Тайна аварии Дятлова - Буянов Евгений - Страница 61

Свидетельские показания (свидетельства) – это тоже «факты», но факты, имеющие свою специфику. Их особенность состоит в том, что

? свидетели событий видят не всю «драму», а только то, что им доступно для наблюдения (со своей позиции, ограниченной во времени, в пространстве, и со своих позиций понимания увиденного);

? свидетели событий могут быть шокированы, психологически травмированы тем, что увидели;

? свидетели в ходе наблюдения могут не проявить интереса (иметь «отвлеченное внимание»);

? свидетели могут быть по причинам личного порядка никак не заинтересованы в объективном расследовании, а могут (в отдельных случаях) быть заинтересованы в том, чтобы «увести» расследование в нужном направлении или ввести в заблуждение на основе своих представлений, не всегда точных и правильных.

Показания различных правдивых свидетелей (дающих правдивые, чистые показания) могут выглядеть не соответствующими друг другу. И даже во многом противоречивыми показаниями, если не учесть условий, при которых они наблюдали события (в том числе и состояния людей в момент наблюдения, например, эмоционального состояния, уровня внимания и понимания событий, длительности или эпизодичности и времени наблюдения, позиции наблюдения и т. п.). При правильном учете этих факторов показания правдивых свидетелей начинают дополнять друг друга, соответствовать известным фактам и позволяют лучше увидеть картину событий, связать события вместе. Неумышленное введение следствия в заблуждение обычно связано с неверными представлениями свидетелей о явлениях и людях, с «фантазиями» свидетелей. Здесь могут помочь вопросы к свидетелям типа: «А почему Вы так считаете?..». Правдивые свидетели могут изменить свои показания после осмысления событий, поскольку первоначальная оценка может быть поверхностной и непродуманной (обращают внимание на одни детали, но более важными оказываются другие). Такое изменение показаний не должно вызывать подозрений во лжи: надо только установить, почему (под действием каких фактов и соображений) показания так изменились.

А вот показания лживых свидетелей (дающих лживые показания) могут выглядеть и очень правдоподобными, соответствующими друг другу, если ложь подается в рамках принятой ими «легенды-версии» событий или собственных «фантазий». Но при тщательной проверке, сопоставлении с фактами и уточнении наблюдений показания лжесвидетелей начинают расходиться, поскольку уточненные варианты «легенды-версии» событий у каждого различны, а «фантазии» не связаны с реальной цепочкой событий (они так или иначе расходятся с ней) и расходятся в представлении людей. Умышленная дезинформация может быть связана с желанием «выгородить» себя и других лиц от возможных обвинений, с попытками уйти от ответственности. Обычно, у «заинтересованных» лиц, но вот сама «заинтересованность» может иметь очень скрытый характер и мотивы (например, она может объясняться скрытой симпатией или неприязнью к какому-то человеку).

Таким образом, показания свидетелей тоже надо систематизировать: часть из них после проверки может попасть в число подтвержденных фактов, часть ? в число фактов неподтвержденных, а часть просто отброшена как вредные, ненужные и несущественные. Вот по этим признакам факты (включая и свидетельские показания) надо тоже постараться систематизировать очень четко.

Улики, ? вещественные доказательства (например, предметы снаряжения) следует также тщательно изучить и отметить характерные особенности, которые могут помочь в расследовании. Следует особо отметить видимые отклонения не только во «внутреннем состоянии предмета», но и в его пространственном положении, особенностях его последнего использования (и даже факте самого наличия такого предмета в зафиксированном состоянии). Вещественным доказательством является и само место происшествия, которое надо осмотреть очень тщательно и, по возможности, не нарушая его состояния. Желательно снять его на фото или видео, записать на диктофон, в каком положении находятся предметы и останки людей. Все это может очень помочь расследованию. Пропажа вещей также дает ряд фактов, которые надо учитывать при разборе: например, отсутствие предмета снаряжения (карабина) может свидетельствовать о его разрушении, ? а этот факт выводит на причины аварии.

Положение улик фиксируется по показаниям свидетелей, которые их видели первыми, ? например, положение палатки, следов и вещей у палатки по показаниям Слобцова, Шаравина, Чернышова и тех членов их групп, которые видели палатку и вещи вечером 26 и утром 27 февраля. А вот показания других свидетелей, например, Масленникова (от 28.02), должны приниматься с поправкой на то, что положение вещей и следы к моменту наблюдения уже могло измениться, ? оно уже не было таким, как в момент обнаружения палатки. Поэтому ссылки на показания отдельных свидетелей могут быть в принципе неверны, поскольку эти свидетели наблюдали уже измененное состояние следов и улик. Отсюда, конечно, вовсе не значит, что свидетели «врут» или пытаются ввести в заблуждение, ? просто они передают не изначальное, а измененное состояние следов и улик.

Так что факты должны занять свое место в цепочке событий. Действительно, изначально некоторые особенно «жареные фактики» могут показаться очень важными и существенными для расследования, но на поверку оказаться совершенно не нужными и вредными, только уводящими от понимания.

Условно факты можно разделить так: во-первых, это факты ложные: они только «наводят туман» и уводят расследование по ложному пути. Такие «факты» надо разоблачить и отбросить, доказав их ложность.

Во-вторых, это факты пусть и правдивые, но несущественные. Они могут «присутствовать» при развитии событий, но никак на них не влияют и не являются следствиями аварийной цепочки. Условно это факты с «нулевой ценностью», хотя реальная их ценность отрицательна, поскольку они могут мешать правильному пониманию (заслонять более значимые факты).

В-третьих, это сопутствующие факты, являющиеся следствиями аварийной цепочки, но не оказывающие существенного влияния на дальнейший ход событий. Такого рода факты помогают увидеть причины, их породившие. Эти факты надо анализировать именно для раскрытия механизмов, движущих сил ситуации (аварии). Их надо отнести к своим коротким версиям.

В-четвертых, это факты правдивые и значимые для понимания, являющиеся следствиями, а не причинами развития событий. Причем для последующих событий они являются уже причинами развивающими, усугубляющими события. Очевидно, что такие факты должны быть поставлены на «свое место» в цепочке событий (по значимости, по месту, времени и роли в дальнейших событиях), отнесены к своим коротким версиям.

Наконец, наиболее значимые факты – это те, которые являются следствиями главных причин событий (на стыках коротких версий), и факты, непосредственно связанные с начальными причинами критической ситуации, приведшей к аварии. На эти факты опираются предположения для построения коротких версий. Для каждой короткой версии наиболее значимым начальным фактом является вся ситуация, которая воссоздана предыдущей, родительской версией.

Таким образом, незначимые факты ставятся отдельно (но не забываются), а значимые ? по следующему «ранжиру»:

Последующая короткая версия ? это «последействие» предыдущей версии в новых, изменившихся условиях.

«Последействие» уже после завершения аварии может существенно усложнять итоговую картину, «смазывать» факты, «накладывать их друг на друга, мешая восстановить взаимосвязи и логику событий. Природная, человеческая и техническая среды сами постепенно уничтожают улики.