Выбери любимый жанр

Вы читаете книгу

Полное собрание стихотворений

Брюсов Валерий Яковлевич

Выбрать книгу по жанру

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Разное

Техника

Автомобили и ПДД

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело

Последние комментарии

оксана2018-11-27

Вообще, я больше люблю новинки литератур

К книге

Professor2018-11-27

Очень понравилась книга. Рекомендую!

К книге

Vera.Li2016-02-21

Миленько и простенько, без всяких интриг

К книге

ст.ст.2018-05-15

И что это было?

К книге

Наталья222018-11-27

Сюжет захватывающий. Все-таки читать кни

К книге

Полное собрание стихотворений - Брюсов Валерий Яковлевич - Страница 91

Изменить размер шрифта:

8 ноября 1906

Обреченный

Голос

«Ты – мой, моей рукой отмечен,

И я, уверенная, жду.

Играй, безумен и беспечен,

От счастья смейся, плачь в бреду, —

Ты вдруг очнешься, в час закатный,

Поймешь мой зов, лишь сердцу внятный,

И с воплем крикнешь мне: иду!

Ты многим клялся: буду верен!

Ты многим говорил: я – твой!

Но неизменен и размерен

Событий трепет роковой.

Что было – только предвещанья,

Что было – лишь знаменованья

Того, что быть должно со мной!

Ты сам не понял, не изведал

Своей последней глубины,

Ты душу радостности предал,

Как зыби медленной волны.

Я жду тебя с мечом разящим.

В былом, в грядущем, в настоящем

Мне дни твои обречены!»

Ответ

Остро и пламенно ранит

Взор твой, блестящий клинок.

Сердце искать не устанет,

Сердце – как в мае цветок.

Снова ли душу обманет

Богом назначенный срок?

Року иду я навстречу,

Взор упирая во взор:

Рыцарь – в жестокую сечу,

Верный – на ярый костер.

Ты позовешь, – я отвечу,

Скажешь, – приму приговор.

Долго я ждал. Неужели

Дрогнет и эта рука?

Строгие струны продели,

Цель моей жизни близка.

Ближе я... ближе... у цели..,

А! синий отблеск клинка!

14 сентября 1907

Осенью

Небо ярко, небо сине

В чистом золоте ветвей,

Но струится тень в долине,

И звенит вокруг чуть слышно

Нежный зов – не знаю чей.

Это призрак или птица

Бело реет в вышине?

Это осень или жрица,

В ризе пламенной и пышной,

Наклоняет лик ко мне?

Слышу, слышу: ты пророчишь!

Тихий дуть не уклоня,

Я исполню все, что хочешь!

Эти яркие одежды —

Понял, понял – для меня!

Это ты – на смертном ложе

Ждешь покорного тебе!

Пусть же тень ложится строже!

Я иду, закрывши вежды,

Верен Тайне и Судьбе.

Себастьян

На медленном огне горишь ты и сгораешь,

Душа моя!

На медленном огне горишь ты и сгораешь,

Свой стон тая.

Стоишь, как Себастьян, пронизанный стрелами,

Без сил вздохнуть.

Стоишь, как Себастьян, пронизанный стрелами

В плечо и грудь.

Твои враги кругом с веселым смехом смотрят,

Сгибая лук.

Твои враги кругом с веселым смехом смотрят

На смены мук.

Горит костер, горит, и стрелы жалят нежно

В вечерний час.

Горит костер, горит, и стрелы жалят нежно

В последний раз.

Что ж не спешит она к твоим устам предсмертным,

Твоя мечта?

Что ж не спешит она к твоим устам предсмертным

Прижать уста!

Видение

В сумраке вечера ты – неподвижна

В белом священном венце.

В сумраке вечера мне непостижна

Скорбь на спокойном лице.

Двое мы. Сумрак холодный, могильный

Выдал мне только тебя.

Двое мы. Или один я, бессильный,

Медлю во мраке, скорбя?

Смотришь ты строгим и вдумчивым взором...

Это прощанье иль зов?

Смотришь ты в сердце с безгневным укором,

Словно из глуби веков.

Ты ль это? та, перед кем, как пред тайной,

Робко склонялись мечты?

Ты ль это здесь или призрак случайный:

Луч и игра темноты?

Медлю во мраке глухом и глубоком,

Не отзываюсь, скорбя...

Медлю, – ведь если ты послана Роком,

Мне не уйти от тебя!

17 января 1908

Бой

Нет, не могу покориться тебе!

Нет, буду верен последней судьбе!

Та, кто придет, чтобы властвовать мной, —

Примет мой вызов на яростный бой.

Словно Брунгильда, приступит ко мне;

Лик ее будет – как призрак в огне.

Щит в ее легкой руке проблестит,

С треском расколется твердый мой щит.

Тщетно свой меч подниму на нее, —

В панцирь мой вражье вонзится копье.

Шлем мой покатится, грустно звеня.

Вражья рука опрокинет меня.

И, окровавлен, без сил, чуть живой,

Радостно крикну из праха: «Я – твой!»

1907

Лунный дьявол

Лунный дьявол, бледно-матовые,

Наклонил к земле рога.

Взоры, призрачно-агатовые,

Смотрят с неба на снега,

Словно тихо мир захватывая

В сети хитрого врага.

Руки, тонкой сетью сдавленные,

Без надежд упали ниц,

Реют тени новоявленные,

Словно стаи пестрых птиц.

Вижу вспышки молний, вправленные

В бархат сумрачных ресниц.

Знаю, знаю: крепко скрученного

Опрокинешь ты во мглу,

К синим молниям приученного,

Покоришь глухому злу,

И потом в врага замученного

Кинешь верную стрелу!

Лунный дьявол! Бледно-матовые,

Наклони к земле рога!

Взоры, призрачно-агатовые,

С высоты вонзи в снега,

И меня и мир захватывая

В сеть коварного врага!