Десятый крестовый - Хайд Кристофер - Страница 39

Солнце за спиной скатилось еще ниже за горы, и алый свет заката залил все вокруг. Еще час — и база погрузится во мрак. Филип сдвинул брови, раздумывая. Наличие звезд на технике естественно, если только это не… Филип снова поднес к глазам бинокль, прищурился в окуляры, пытаясь вглядеться как следует в последний раз перед тем, как окончательно зайдет солнце. Если это техника вооруженных сил США, отсюда следует, что правительство или, скажем, Пентагон, имеет касательство ко всему развороту событий. В этот момент даже трудно было представить, что всего каких-нибудь пару дней назад «Десятый крестовый» вызывал у него только усмешку.

Никакого сомнения — на бортиках значилась эмблема вооруженных сил США. Филип перевел бинокль на изгородь и колючую проволоку. В сгущавшихся сумерках он увидел, как в казармах и вокруг ангаров стали зажигаться огни. Обвел взглядом периметр ограждения. Если это армейское подразделение, значит, охрана должна быть достаточно серьезной. Скорее всего снаружи вмонтированы установки дистанционного наблюдения или даже слежения за движущимися объектами, какие-нибудь высокочувствительные приборы ночного видения или наземные радары из тех, что использовались артиллерийскими подразделениями во Вьетнаме. Обозрение кончилось: тени покрыли плато внизу, разбросанные там и сям постройки слились с землей. Филипу ничего не оставалось, как действовать вслепую.

Он подождал час и еще немного, пока ночная тьма не окутала всю долину внизу. Пока ждал, пытался выработать хоть какой-то план, дающий шанс на выживание. В смысле подхода к лагерю никакого выбора нет: так или иначе придется спускаться вниз в открытую, разве что прячась за москитными деревцами, кое-где попадавшимися по склону. Сидя в справочном зале в Хоторне, Филип рассчитывал в любом месте пробраться через ограждение, но купленные им в городе кусачки могли оказаться явно бесполезными, если проволока связана сигнальной системой с постом охраны. Раз ограда имеет сигнализацию, единственный шанс проникнуть внутрь — пройти через ворота, а их наверняка охраняют.

Тогда Филип решил выходить к юго-западному углу ограды. С той стороны гуще заросли мескитов и креозотника, они могут служить надежным укрытием, и если при осмотре ограды обнаружится, что сигнализация есть, тогда можно пройти вдоль ограды к воротам. До того как окончательно стемнело, он успел разглядеть неглубокую канавку, тянувшуюся параллельно ограде, образовавшуюся, вероятно, от оседания грунта во время разметки границ лагеря. Конечно, особо там не укрыться, но все же лучше, чем ничего.

Если выяснится, что можно проникнуть через ограду, надо, попав на территорию, пройти вдоль ограды на север, к тем ангарам, что у взлетной полосы; затем, обогнув их, перебежать через стоянку и уже оттуда — к административному блоку. На этом план Филипа обрывался. Постройка на самом виду, ее видно и от ворот, и от казарм, и от ангаров. Дай бог, чтоб база ночью не освещалась, но в темноте не так-то просто проникнуть через вторую ограду — вокруг этого небольшого дома. И снова выбора нет: похоже, только здесь можно было держать пленников.

С приходом темноты заметно похолодало; Филип, дрожа, переоделся в маскировочную одежду. Допил остаток воды, приготовил, что взять с собой. Опустил в кармашек комбинезона воспламенитель, застегнул на «молнию», приладил к поясу ножны с финкой, опустил в глубокий карман кусачки и, пригибаясь к земле, так, чтоб силуэт не возник на фоне неба, перемахнул через вершину кряжа. Луна еще не взошла, но и без луны Филипу, который скользнул по склону вниз, упираясь, замедляя бег каблуками в песок, все казалось, что его видно со всех сторон. Он старался использовать любое укрытие, застывал за каждым кустом, вглядываясь в долину. На освещенной горсткой огней базе в целом темно, тихо. Ни звука сирены, ни сигнала тревоги, никаких настораживающих звуков. Филипу вспомнился рассказ толстяка про собак, и комок подступил к горлу. Сторожевые доберманы обучены нападать бесшумно, когда их спускают с цепи; он и ахнуть не успеет… Представив, как на него из ночной тишины кидаются эти звери, он ощутил резкую горечь во рту. Но продолжал спускаться вниз, сосредоточивая внимание на каждом шаге.

Вот и ограда. Филип взглянул на тускло светившийся циферблат и удивился: пять минут, которые, как ему казалось, длился спуск, вылились на самом деле в полчаса. Неужто он потерял ориентировку во времени, столько потратив на спуск по песчаному склону? Так распускаться нельзя, если он хочет пробраться на базу «Пик Штурмана» да еще и выбраться оттуда.

Упав на дно ложбинки близ ограды, Филип пополз к металлической сетке с колючей проволокой, до которой оставалась пара метров. За сеткой темнели заросли кустарника, тянувшиеся метров двести по всей длине северной линии ограды. Проникнуть бы туда, там можно спокойно укрыться.

Приблизившись вплотную к сетке, Филип внимательно ее оглядел. Насколько можно судить, сетка как сетка, ничем не отличается от той, которой огорожены школьные дворики. Нигде не видно следов тайной проводки, подводящей к сигнализации, нет чашечек-изоляторов, свидетельствовавших бы о наличии тока. Филип вынул кусачки из кармана комбинезона. Повернулся, привстал на локтях, поднес кусачки к металлической сетке. Застыл, не решаясь дотронуться.

Пока спускался вниз, никаких признаков дистанционного наблюдения не выявилось; на ограде никаких следов сигнализации не видно. Если это и впрямь подпольная военная база, каким-то боком имеющая отношение к «Десятому крестовому», что-то уж очень на них не похоже… Хотя возможен и такой ход, в основе которого поистине дьявольский замысел: не исключено, что НСС с «Десятым крестовым» специально пририсовали повсюду армейскую эмблему, чтобы все в округе принимали их лагерь за базу ВВС США. Типовая военная форма, типовая военная техника — и НСС с «Десятым крестовым» преспокойно орудуют в этой глуши! Единственная забота, чтоб не изобличила какая-нибудь настоящая воинская часть; однако, насколько известно, в местах по соседству с «Пиком Штурмана» никаких воинских подразделений не расположено. А что, если эта база у них не единственная? Что, если у них по всей стране такие?

— Спятил со страху! — пробормотал Филип.

НСС и «Десятый крестовый», без сомнения, организации со средствами, влиятельные и опасные — он уже сам в этом убедился; но едва ли здесь «Семь дней в мае» может служить аналогией — там чистый вымысел, измышление Нибела…[32].

С другой стороны — почему бы и нет? Что мешает своре негодяев, этих «крестоносцев» возомнить, будто они способны всю страну подчинить своей власти, чтоб насаждать в ней свой образец благочестия? Даже если этот номер у них не пройдет, все равно они немало бед натворят, учинив борьбу за власть. И время сейчас вполне подходящее: участившиеся налеты «Бригады дьявола» побуждают всю страну хвататься за оружие, а, если верить Саре, баснословный расцвет псевдохристианских сект в последние годы вполне может стать надежной поддержкой фашистствующей банде фанатов, такой как «Десятый крестовый». Филип усилием воли оборвал поток размышлений: сейчас не время для философствований — перед ним ограда, через которую необходимо проникнуть на базу. Набрав в легкие побольше воздуха, Филип с силой сдавил кусачками проволоку сетки.

Тихо, только сердце отчаянно бьется, ликуя, громом отдается в ушах. Еще разок — слух напряжен до такой степени, что Филип слышит, как сходятся широкие лезвия, как поддается металл…

По-прежнему тихо. Филип переждал, прислушиваясь, ноги дрожали от напряжения, готовые по первому сигналу тревоги сорваться с места. Хотя бежать некуда. Если тревога уже поднята, его возьмут в считанные минуты. Смахнув пот с век, Филип в третий раз сдавил кусачками проволоку: образовался достаточный прогал, чтоб пролезть. Филип лег на спину, пряча попутно кусачки в карман. Звезды с ледяным мерцанием светили прямо на него — далекие, холодные свидетели. Дай бог, чтоб единственные…