Сердце Мира - Каменистый Артем - Страница 58

– Там девка!

– Ну и что? – флегматично спросил убийца. – Ты что, баб никогда не убивал?

– Ее берем живьем! – категорически заявил землянин. – Это Сата Неомо Кайя, она исса и женщина Робина Игнатова. Зардрак давно мечтает ее схватить.

– Он много заплатит? – заинтересованно уточнил Перкс.

– Ты столько не унесешь! – заверил его Валет.

– Значит, берем живой!

«Убийца драконов № 4» парил над центром исполинского урагана. На этой высоте буйство стихий не ощущалась, пилот равнодушно следил за приборами, не отвлекаясь на красоты, разворачивающиеся под уникальным боевым кораблем. В свое время он видел зрелища посерьезнее, тот, кто видел бури на газовых гигантах, не будет считать местный циклон-переросток чем-то особенным. Его не интересовал даже восторг специалистов по поводу того, что воронка закручивается в обратную сторону, вопреки центробежной силе, вызываемой вращением планеты. Этот мир и без того безумный, одним чудом больше или меньше – разницы никакой.

Мнемошлем погружал пилота в красочный мир виртуальной реальности, расцвеченный столбиками информационных сообщений и тактических векторов. Он послушно посылал машину согласно указующему пунктиру. Зеленых осей, определяющих дружественные цели, не было, второй корабль ушел несколько минут назад из-за сбоя стабильности системы вооружения. Это была серьезная неполадка, грозящая страшными последствиями. «Убийца драконов № 4» контролировал теперь очень большую территорию, ему пришлось переместиться в самый центр урагана. Но ничего, еще двадцать минут, и вахта закончится, корабль на максимальной скорости покинет опаснейшее место Галактики, а на смену заступит новая пара.

Оперативная модель пестрела множеством сообщений – какой-то недоумок угнал «Убийцу драконов № 6» и скрывался где-то в поясе астероидов. Найти его пока не удавалось, но флот не бросал настойчивых попыток обнаружить наглеца. Пилот прочитал последние безутешные донесения для общего пользования. Так и есть, никакого результата поиски пока не принесли.

Мир трижды мигнул, все посторонние сообщения исчезли, система, получив команду с Октаэдра, перешла в боевой режим. Мертвый, безликий голос сообщил:

– Есть уверенный контакт, координаты введены в систему навигации, начинайте коррекцию курса.

Проследив за мельканием векторов, пилот заявил:

– Положение для атаки неудобное. Выход на дистанцию активации оружия – восемь минут!

– Рекомендуем покинуть безопасный горизонт, цель может уйти в любой момент.

Риск при входе в плотные слои атмосферы возрастал многократно, но пилот не колебался ни мгновения. Он верил в свой корабль и надеялся, что тот не подведет его и в этот раз. В противном случае пилота ждет очень быстрая и безболезненная смерть.

Изменение курса позволило сэкономить почти четыре минуты. Корабль достиг верхушек облаков, его днище сверкало, отражая свет исполинских молний, но даже здесь пилот не отвлекся на красоту ужасающего урагана. Сняв защиту, он активировал единственный сенсор, нажать его можно было только вручную, система вооружения не подчинялась мысленным командам.

Торпеда очнулась от напряженной спячки, в плоские капсулы с высохшими культурами специально выведенных бактерий влилась теплая питательная жидкость. Спящие микроорганизмы немедленно проснулись и с жадностью приступили к трапезе, но разгуляться им не дали. Через двадцать шесть секунд после пробуждения в капсулы поступил крутой раствор цианида. Бактерии не могли взвыть от ужаса, согласно заложенной в гены программе, они стали защищать себя по максимуму. Их тела сбились в плотную колонию, дружно генерируя мощнейшее магнитное поле, призванное оградить их от ионов ядовитого вещества. Биологи потрудились на славу, напряженность поля была огромной, оно должно было держаться порядка двадцати шести секунд.

Примитивная автоматика торпеды отреагировала на появление уверенного магнитного поля, отключила боевую часть от корабельного источника питания. В силовой ловушке, созданной излучением живых существ, застыл пористый шар из антивещества. Малейшее касание им стенок боеголовки приведет к мгновенной аннигиляции, этот зеркальный прототип обычного железа не должен был существовать в мире, где царят нормальные элементарные частицы. Стоит отключиться магнитному полю, и здесь зажжется новое солнце, которое на несколько мгновений превратит ночь в день.

Пилот вручную активировал второй сенсор и резко, не считаясь с колоссальной перегрузкой, повел корабль прочь, уходя в разреженные слои атмосферы. На то, чтобы уйти, у него оставалось двадцать три секунды.

Торпеда пронзала грозовые облака, буря рвала инверсионный след, остающийся от примитивного реактивного двигателя. Даже без мощного источника энергии это оружие не сможет долго существовать в атмосфере Запретного Мира, слишком мало в нем защитных полимеров. Да и бактерии не смогут долго удерживать поле. Гениальное создание целого коллектива ученых было полно недостатков, но гарантированно могло уничтожить любую цель на этой сумасшедшей планете.

Времени хватило. По сигналу с корабля сработал простой механизм, выбросив капсулы с бактериями из боеголовки, антивещество вырвалось из ловушки. Пилот посмотрел вниз: новое солнце, причудливо высветившее грозовые тучи, выжигало все живое жестким излучением, ударная волна уже достигла поверхности, вминая океан огромной чашей. Удовлетворенно кивнув, пилот произнес:

– Цель поражена!

Глава 7

В горах темнеет быстро. Только что еще светило солнце, и вдруг будто щелкнули гигантским выключателем. Сумерки промелькнули за несколько мгновений, седловину накрыла ночь. В темноте шевелились сотни огней, по затихшему полю боя ходили санитары и простые воины, оказывая помощь раненым.

В их услугах нуждались многие, землю усеивали тысячи тел, люди были еще живы, могли стонать и кричать. Усталые санитары освещали очередного бойца и, если это был свой, раскрывали свои медицинские сумки. Солдатам противника в этом мире не помогали, единственное, о чем они могли мечтать, – о быстром ударе милосердия.

Анита, осторожно переступая через тела павших, шла вниз по склону. Иногда она останавливалась, внимательно оглядывалась по сторонам, отводя от себя факел. Ее действия были строги и целеустремленны – она искала одного-единственного человека, не отвлекаясь на других раненых. Из темноты выдвинулась воющая фигура, девушка замерла, быстро выхватила кинжал. Мимо, слепо шатаясь и размахивая кровавыми культяпками рук, прошел искалеченный храмовый стражник. Безумно причитая, он скрылся во тьме. Анита пошла дальше. За последний час девушка повидала множество страшных вещей, ее уже не пугало ничего в этом филиале ада. Данте нашел бы здесь немало занимательных сюжетов для своего великого творения.

В свете факела показалась туша очередного монстра. Девушка невольно попятилась, когда увидела, что нур шевелится– у него подрагивала боевая лапа. Но движения были неестественными. Приблизившись, Анита увидела под трупом живого человека. Он устало двигал ногами, пытаясь выбраться из-под огромной тяжести, но тщетно – бугры уродливой туши сцепились с пластинами доспеха и не выпускали жертву.

Оглядевшись по сторонам, Анита увидела обломок толстого копья, подхватила его и попыталась приподнять нура. Она так и не поняла, откуда в ней взялось столько силы, но замысел удался. Воин, почувствовав поддержку, зашевелился изо всех сил, выбрался из ловушки и, хрипя, как загнанный зверь, сорвал с головы сплющенный шлем, а затем рухнул на спину, раскинув руки в стороны. Девушка торопливо поднесла к его губам плоскую флягу, ратник судорожно припал к горлышку, давясь прохладной влагой. Немного утолив жажду, он вновь откинулся на землю.

– Как ты? – спросила Анита.

– Живой, – хрипло ответил Робин.

– Это я и сама вижу. Как твои раны?

– Ощущение такое, будто все тело ампутировали.

– Не шевелись, я посмотрю.