Лейденская красавица - Хаггард Генри Райдер - Страница 59

Десять минут спустя Адриан уже был у дома Черной Мег.

ГЛАВА XIX. Борьба на башне литейного завода

Дверь отворил Симон, лысый, толстый негодяй, живший с Черной Мег. В ответ на расспросы Адриана он отвечал, пристально смотря ему в лицо своими свиными глазами, что не может наверное сказать, дома его жена или нет.

– Она, кажется, вместе с магом была занята вызыванием духов, но они могли выйти незамеченными, потому что у них есть дар, великий дар, – заключил он, вводя Адриана в комнату, где тот бывал не раз.

Комната была неуютная и на Адриана почему-то всегда производила такое впечатление, будто в ней постоянно был кто-то, кого он не мог видеть: из пола и стен слышался какой-то странный, необъяснимый шум, похожий на скрип и вздохи. Но подобных вещей ведь всегда можно ожидать в доме, где живет один из величайших современных магов. Тем не менее Адриан был доволен, когда дверь отворилась и вошла Черная Мег, хотя многие предпочли бы ее обществу общество привидения.

– Почему вы беспокоите меня в такой час? – резко спросила она.

– Почему? – повторил Адриан, и вся его ярость снова поднялась при этой грубости. – Ваше проклятое лекарство подействовало совершенно наоборот, вот что. Другому человеку вышла от этого польза, понимаешь, старая ведьма! И я думаю, он хочет увезти ее, – вот что значит вся эта сутолока. Как это я раньше не догадался! Где маг? Я хочу видеть мага. Он должен дать мне противоядие, другое лекарство.

– Вам, кажется, самому оно нужно, – сухо ответила Черная Мег. – Не знаю, можно ли будет видеть мага: теперь не приемный час, да его, кажется, и дома нет; по крайней мере он так велел говорить всем.

– Мне необходимо видеть его, – настаивал Адриан.

– Может быть, и удастся, – сказала Мег, многозначительно дотронувшись до его кармана.

Несмотря на свое волнение, Адриан понял намек.

– Ты жаждешь золота? – спросил он фразой из прочитанного недавно романа, подавая старухе горсть серебряных монет – все свои капиталы в данную минуту.

Мег приняла деньги, фыркнув, но, вероятно, сообразила, что кое-что все же лучше, чем ничего, и вышла. Послышался какой-то таинственный шум, шепот, звук отпираемых и запираемых дверей, затем водворилась полнейшая, неприятная тишина. Адриан сидел, смотря в стену, так как единственное окно в комнате находилось так высоко над его головой, что в него нельзя было смотреть, и оно скорее походило на отдушину, чем на окно. Так он просидел с минуту, кусая концы своих усов и проклиная свою судьбу, как вдруг почувствовал чью-то руку у себя на плече.

– Какой тут черт?! – вскричал он, резко обернувшись и очутившись лицом к лицу с магом, величественно задрапированным в плащ.

– Черт? Какое нехорошее слово в устах молодого человека, – укоризненно заметил мудрец.

– Может быть, – отвечал Адриан. – Только какой… я хотел сказать, каким образом вы вошли? Я не слыхал, чтобы дверь отворилась.

– Каким образом вошел? Я сам не знаю. Двери? На что мне двери?

– Не знаю, – отвечал Адриан коротко, – но люди, вообще, находят, что они полезны.

– Довольно говорить о таких материальных вещах, – серьезно перебил его маг. – Ваш дух взывал к моему, и я здесь, вот все, что вам надо.

– Я предполагал, что вас позвала Черная Мег, – продолжал выспрашивать Адриан, в котором после неудачи с любовным напитком проснулась недоверчивость.

– Можете предполагать, что вам угодно, мой молодой друг, а теперь потрудитесь объяснить, что вам надо: мне некогда. Впрочем, я и так все знаю: вы дали питье девушке и не исполнили моего совета тут же сделать ей предложение. Другой подсмотрел и извлек пользу из магического напитка. Пока она еще находилась под влиянием очарования, он сделал предложение, и оно было принято… да, ваш брат Фой. Беспечный и недогадливый человек, чего же вы еще ожидали?

– Во всяком случае, не ожидал этого, – отвечал Адриан в бешенстве. – А теперь, если вы обладаете такой силой, как уверяете, скажите мне, что делать.

Что-то сверкнуло под капюшоном, то был единственный глаз мага.

– Друг, вы невежливы, даже грубы. Но я понимаю и прощаю. Подумаем сообща. Расскажите мне все, что было.

Адриан подробно рассказал все происшедшее, и рассказ, по-видимому, глубоко тронул мага, по крайней мере он отвернулся, закрыв лицо руками, и плечи его затряслись от сильного чувства.

– Дело очень серьезное, – сказал он торжественно, когда, наконец, Адриан кончил. – Теперь остается сделать только одно. Вашему коварному сопернику – сколько лукавства и обмана скрывается за его простоватой наружностью – кто-то дал хороший совет, не знаю, кто именно, хотя подозреваю, что это один знакомый Черной Мег – Арентц!..

– А!.. – вырвалось у Адриана.

– Я вижу, вы знаете этого человека. Да, конечно, мы ведь говорили с вами о нем на днях. Он действительно волк в овечьей шкуре, скрывающий дьявольские наущения под личиной благочестия. Я уж один раз вывел его на чистую воду – разве может тьма устоять против света? – и с помощью тех, кто помогает мне, выведу вторично. Теперь выслушайте мои вопросы и ответьте на них ясно, медленно, без утайки. Если вы хотите, чтобы молодая девушка стала вашей, вашего хитрого соперника надо удалить из Лейдена, по крайней мере на время, пока сила волшебства пройдет.

– Вы хотите… – начал было Адриан и запнулся.

– Нет, я не хочу сделать ему никакого зла. Я думаю только, что ему следует совершить путешествие, что он поспешит сделать, узнав, что его колдовство и прочие преступления известны. Отвечайте же поскорее, у меня есть другие дела, кроме любовных забот дур… упрямой головы. Во-первых, правда ли то, что вы говорили мне об участии Дирка ван-Гоорля, вашего отчима, и других домашних, например Рыжего Мартина и вашего брата Фоя, в богослужении, которое совершал ваш враг, колдун Арентц?

– Правда, – отвечал Адриан, – но я не вижу, какое то имеет отношение к делу.

– Молчите! – закричал маг, и вслед за тем Адриан услыхал какой-то странный скрип, как будто из стены; маг стоял погруженный в задумчивость, пока скрип не прекратился. Тогда он опять заговорил: – Правда ли то, что вы мне сообщали об участии вышеназванных Фоя и Мартина в сокрытии сокровища умершего еретика Гендрика Бранта и об убийстве, совершенном ими во время плавания по Гаарлемскому озеру?

– Конечно, правда, – отвечал Адриан, – только…

– Молчите! – снова крикнул маг, – иначе, клянусь своим повелителем Зороастром, я все брошу.

Адриан притих, и снова последовала пауза.

– Вы предполагаете, – продолжал маг, – что вышеупомянутые Фой и Дирк ван-Гоорль вместе с Мартином намереваются увезти эту неповинную ни в чем и несчастную девушку, богатую наследницу Эльзу Брант, имея преступные виды.

– Я никогда не говорил вам этого, – возразил Адриан, – но я думаю, что это так, по крайней мере, идет укладка вещей.

– Вы никогда не говорили мне? Разве вы не понимаете, что и надобности нет говорить мне все?

– Так, именем вашего повелителя Зороастра, зачем же вы спрашиваете? – в отчаянии воскликнул Адриан.

– Узнаете сейчас, – отвечал маг, думая о чем-то.

Опять Адриан услыхал шорох, будто скреблись молодые голодные крысы.

– Я, кажется, дольше не стану вас задерживать, – сказал вдруг встревожившись Адриан, так как все происходившее показалось ему очень странным, и встал.

Маг не отвечал, только начал свистеть, что уже было совсем недостойно мудреца.

– Позвольте проститься, – сказал Адриан, стоявший спиной к двери, – у меня дела.

– И у меня также, – сказал маг, продолжая свистеть.

Тут вдруг в одной из боковых стен образовался провал, и в отверстии показался человек в одежде монаха, а за ним Симон, Черная Мег и еще какой-то зловещего вида человек.

– Все записали? – спросил спокойным голосом маг.

Монах поклонился и, вынув несколько исписанных листов, положил их на стол вместе с чернильницей и пером.

– Хорошо. А теперь, мой молодой друг, потрудитесь подписаться.