Выбери любимый жанр

Вы читаете книгу

Полное собрание стихотворений

Брюсов Валерий Яковлевич

Выбрать книгу по жанру

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Разное

Техника

Автомобили и ПДД

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело

Последние комментарии

оксана2018-11-27

Вообще, я больше люблю новинки литератур

К книге

Professor2018-11-27

Очень понравилась книга. Рекомендую!

К книге

Vera.Li2016-02-21

Миленько и простенько, без всяких интриг

К книге

ст.ст.2018-05-15

И что это было?

К книге

Наталья222018-11-27

Сюжет захватывающий. Все-таки читать кни

К книге

Полное собрание стихотворений - Брюсов Валерий Яковлевич - Страница 129

129

Изменить размер шрифта:

24 июля 1912

Сенежское озеро

Дождь и солнце

Муаровые отблески сверкают под лучом.

Мы вновь на тихом озере, как прежде, мы вдвоем.

Дождь легкий, дождь ласкающий кропит, кропит

листву...

Мне кажется, что снова я в далеком сне живу.

И солнце улыбается, как было год назад,

И пестрые жемчужины отряхивает сад.

Всё то же, что томило нас: и парк, и дождь, и пруд,

И сосны острохвойные наш отдых стерегут!

Любви порыв ликующий, как странно ты живуч!

Сквозь дождь, сквозь небо серое сверкает вещий луч!

За сеткой – даль туманная, пузырится вода...

О Солнце! победителем останься, как тогда!

1913

После скитаний

После скитаний,

далеких и труддых,

вдали заблистали,

В нежном тумане,

лугов изумрудных

знакомые дали!

В море шумящем,

под ропоты бури,

манило вернуться —

К зарослям-чащам,

к неяркой лазури, —

над речкой проснуться,

Слыша мычанье

быков и призывы

родимой свирели...

Кончив блужданье,

усталый, счастливый,

вот я – у цели!

1915

В буйной слепоте

Как, в буйной слепоте страстей,

Мы то всего вернее губим,

Что сердцу нашему милей!

Ф. Тютчев

* * *

Итак, это – сои, моя маленькая,

Итак, это – сон, моя милая,

Двоим нам приснившийся сон!

Полоска засветится аленькая,

И греза вспорхнет среброкрылая,

Чтоб кануть в дневной небосклон.

Но сладостны лики ласкательные,

В предутреннем свете дрожащие,

С улыбкой склоненные к нам,

И звезды, колдуньи мечтательные,

В окно потаенно глядящие,

Приветствия шепчут мечтам.

Так где ж твои губы медлительные?

Дай сжать твои плечики детские!

Будь близко, ресницы смежив!

Пусть вспыхнут лучи ослепительные,

Пусть дымно растаю в их блеске я,

Но память о сне сохранив!

1912

Москва

* * *

Сумрак тихий, сумрак тайный,

Друг, давно знакомый мне,

Безначальный и бескрайный,

Призрак, зыблющий туманы,

Вышел в лес и на поляны,

Что-то шепчет тишине.

Не слова ль молитвы старой,

Древней, как сама земля?

И опять, под вечной чарой,

Стали призрачной химерой

Скудный лог, орешник серый,

Зашоссейные поля.

Давний, вечный сон столетий,

В свете звезд, опять возник:

И вся жизнь – лишь ветви эти,

Мир – клочок росистый луга,

Где уста нашли друг друга,

Вечность —этот темный миг!

Июль 1912

Подольск

* * *

Безумие белого утра смотрело в окно,

И было все странно-возможно и все – все равно.

И было так странно касаться, как к тайным мечтам,

К прозрачному детскому телу счастливым губам.

Но облачный день засветился над далыо лесной,

Все стало и ясно, и строго в оправе дневной.

Ночные безумные бездны, где все – все равно,

Сменило ты, солнце, сменило ты, Бородино!

Вот снова стоит император, и грозный призыв

Мне слышен на поле кровавом, меж зреющих нив:

«Что страсти пред гимном победы, пред зовом Судьбы!

Мы все «увлекаемся Роком», все – Рока рабы!»

Свет солнца, даль нив, тень былого! Как странно давно

Безумие белого утра смотрело в окно!

Июль 1912

Бородино

* * *

Это чувство – странно-невозможного,

Вдруг обретшего и кровь и плоть,

В миг воспоминания тревожного

Я стараюсь тщетно побороть!

Помнятся, и видятся, и движутся

Вымыслы безудержной мечты.

Словно перлы сказочные нижутся

В ожерелье жуткой красоты!

И глазам так больно от слепительной

Вспышки перепутанных огней...

Но – все было в жизни ли действительной,

Иль в игре сновидящих теней?

Здесь я – тайн достигший иль обманутый

Сладостным предчувствием чудес?

И боюсь, чтоб перлов блеск с протянутой

Нити, лишь проснусь я, не исчез!

Ах, как знак призвания не ложного

С неба кинь мне светлую милоть,

Ты, виденьям странно-невозможного

Даровавшая и кровь и плоть!

<1916>

* * *

Мне вспомнить страшно, вспомнить стыдно

Мои безумные слова, —

Когда, качаясь серповидно,

Тень на стене была жива;

Когда клонилось к телу тело,

Уста искали влажных уст,

И грезе не было предела,

А внешний мир был странно-пуст.

Я верил, или я не верил?

Любил вполне, иль не любил?

Но я земное небом мерил

И небо для земли забыл!

Качались тени. Губы млели.

Светилась тела белизна.

И там, вкруг сумрачной постели,

Была блаженная страна, —

Страна, куда должны причалить

Все золотые корабли,

Где змей желаний сладко жалит

И душен аромат земли!

И не было ни стен, ни комнат, —

Хмель солнца, пьяная трава...

О, неужели мысли вспомнят

Мои безумные слова!