Любовь в наследство - Деннис Хелен - Страница 21

8

Эмили подняла голову и встретилась с мудрым понимающим взглядом Джулии. Если до этой минуты она видела в матери Люка блестящую светскую женщину, умную, искушенную, но холодноватую, то теперь впервые почувствовала в ней проблеск теплоты. Это так удивило Эмили, что у нее даже возникло искушение раскрыть душу перед Джулией, признаться, что она влюбилась в ее сына и совсем запуталась, попросить совета.

Но Эмили быстро справилась с этим желанием. Она не настолько близко знала мать Люка, чтобы с ней откровенничать, кроме того, было невозможно предугадать, как отнесется Джулия к ее признанию. Из того немногого, что Эмили удалось увидеть, у нее сложилось впечатление, что Джулия любит своего сына, но относится к нему чуть скептически. Эмили подозревала, что Джулии уже изрядно поднадоели женщины, вьющиеся вокруг Люка, и у нее не было ни малейшего желания пополнить их список. Поэтому она только смущенно улыбнулась и тихо сказала:

– Кажется, Орнелла меня за что-то невзлюбила.

– Не принимайте это на свой счет, дело не в вас, дело в ней самой. Постарайтесь не обращать на нее внимания, хотя иногда это будет и нелегко. Помните, вы здесь не посторонняя. Ваш отец был старшим товарищем и деловым партнером Люка, и его завещание в определенном смысле связывает вас с нашей семьей. Если вам так будет легче, можете считать себя моей гостьей – хотя я и не так часто живу на вилле, формально я все еще считаюсь ее хозяйкой.

– Спасибо, – искренне сказала Эмили.

Она была очень благодарна Джулии за неожиданную поддержку. Ей хотелось подробнее расспросить Джулию, что связывает Люка с Орнеллой, но Эмили решила, что ее любопытство может показаться неуместным. Поэтому она заговорила о другом.

– Я правильно поняла, что благотворительный бал, к которому мы сейчас готовимся, – традиционное мероприятие?

– Совершенно верно, это ежегодный бал, сроки год от года сдвигаются, но обычно его устраивают где-то между серединой июня и серединой июля.

– Тогда мне бы хотелось узнать о нем побольше. – Эмили поспешила пояснить: – Мне это нужно, чтобы представить, в каком стиле лучше оформить приглашения.

Джулия ответила не сразу. Эмили немного удивилась, что простой вроде бы вопрос заставил ее задуматься.

– Вот что, дорогая, – сказала Джулия наконец. – Я бы с удовольствием все вам рассказала, но у меня есть неотложные дела. Поэтому мы поступим так: я позвоню Люку и попрошу его приехать на обед домой. Пусть он сам объяснит, что к чему.

Эмили растерялась.

– Но ведь он работает… А еще Орнелла говорила, что он пригласил ее на обед.

Джулия энергичным жестом отмела ее сомнения.

– Ерунда. В офисе вполне обойдутся полдня без него, если уж на то пошло, он вообще сейчас должен быть в отпуске. Что касается Орнеллы, то за нее не волнуйтесь, она не пропадет. Полгода назад у нее умер муж, – пояснила Джулия. – Не могу сказать, чтобы Орнелла сильно скорбела, но ей пришлось соблюдать траур. Но теперь, когда положенный срок закончился и Орнелла вернулась к светской жизни, она будет таскаться за Люком как нитка за иголкой, так что один несостоявшийся обед ничего не решает.

Эмили смущенно улыбнулась.

– Честно говоря, я беспокоилась не о ней, а о Люке.

Джулия посмотрела на нее так внимательно, что под ее взглядом Эмили почувствовала себя неуютно.

– Вы хотите сказать, что боитесь сорвать его романтическое свидание с Орнеллой?

– Дело не в этом, просто не хочется нарушать его планы.

– Вы напрасно волнуетесь, Эмили, ведь это я буду ему звонить, а не вы. Люк привык, что я все делаю по-своему, так что если даже он рассердится, то не на вас, а на меня. – Джулия беззаботно усмехнулась. – А я это как-нибудь переживу. – Она встала и решительно пошла к двери. – Не будем откладывать дело в долгий ящик. Я позвоню ему из гостиной, – У самой двери Джулия задержалась и обернулась к Эмили. – Кстати, я заодно спрошу у Люка, можно ли вам пользоваться компьютером в его отсутствие.

Джулия ушла, Эмили осталась одна. Не зная, чем себя занять, она подошла к книжному стеллажу и вдруг заметила на полке альбом с фотографиями. Вероятно, он стоял здесь все время, только она не обратила на него внимания. Но сейчас, когда она его увидела, ей захотелось его посмотреть. Эмили взяла альбом и села в кресло у окна.

Все фотографии в альбоме были старательно подписаны, почерк был явно женский, вероятно, подписи делала Джулия. Альбом начинался свадебной фотографией родителей Люка. На следующем снимке Джулия была сфотографирована уже с новорождённым Люком на руках. Дальше пошли детские фотографии Люка. Вот он со счастливой улыбкой сидит на коленях у матери. А вот с очень сосредоточенным видом, сдвинув маленькие черные брови, катает по полу игрушечную машинку. Эмили понимала, что это всего лишь иллюзия, но ей казалось, что даже в годовалом малыше уже проглядывали черты будущего преуспевающего бизнесмена.

Несколько страниц занимали фотографии школьных лет. Люк, по-видимому, был в школе звездой футбольной команды. Это Эмили не удивляло, она была уверена, что Люк все, за что бы ни брался, делал с блеском. У Эмили возникло смутное ощущение, что в альбоме что-то не так, но она не могла понять, что именно. По собранным в альбоме фотографиям можно было бы составить летопись жизни Люка. Так, Эмили поняла, что девушки вошли в его жизнь, когда ему было лет пятнадцать. Фотографии, на которых Люк был с девушками, Эмили рассматривала неохотно, несколько страниц она просто пролистала. Ее внимание привлек снимок, на котором Люк был запечатлен с девушкой, которая показалась Эмили знакомой. Присмотревшись, она узнала молодую Орнеллу.

В школьные годы Орнелла была стройнее и еще красивее, чем сейчас. На фотографии она смотрела прямо в объектив и гордо улыбалась. Люк, стоявший рядом, смотрел не в объектив, а на Орнеллу, именно его взгляд больше всего поразил Эмили – взгляд, полный обожания. Люк был влюблен в Орнеллу! Так вот что Роза имела в виду, когда говорила, что Люк и Орнелла – давние знакомые! Может быть, он и сейчас ее любит? Почему же они не поженились?

Предположение, что Орнелла не отвечала на чувства Люка, Эмили отбросила как абсурдное – она не представляла, как можно не влюбиться в Люка, особенно если он смотрит на тебя таким взглядом.

Она перевернула страницу и оторопела. Судя по подписям, между снимками на этой странице и на предыдущей прошел год или около того, но лицо Люка за это время очень сильно изменилось. В чертах появилась какая-то жесткость, взгляд стал холодным, улыбку на его губах все чаще заменяла циничная усмешка. Перемена была настолько разительной, что Эмили решила непременно спросить у Джулии, что произошло.

Негромко хлопнула дверь, и послышались шаги. Эмили оглянулась, ожидая увидеть Джулию, но в библиотеку вошел Тонино. Эмили впервые видела его в деловом костюме.

– Тонино! – Она радостно улыбнулась. – Я не знала, что ты возвращаешься сегодня.

Тонино усмехнулся, но усмешка получилась скорее мрачной, чем веселой.

– Не вечно же мне торчать в этом душном пыльном Неаполе. И, между прочим, я вчера разговаривал с Люком по телефону и сообщил, что возвращаюсь домой.

– Правда? Он мне не сказал.

– Значит, не счел нужным.

Сначала мрачная усмешка, теперь этот саркастический тон. Похоже, Тонино вернулся в плохом настроении, поняла Эмили. У нее возникло тревожное предчувствие, но она постаралась об этом не задумываться и разрядить обстановку. Эмили лучезарно улыбнулась и бодро сообщила:

– А я тут случайно наткнулась на ваш семейный альбом. Это ничего, что я открыла его без разрешения? – Неожиданно Эмили поняла, что именно показалось ей странным: в альбоме не было снимков Тонино. – Скажи, а почему здесь совсем нет твоих фотографий?

– Есть парочка, но ты меня, наверное, не узнала, мне на них меньше года. А вообще-то это альбом Люка. У меня есть свой собственный.

– У вас с ним разные альбомы? – удивилась Эмили.