо всем, сосредоточиться на музыке. Как только выступление закончилось, она, извинившись, направилась в комнату отдыха для леди, чувствуя, что ей настоятельно требуется короткая передышка от общества обоих джентльменов.

Леди в дамской комнате оживленно разговаривали о Святом из Севен-Дайалса и его последнем дерзком подвиге.

— …прямо из спальни, когда она спала, представляете? — говорила мисс Огаста Мелкc.