Бремя империи - Афанасьев (Маркьянов) Александр "Werewolf" - Страница 103

Основное оружие самолета было сконцентрировано по левому борту. Для небольших и слабо защищенных целей у самолета были два скорострельных, четырехствольных пулемета калибра 12,7. Запас патронов был увеличен по сравнению с вертолетом на порядок, вес и размеры самолета это позволяли — поэтому только этими пулеметами можно было, как метлой вымести заданный квадрат, уничтожив там все живое. Для более серьезных целей была установлена такая же, как в носу двуствольная скорострельная вертолетная пушка калибра тридцать миллиметров. На американском варианте для этих целей был предназначен более мощный, сорокамиллиметровый «Бофорс» — но «Бофорс» стрелял одиночными, пусть и в высоком темпе, а русская пушка буквально изрыгала сталь, заливая противника морем огня.

И, наконец, на «Громовержце» было установлено самое мощное оружие из всех, какое только устанавливалось когда-либо на самолетах. Стодвадцатимиллиметровая гладкоствольная пушка, сильно переделанное орудие «НОНА». Таким снарядом можно было запросто уничтожить танк или укрепленный бункер, тем более что снаряд летел сверху. На американском самолете была установлена ста пятимиллиметровая гаубица, которую надо было перезаряжать после каждого выстрела вручную — русское же орудие перезаряжалось автоматически.

Помимо орудий, находящихся в брюхе машины, «Громовержец» нес смерть и на крыльях. На двух подкрыльевых узлах подвески были установлены пакеты с шестнадцатью сверхзвуковыми ракетами типа «Вихрь», позволявшими тяжелой машине бороться с танками. Проблемы были с крылом и с двигателями — все-таки пуск ПТУР давал сильные нагрузки на конструкцию — но их решили, усилив конструкцию крыла. Помимо этого еще на двух узлах подвески самолет нес управляемые кассетные бомбы.

Одной из самых больших опасностей для этого грузного, похожего на раскормленного гуся самолета были ПЗРК, которые вполне теперь могли быть и у партизан и у террористов. Как смогли, самолет от них защитили — поставил автоматическую систему отстрела ловушек — над целью она постоянно отстреливала ярко горящие шары ловушек, уводящих на себя ракеты. Двигатели и еще некоторые критически важные части самолета прикрыли титановыми кожухами.

Системы наведения этого самолета тоже сильно изменились по сравнению с первыми версиями, где прицеливание шло на глазок. «Громовержец-7» был снабжен автопилотом с возможностью полета в режиме автоматического отгибания местности, системой глобального позиционирования самолета, системой наведения на цели по подсветке лазерами с земли, терморадары и приборы ночного видения, системой автоматического опознания и сопровождения целей, детектором радиолокации (для своевременного обнаружения позиций ПВО противника) с возможностью уничтожения систем ПВО как целей первого приоритета в автоматическом режиме без команды экипажа. Сенсоры, реагирующие на тепловое излучение, были размещены по всему самолету, картинка передавалась на дисплеи операторов наведения уже в обработанном виде. Их было трое, на одного больше чем в американском аналоге, а вот группа управления огнем состояла всего из двух человек против шести у американцев. Все установленное на самолете оружие имело либо автоматическое, либо полуавтоматическое питание.

Сейчас этот самолет, выдерживая минимальную высоту, шел к своей цели — аэропорту Бейрута, который надо было зачистить для высадки десанта. Задание было опасным — дело в том, что сам по себе Бейрут располагался на горном склоне и ни один сенсор не мог установить, что происходило в городе, были ли там системы ПВО. Это можно будет понять, только когда самолет вырвется из-за последнего, плавно обрывающегося к морю горного хребта и пойдет над самим городом. А тогда может быть уже поздно.

— Внимание, прямо по курсу активная радиолокация! — один из операторов управления огнем засек цель и вывел картинку на дисплей перед вторым пилотом. От того, что на ней было изображено — а система давала на удивление четкие изображения — показалось, что в кабину ворвался ледяной, арктический порыв ветра.

На дороге, на самом гребне холма стоял большой, тяжелый явно гражданский пикап со сдвоенной кабиной. А в нем, в кузове изготовились к стрельбе два оператора ПЗРК.

Второй пилот опередил в реакции группу управления огнем, он дважды ударил пальцем по изображению цели на сенсорном дисплее, выделяя ее как приоритетную, и ударил по кнопке управления огнем. Он уже понимал, что не успевает. Ракета ПЗРК самонаводящаяся и даже если пушка сметет операторов, ракеты все равно наведутся на цель — но хотя бы отомстить. Но операторы ПЗРК почему то не стреляли, один даже задергался, опустил длинную трубу ПЗРК — а в следующую секунду глухо и грозно прорычала тридатимиллиметровая носовая пушка самолета, дульное пламя высветило нос самолета — несколько десятков тридцатимиллиметровых снарядов превратили позицию зенитного расчета в филиал ада на земле. Самолет с ревом пронесся над разорванной снарядами машиной — и почти сразу после этого рванул бензобак.

— Отстрел ловушек!

Заработала система отстрела, в воздухе повисла, отмечая путь самолета, длинная цепочка ярко-огненных шаров — ловушек.

— Наблюдаю множественные пожары, в городе идет бой! Идентифицировать противника не могу!

— ПЗРК на десять часов!

— Огонь по зенитным средствам без команды! — крикнул старший оператор группы наведения

Самолет заметили. Из горящего ада ночного города навстречу самолету из разных мест одна за другой взлетели еще три ракеты ПЗРК — но вели они себя как-то странно. Ни одна из них не пошла за самолетом, ориентируясь на тепловое излучение двигателей, не навелась на соблазнительно пылающие в воздухе огненные шары — ловушки. Де ракеты тупо полетели вверх, ни на что не реагируя и лопнули яркими и бесполезными вспышками в звездном небе по команде самоликидаторов. Третья и вовсе — начала выделывать в воздухе странные фигуры высшего пилотажа, не обращая никакого внимания на летящий самолет.

Странно… Но думать о том, почему так происходит, экипажу «Громовержца» было некогда.

На свою беду два зенитных расчета оказались по левому борту самолета, как раз с той стороны располагалось оружие. Самолет не стал закладывать положенный для применения оружия левый вираж, просто оператор управления огнем нажал на кнопку, дважды зашлись в рыке многоствольные крупнокалиберные пулеметы. Позиции горе-ПВОшников накрыл свинцовый град…

Здесь сыграл свою роль очень существенный просчет, допущенный планировщиками операции. Боевиков, в чью задачу входило начать уличные бои, уничтожать все органы власти, да и вообще — убивать как можно больше русских, снабдили самыми современными боевыми системами, в том числе ПЗРК «Стингер». Как уверял изготовитель ракет, фирма, получившая контракт на их изготовление, в рамках государственного оборонного заказа за солидную взятку, головка самонаведения ракет надежно экранирована и выдержит электромагнитный импульс ядерного взрыва. Это же подтверждалось результатами испытаний, по которым ПЗРК «Стингер» был принят на вооружение армии САСШ. На самом деле протокол испытаний был подписан за еще одну взятку, а головки самонаведения ракет электромагнитного импульса не выдержали. Часть их — просто вышла из строя, часть — "сошла с ума" и стала выдавать ложные команды на рули управления ракет. В результате террористы в зоне боев остались без ПЗРК.

Гражданский аэропорт Бейрута, старый, что был расположен в черте самого города, почти у самого берега захватили в первый же час боя. Армейских подразделений и подразделений жандармерии, реально способных сопротивляться хорошо, очень хорошо вооруженным боевикам там не было, а полицейских и охранников смяли сосредоточенным огнем за несколько минут. После этого, боевики заняли позиции для отражения возможной атаки. Этот аэропорт был приоритетной целью — в идущей к Бейруту британской эскадре было много самолетов вертикального взлета "Харриер Мк7", для которых такой вот аэропорт подходил идеально. Британцы вообще часто шли своим путем и пока все совершенствовали палубные версии обычных самолетов — британцы модернизировали «Харриер». Хотя свои преимущества у него были — тягаться даже с легким однодвигательным русским С-54, не говоря уж о тяжелом, способном летать на крейсерском сверхзвуке С-35, Харриер не мог.