Купание голышом - Хайасен Карл - Страница 79

– Скорей, – сказал Тул с намеком на улыбку, которой Ред не заметил.

– Заткнись!

Последний патрон разорвался так высоко от цели, что картечь рассыпалась по дуге дождем, не опаснее щебенки, далеко за спиной убегающей мишени.

– Проклятье. – Ред разочарованно соскочил с дамбы. – Давай, догони его! Ну же!

Тул лаконично отказался.

– У меня рука болит, куда этот козел попал. – Заодно Тул напомнил Реду о свежей жертве, принесенной ради исполнения служебных обязанностей.

– Но, Христос всемогущий, он же убегает!

– Так топай за ним сам, шеф, – предложил Тул. – Я фары зажгу, чтобы ты все видел.

Еще один томящийся от любви аллигатор хрюкнул, на этот раз ближе.

Ред Хаммернат и на миллиметр не двинулся к спокойной темной воде.

– Что ж, проклятье, – сказал он, изучая «ремингтон», словно тот каким-то сверхъестественным образом оказался неисправен. – У меня кончились патроны.

– Ага, – поддакнул Тул.

В напряженной и волнующей тишине они наблюдали, как доктор Чарльз Регис Перроне постепенно исчезает в насыщенном медном сумраке болота.

Тридцать один

Джои Перроне зарылась в складки овчинного пальто своего брата.

– Ты что, не можешь остаться еще на пару дней?

– Романтика и приключения зовут, – ответил Корбетт Уилер. – К тому же мои овечки без меня скучают.

– Надеюсь, ты знаешь, что делаешь. Что, если она все-таки окажется шлюхой?

– Бывают вещи и похуже, сестренка.

Джои издала вопль возмущенного негодования и надвинула Корбетту шляпу на глаза. Мик Странахэн отнес чемодан к вертолету, который чуть не довел Селя до сердечного приступа, когда садился на остров. Пилот завел мотор, и Джои отпрянула от грохота винта, борясь со слезами.

Корбетт послал ей воздушный поцелуй и щегольски крутанул тростью. Прежде чем ступить на борт, он остановился и пожал руку Странахэну. Джои видела, как они о чем-то сосредоточенно разговаривают, Мик кивает и, похоже, задает вопросы. Он отбежал назади стоял рядом с ней, пока вертолет поднимался в воздух, и они вместе широко махали ему вслед, когда он с ревом полетел к материку.

– Рикка ждет его в аэропорту. У нее утром было небольшое дельце в Бока, – сообщил Странахэн.

– Что еще? – спросила Джои.

– Это все.

– Колись, Мик. О чем вы разговаривали?

– Да ни о чем, честное слово, – настаивал он. – Твой брат просто хотел поблагодарить меня за заботу о тебе. Сказал, что прекрасно знает, каким геморроем ты можешь быть.

Она гналась за ним всю дорогу до причала, где они раздели друг друга и нырнули в воду. Они как раз пошли на третий заплыв вокруг острова, когда их застала врасплох патрульная лодка. Большой «Сикрафт» с двойным мотором «Меркурий», управлял им мускулистый офицер-кубинец слегка за тридцать. На холостом ходу он подошел к пловцам и расплылся в улыбке.

– Некоторые вещи никогда не меняются, – изрек он.

– Привет, Луис.

– Привет, Мик. Привет, красотка.

Скромно выглядывая из-за плеча Мика, Джои приветственно помахала.

– Познакомься с легендарным Луисом Кордовой, – сказал Странахэн, бултыхаясь в воде. – Мы знаем друг друга со старых добрых времен в Стилтсвиле, когда он был новичком в морском патруле. А теперь он лихой боец из Парковой службы, шпионит за невинными людьми, которые всего лишь купаются голышом.

Луис Кордова засмеялся, бросая веревку.

– Я здесь как должностное лицо, ты, похотливый старый неплательщик.

– Только не говори мне, что сеньор Зедилло сыграл в ящик, – произнес Странахэн.

Мигель Зедилло был тем самым мексиканским романистом, которому принадлежал остров. Джои помнила его имя по книжной полке в спальне Мика. Странахэн рассказал ей, что у писателя хрупкое здоровье и после его смерти остров скорее всего продадут. Тогда Джои пискнула, что хочет его купить, и это так обрадовало Мика, что он немедленно занялся с ней любовью прямо под столом для пикника.

– Расслабься, парень, – сказал Луис Кордова. – Насколько я знаю, старик еще жив и кайфует в Тампико. Я приехал спросить о брошенном катере.

Мик схватил веревку, и Джои вцепилась в его спину, как обезьянка. Рейнджер вытащил их на корму «Сикрафта», так что они могли отдохнуть на площадке для ныряния. Джои с радостью отметила, что Луис Кордова – джентльмен и старательно отводит взгляд от ее голого зада.

– Каком катере? – спросил Мик.

– Двадцатитрехфутовом арендованном катере, который выбросило прошлой ночью на скалы у мыса Флорида – видимо, когда погода переменилась. На борту – никакого снаряжения, ни для ныряния, ни для рыбной ловли, и ни единой живой души. Только разбитая фара и пятна крови на планшире.

– Человеческой?

Луис Кордова развел руками:

– Потому я и здесь.

– А по бумагам – откуда он взялся?

– Ниоткуда, Мик, – ответил рейнджер. – Прокатное агентство утверждает, что катер украли из гавани перед штормом, но я подозреваю, что они сделали кому-то одолжение.

– Двадцать три фута, говоришь?

– И синий тент. Мотор – четырехтактная «Ямаха».

– Прости, Луис, – сказал Странахэн. – Никаких катеров я не видел.

– Мы сидели в доме всю ночь, – прибавила Джои. – Ужасная была погода.

– Это точно, – согласился Луис Кордова, галантно стараясь не опускать взгляд ниже ее шеи. – Как вас зовут, мэм?

Джои, прикрывавшая грудь свободной рукой, на секунду опустила локоть и ткнула Мика под ребра. Мик понял намек.

– Она старается особо не высовываться, – доверительно сообщил он рейнджеру. – У нее семейные проблемы. Понимаешь?

– Я упомянул, что в тенте прострелена дыра?

– Нет, Луис.

– Может, вы, ребята, что-нибудь слышали – выстрел, например?

– Нет, грохотало ужас как, – ответил Странахэн.

– Мы едва себя слышали, – добавила Джои.

Луис Кордова кивал, но Джои чувствовала, что им не удалось окончательно сбить его с толку.

– Что ж, – сказал он, – попытка – не пытка. Каждый раз, когда я вижу окровавленный катер, первым делом думаю о тебе, Мик.

– Я польщен, но нынче я живу тихой, нормальной жизнью.

– Да, я вижу, – сухо согласился Луис Кордова. – Прошу прощения, что нарушил ваше уединение. Оттащить вас обратно на пристань?

– Нет, мы доплывем. – Странахэн оттолкнулся от кормы, Джои ехала у него на плечах. – Рад был встрече, дружище, – крикнул он рейнджеру.

– Я тоже, амиго.

– Вы ищете тело? – Вопрос вырвался из уст Джои, прежде чем она это осознала. Странахэн протянул руку вниз и ущипнул ее за задницу.

– Тело? – спросил Луис Кордова.

«Какая же я идиотка», – подумала Джои.

Я имела в виду, – сказала она, – что, может, кто-то свалился с катера во время шторма.

Рейнджер ответил, что не было никаких сообщений о пропаже людей.

Но не забывайте, что это Майами, – добавил он. – иногда люди пропадают, но никто не зовет копов. В любом случае океан большой.

«И не говори», – подумала Джои.

Всю дорогу до острова она думала о муже. Если бы чемодан, набитый полумиллионом долларов, нашли на брошенной лодке, наверное, Луис Кордова об этом бы упомянул.

«А если ни чемодана, ни тела не нашли, – размышляла Джои, – велики шансы, что Чаз Перроне выжил и скрылся с деньгами». Думать об этом было совершенно невыносимо.

– Ты меня уговаривал не волноваться, – крикнула она Мику, который плыл за ней следом в десяти ярдах. – Теперь ты доволен? Жалкий слизняк смылся!

– Почему ты мне не доверяешь? – крикнул в ответ Странахэн.

– Потому что ты – мужчина. – Джои засмеялась, пуская пузыри.

– Прекрасно, – сказал он, – тогда ты должна мне за две недели кормежки и крыши над головой!

– Сперва попробуй меня поймать.

Она опустила голову и удлинила гребки, рассекая пенные макушки волн. Она едва разобрала, как он кричит:

– Эй, Джои, притормози! Я люблю тебя!

«Вот псих», – подумала она.

Счастливая, она рванула к дамбе, где рыскал Сель, тявкая и виляя жалким обрубком хвоста.