Любовь в наследство - Деннис Хелен - Страница 19

– Если тебе не терпится от меня сбежать, я тебя не задерживаю.

Эмили пошла к двери. Люк обогнал ее и взялся за латунную ручку.

– Эмили…

Он замолчал, и Эмили вопросительно подняла на него взгляд. Люк не смотрел ей в глаза, его взгляд был устремлен на ее рот. Эмили судорожно глотнула и облизнула губы. Выражение глаз Люка изменилось, казалось, его взгляд обжигает нежную кожу ее губ. Люк медленно поднял руку и поднес к ее щеке. Сейчас он снова меня поцелует, пронеслось в голове Эмили одновременно и радостно, и панически.

В коридоре послышались шаги. Люк уронил руку и резко отпрянул от Эмили.

– Ты спасена. – Он невесело усмехнулся и тихо добавил, распахивая дверь: – Беги, пока есть возможность.

Поспешно выскочив в коридор, Эмили едва не столкнулась с Джулией, скороговоркой пожелала ей спокойной ночи и поспешила к лестнице на второй этаж, мечтая поскорее скрыться в своей комнате.

Эмили сказала правду, она действительно устала, но, когда она наскоро приняла душ и легла в кровать, сон не шел. Стоило ей закрыть глаза, как она видела лицо Люка, чувствовала прикосновения его рук и губ. Она не могла не задумываться, чем бы закончилась сцена в машине, если бы не появилась мать Люка. Приезд Джулии осложнял ситуацию. Если раньше Эмили приходилось бороться только со своим влечением к Люку, то теперь ей нужно будет следить и за тем, чтобы ее чувства не были заметны со стороны, а это непросто, Джулия очень проницательна.

К сожалению, Люк своим странным поведением не упрощал, а еще сильнее усложнял ее задачу. Эмили было бы легче бороться со своим влечением, если бы она точно знала, что не привлекает Люка, что он видит в ней лишь дочь умершего друга, о которой должен заботиться согласно условиям завещания. Но Люк вел себя противоречиво, он то приближал ее к себе, то отталкивал.

Эмили могла только предполагать, что причина его нелогичного поведения – в ней самой. Когда она начинает вести себя с Люком более раскованно, он инстинктивно реагирует на нее так, как отреагировал бы в подобной ситуации на любую мало-мальски привлекательную женщину. Когда же она держится с ним нейтрально, он ведет себя так, как и предписывает его роль – младшего товарища ее отца и временного опекуна.

Нечего и говорить, что такое объяснение Эмили совершенно не радовало. Получалось, что, не прояви она инициативу, Люк бы и не заметил, что рядом с ним уже не малолетняя дочка Росса Лэнсона, а взрослая женщина. А Джулия, как поведет себя она, если узнает правду? Эмили не настолько хорошо знала мать Люка, чтобы ответить на этот вопрос. Оставалось надеяться лишь на то, что с приездом Джулии жизнь на вилле изменится, они с Люком будут реже оставаться наедине, а значит, у нее будет меньше риска выдать себя. С этой мыслью Эмили в конце концов заснула.

Пророчество Люка стало сбываться уже на следующий день.

Когда Эмили спустилась в столовую, Роза сказала, что Люк и Джулия уже позавтракали. Эмили была не голодна и ограничилась чашкой кофе со сливками. Из столовой она пошла в библиотеку. Подойдя к книжному шкафу, Эмили посмотрела в окно и увидела, что к вилле подъехал темно-вишневый «бентли». Из машины вышел шофер в униформе, распахнул заднюю дверцу и склонил голову в поклоне. Из «бентли» выпорхнула эффектная брюнетка лет тридцати с небольшим в элегантном черном платье и в туфлях на шпильке.

Женщина выглядела именно так, как в представлении Эмили должна выглядеть красавица итальянка: роскошные волосы, высокая полная грудь, пышные бедра. Незнакомку портило только выражение лица, на котором, казалось, раз и навсегда застыла гримаса презрительного недовольства.

А еще, не без сарказма подумала Эмили, дама, разъезжающая в «бентли» с личным шофером, могла бы позволить себе потратить на платье чуть больше ткани: элегантное по покрою и явно не массового пошива платье сидело на незнакомке так, будто было ей маловато как минимум на размер – лиф обтягивал пышную грудь чересчур туго, а юбка была натянута на бедрах, как кожа на барабане, и едва прикрывала круглые колени. Глубокое декольте выглядело несколько неуместным для утреннего визита, однако, глядя в окно на разодетую гостью, Эмили мысленно пожалела, что с утра надела джинсы и футболку и собрала волосы в «конский» хвост. Эта прическа делала ее похожей на школьницу.

Эмили вопросительно посмотрела на Розу, складывавшую в стопку глянцевые журналы, которые Джулия накануне оставила в беспорядке на диване и журнальном столике.

– Роза, кто эта дама? Вы ее знаете?

Экономка поджала губы. Эмили впервые видела, что Роза открыто выражает свое неодобрение.

– Знаю, еще бы мне ее не знать. Это Орнелла Челлини.

– Она знакомая синьоры Фарсатти? – осмелилась полюбопытствовать Эмили.

Роза не торопилась с ответом.

– Молодой хозяин вам о ней не рассказывал? – после непродолжительной паузы осторожно спросила она.

– Нет.

– Тогда и мне лучше не распространяться.

Это лишь подстегнуло любопытство Эмили.

Она взмолилась:

– Расскажите, Роза, ну пожалуйста! Роза покачала головой.

– Орнелла – знакомая молодого хозяина, они имеете учились в школе. Больше ничего не могу сказать, не мое это дело.

Роза поспешно исчезла, и почти сразу же и библиотеку стремительно вошла Джулия. Эмили уже заметила, что мать Люка все делает быстро и энергично, энергия прямо-таки бьет из нее ключом. Глядя на эту женщину, невозможно было поверить, что ей пятьдесят четыре года и что у нее есть такой взрослый сын, как Люк.

– А, вы здесь, Эмили. Очень кстати, а то я уж собиралась просить Розу найти вас и пригласить сюда, – бодро проговорила Джулия. – Вчера вечером, после нашего разговора, я позвонила нашей соседке Орнелле Челлини. Она согласилась принять участие в подготовке бала, я попросила ее сегодня же утром связаться с оргкомитетом и выяснить, какую часть работы они могут поручить нам, а что уже делается без нас. – Джулия посмотрела на изящные золотые часики на своем тонком запястье. – Орнелла должна с минуты на минуту быть здесь.

– Она уже приехала, – сказала Эмили, – я видела ее в окно.

– Очень хорошо. Роза предупреждена, что гостью следует проводить в библиотеку. – Через приоткрытую дверь из коридора послышались неторопливые шаги. – Кажется, вот и она.

Дверь открылась, и в комнату вошла та самая женщина, которую Эмили видела в окно. Но еще раньше, чем нога Орнеллы ступила на наборный паркет библиотеки, в комнату вплыл сладковатый аромат каких-то экзотических цветов. Орнелла очень щедро пользуется духами, поняла Эмили. Запах показался ей знакомым и почему-то вызвал неприятные ассоциации. Эмили застыла, все ее тело сковало необъяснимое напряжение, а мозг тем временем лихорадочно работал – она пыталась вспомнить, откуда ей знаком этот запах и почему он вызвал у нее инстинктивное отторжение. И Эмили вспомнила: именно так пахло от рубашки Люка, когда он целовал ее в патио. Значит, он вернулся на виллу после встречи с этой красоткой! Эмили еще не знала Орнеллу, они не обменялись и парой слов, их даже не представили друг другу, но она уже чувствовала острую неприязнь к «знакомой молодого хозяина».

Джулия представила женщин друг другу и пояснила, что знает Орнеллу с детства, потому что они соседи и потому что Люк и Орнелла вместе учились в школе. Затем она предложила всем сесть. Эмили интуитивно выбрала кресло, стоявшее спинкой к окну, – таким образом, ее лицо окажется в тени и собеседницам будет труднее следить за его выражением.

Джулия сразу перешла к делу и потребовала от Орнеллы отчета о разговоре с представителем оргкомитета. Та стала рассказывать. Эмили не понимала ни слова, и причина была не в языковом барьере – Орнелла говорила по-английски с легким акцентом – аромат ее духов всколыхнул в душе Эмили воспоминания о сцене, разыгравшейся в патио. Джулия и Орнелла оживленно обсуждали подготовку к предстоящему мероприятию, а Эмили задавалась вопросом, что значит Орнелла для Люка, какие у них отношения.