Поле битвы — Земля [Поле боя — Земля] - Хаббард Рональд Лафайет - Страница 218

— Не то чтобы я хотел сменить тему, — сказал Кер, тем не менее ее меняя, — но я слышал, у тебя проблемы. Не могу же я вечно мыть машины. Когда ты, наконец, займешься делом и прижмешь Маза к стенке, чтобы я мог запустить эту шахту?

— Как раз я этим занимаюсь, — ответил Джонни. И взглянул на часы.

8

Может, потому, что Чирк была очень слаба, но прошло пять часов, а она все не шевелилась. Надев кислородную маску, Джонни пододвинул свой стул вплотную к кровати. Патти хотела войти вместе с ним, но Джонни не пустил, пока не нашел вторую кислородную маску. От дыхательного газа у человека начинались судороги. Нацепив маску, Патти уселась на пол, прислонясь спиной к стене и скрестив ноги. Джонни показалось, что дыхание Чирк выравнивается. Или ему просто очень хотелось этого? Нет, он не ошибся! Чирк слегка шевельнула лапой. Казалось, прошла вечность, прежде чем она издала глубокий прерывистый вздох. Открыла тусклые глаза. Взгляд ее сфокусировался на Джонни, и некоторое время она просто смотрела на него. Вдруг Чирк резко приподнялась на кровати, упершись локтями, и сказала:

— Джонни, ты отправил тот библиотечный экземпляр, о котором я говорила? В главном управлении разразится ужасный скандал, если обнаружится недокомплект книг.

Джонни шумно вздохнул: гора с плеч! Он уже собрался ответить, как услышал удивленный голос Чирк:

— Что это я такая худенькая? — Она разглядывала свои лапы. Приподнялась повыше. — И почему я так ослабла?

— Тебе надо как следует подкрепиться, и ты быстро поправишься. Теперь у нас есть великолепная керб-паста и даже немного жевательных корешков.

Она оживилась, но не надолго.

— Джонни, а я уже давно здесь?

— Не очень.

Она задумалась. И вдруг завопила:

— У меня была одурьмия! Это неизлечимо!

— И тем не менее.

Она помолчала. Потом снова:

— Но почему они не испарили меня? Исправители?

— Ты скоро поправишься, я уверен, — сказал Джонни. — Мне кажется, что сейчас ты здоровее, чем до болезни.

Она снова задумалась и, наконец, выдала:

— Я поняла. Ты сидишь здесь, что бы они не смогли войти сюда и испарить меня. Джонни, ты храбрый человек, и я благодарна тебе. Но ты не сможешь остановить исправителей. Они выше любого закона. Они сами — закон. Они могут сделать что захотят и с кем угодно, хоть с самим императором. Джонни, тебе лучше уйти отсюда, пока они не пришли.

Какое-то время Джонни молча смотрел на нее. В каком же страшном мире насилия и жестокости жили психлосы…

— Я здесь для того, — сказал он, — чтобы рассказать тебе свежие новости. Я сжег исправителей, Чирк.

Разве это было неправдой? Даже если он не знал, кто такие исправители, они уничтожены вместе с Психло. Радиоактивностью.

Чирк просияла. От ее мрачности и следа не осталось.

— Джонни, как это здорово с твоей стороны!

Она порывисто села на кровати, скинув ноги на пол.

— Где моя одежда? Надо срочно начинать работать, иначе в моем досье опять появится черная метка. — Она попыталась встать.

— Я бы на твоем месте не торопился, — сказал Джонни. — Тебе сейчас отдых необходим. Будем считать, что у тебя выходной.

Она нырнула в постель, слабая, уставшая.

— Хорошо. Ведь ничего страшного, если я приду завтра?

Джонни заверил ее, что ничего страшного в этом не будет. Потом он вышел, отыскал психлосок и сказал им, что получил приказ, освобождающий Чирк от испарения. А если они вздумают причинить ей какой-нибудь вред, он урежет им жалованье и испещрит черными метками их досье. Поэтому им разумнее накормить ее хорошенько и помочь вымыться. Не понять его психлоски не могли. Ведь что бы он ни говорил, ладонь его лежала на заткнутом за пояс лучевом пистолете. А это они понимали лучше всяких слов.

ЧАСТЬ 32

1

Известие о том, что пройдет не менее трех дней, чтобы можно было убедиться в успехе операции, не подняло Джонни настроения. Мак-Кендрик опасался инфекции. Напрасно Джонни внушал ему, что, если они не разгадают психлосской математики, он запросто может оказаться снова в зале заседаний перед очень сердитыми эмиссарами. Напрасно заверял, что он снова будет вовлечен в демонстрацию силы. На все это Мак-Кендрик ответил, что спешка хороша лишь при ловле блох. Чирк же поправлялась очень медленно. Она все еще была в постели, слабость и головокружение не проходили. Джонни даже забеспокоился: вдруг эта операция влияет на вестибулярный аппарат или даже на деятельность мозга?

А тем временем исчез Пьер Соланж. Джонни битый час выяснял, где он может быть, пока кто-то не сказал, что видел собственными глазами, как горе-пилот садился в самолет, отправлявшийся в Европу. В состоянии Патти наметился отрадный перелом. Джонни сидел в библиотеке, листая книгу за книгой, когда вдруг почувствовал, что рядом кто-то стоит. Патти. Девочка явно хотела поговорить с ним. Джонни молча выжидал, пока она решится.

— Джонни, пожалуйста, скажи мне правду. Битти еще долго жил?

Он вздрогнул от неожиданности. Память вернула его в тот роковой день. Горло сдавило так, что он смог лишь кивнуть.

— Значит, его можно было еще спасти, — сказала Патти.

Джонни смотрел на нее, но говорить не мог. Да нет же, девочка, нельзя! Его нельзя было спасти после всего, что с ним сделали! Нельзя! Но как об этом сейчас скажешь…

— Если бы я умела лечить людей, и будь я тогда там, он сейчас был бы жив, — убежденно сказала Патти. — Знаешь, Джонни, я хочу попросить этих докторов взять меня с собой. Я буду очень послушной, надоедать не стану. Буду ходить в школу, хорошо учиться. Я выучу все-все, чтобы стать доктором. Ты ведь поможешь мне, Джонни?

Он обнял ее за плечи и, наконец, выговорил:

— Конечно, помогу. Ты можешь остаться у моей тетушки Элен. С Мак-Кендриком я поговорю и позабочусь, чтобы у тебя было столько денег, сколько понадобится.

Она отстранилась. Глядя на него полными решимости глазами, с достоинством произнесла:

— Спасибо.

И вышла.

Немного погодя, Джонни успокоился и подумал: все-таки она немного оттаяла. Он уже не надеялся, что она поправится, но теперь у Патти появилась цель, которая вернет девочку к жизни. На следующий день, когда Джонни был в мастерской электриков, ему понадобились сведения о ценах на молекулярные пистолеты, за чем он и прибежал в библиотеку. Он увидел там Чирк! Она сидела за столом, обложившись книгами.

— Джонни, — в голосе ее звенели строгие нотки, — ты оставил здесь жуткий беспорядок. Потрудись в другой раз ставить книги на те же полки, откуда брал.

Джонни вгляделся в нее. Челюсти под дыхательной маской сосредоточенно мусолили жевательный корешок. Янтарные глаза прояснились. Она даже успела немного прибавить в весе.

— Идеальный порядок в библиотеках — обязательное требование Компании, — продолжала Чирк. — Ты должен уяснить это, Джонни.

Прочитав нотацию, она успокоилась и снова занялась делом. Джонни с удовольствием смотрел, как она точными размеренными движениями ставит книги на полку — значит, координация движений вернулась к ней полностью. Он уже собрался уходить, чтобы обрадовать Мак-Кендрика, как…

— Джонни, — задумчиво проговорила Чирк, — я по-прежнему думаю о математике. Если тебе еще нужна моя помощь, я попытаюсь научить тебя складывать, вычитать… И все такое прочее. Но, Джонни, — она уставилась на него умоляющим взглядом, — положа руку на сердце, зачем благородному человеку математика? Я имею в виду, какая в ней польза, Джонни?

Через несколько минут, счастливый, он уже говорил Мак-Кендрику, что дело в шляпе.