Выбери любимый жанр

Вы читаете книгу

Полное собрание стихотворений

Брюсов Валерий Яковлевич

Выбрать книгу по жанру

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Разное

Техника

Автомобили и ПДД

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело

Последние комментарии

оксана2018-11-27

Вообще, я больше люблю новинки литератур

К книге

Professor2018-11-27

Очень понравилась книга. Рекомендую!

К книге

Vera.Li2016-02-21

Миленько и простенько, без всяких интриг

К книге

ст.ст.2018-05-15

И что это было?

К книге

Наталья222018-11-27

Сюжет захватывающий. Все-таки читать кни

К книге

Полное собрание стихотворений - Брюсов Валерий Яковлевич - Страница 201

201

Изменить размер шрифта:

Август 1914. Вильно

Из прежде в теперь

Грядущий гимн

Солнце летит неизмерной орбитой,

Звезды меняют шеренгами строй...

Что ж, если что-то под солнцем разбито?

Бей, и удары удвой и утрой!

Пал Илион, чтобы славить Гомеру!

Распят Христос, чтобы Данту мечтать!

Правду за вымысел! меру за меру!

Нам ли сказанья веков дочитать!

Дни отбушуют, и станем мы сами

Сказкой, виденьем в провале былом.

Кем же в столетья войдем? голосами

Чьими докатится красный псалом?

Он, нам неведомый, встанет, почует

Истину наших разорванных дней,

То, что теперь лишь по душам кочует,

Свет, что за далью полней и видней.

Станут иными узоры Медведиц,

Станет весь мир из машин и из воль...

Все ж из былого, поэт-сердцеведец,

Гимн о былом – твой – восславить позволь!

Ноябрь 1921

Октябрь 1917 года

Есть месяцы, отмеченные Роком

В календаре столетий. Кто сотрет

На мировых скрижалях иды марта,

Когда последний римский вольнолюбец

Тирану в грудь направил свой клинок?

Как позабыть, в холодно-мглистом полдне,

Строй дерзких, град картечи, все, что слито

С глухим четырнадцатым декабря?

Как знамена, кровавым блеском реют

Над морем Революции Великой

Двадцатое июня, и десятый

День августа, и скорбный день – брюмер.

Та ж Франция явила два пыланья —

Февральской и июльской новизны.

Но выше всех над датами святыми,

Над декабрем, чем светел пятый год,

Над февралем семнадцатого года,

Сверкаешь ты, слепительный Октябрь,

Преобразивший сумрачную осень

В ликующую силами весну,

Зажегший новый день над дряхлой жизнью

И заревом немеркнущим победно

Нам озаривший правый путь в веках!

1920

Коммунарам

Под вопль вражды, под гулким гневом

Недаром вы легли в веках, —

Упал над миром тучным севом

Ваш огненно-кровавый прах.

Вы, лабиринтцы, в дни позора

Под дерзким эллинским копьем;

Ты, круг священный Пифагора,

Поющий на костре своем;

Вы, все, что восставали, тая,

Вальденцы, Виклеф, Гуса стан,

Пророки нового Синая,

Ты, исступленный Иоанн;

И вы, кто жертвой искуплений

Легли в Париже, у стены,

Чьи грозно вопящие тени

В лучах побед вознесены!

Как в басне, из зубов дракона

Возникли мощные бойцы,

Бросаете в земное лоно

Вы мученичества венцы.

Под те же гулы и угрозы,

Приемля ваш немолчный зов,

Мы ваши праведные грезы

Возносим над борьбой веков!

1920

Оклики

Четвертый октябрь

Окликаю Коршуна в пустыне:

– Что летишь, озлоблен и несмел? —

«Кончен пир мой! более не стынет

Труп за трупом там, где бой гремел!»

Окликаю Волка, что поводит

Сумрачно зрачками: – Что уныл? —

«Нет мне места на пустом заводе;

Утром колокол на нем звонил».

Окликаю Ветер: – Почему ты

Вой ведешь на сумрачных ладах? —

«Больше мне нельзя в годину смуты

Раздувать пожары в городах!»

Окликаю Зиму: – Эй, старуха!

Что твоя повисла голова? —

«Плохо мне! Прикончена разруха,

Всюду мне в лицо трещат дрова».

Чу! гудок фабричный! Чу! взывают

Свистом, пролетая, поезда.

Красные знамена обвивают

Русь былую, словно пояса.

Что грозило, выло и рычало,

Все притихло, чуя пятый год.

Люди, люди! Это лишь начало,

Октября четвертого приход!

Из войны, из распрь и потрясений

Все мы вышли к бодрому труду;

Мы куем, справляя срок весенний,

Новой жизни новую руду.

Кто трудился, всяк на праздник прошен!

Путь вперед – роскошен и широк.

Это – зов, что в глубь столетий брошен,

Это – наше право, это – рок!

25—30 октября 1921

Советская Москва

Все ж, наклонясь над пропастью,

В века заглянув, ты, учитель,

Не замрешь ли с возвышенной робостью,

И сердце не полней застучит ли?

Столетья слепят Фермопилами,

Зеркалами жгут Архимеда,

Восстают, хохоча, над стропилами

Notre-Dame безымянной химерой;

То чернеют ужасом Дантовым,

То Ариэлевой дрожат паутиной,

То стоят столбом адамантовым,

Где в огне Революции – гильотина.

Но глаза отврати: не заметить ли

Тебе – тот же блеск, здесь и ныне?

Века свой бег не замедлили,

Над светами светы иные.

Если люди в бессменном плаваньи,

Им нужен маяк на мачте!

Москва вторично в пламени, —

Свет от англичан до команчей!