Поле битвы — Земля [Поле боя — Земля] - Хаббард Рональд Лафайет - Страница 207

— Отвечайте же, лорд Вораз! — торопил Браул. — Вы сделаете, как он говорит?

Вораз встал.

— Господа! Так сложилось, что Галактический Банк только что вступил в права владения в тысячу с лишним раз большими активами, чем за все время своего существования. Эти активы необходимо задействовать. Мой ответ — да. Галактический Банк готов предоставить займы с оформлением всех необходимых документов и обязательств.

Лорды сидели в оцепенении, переваривая.

— А теперь, господа, — не дал им опомниться Джонни, — не пора ли нам вернуться к обсуждению Межгалактического мирного договора?

Те колебались. Хуже того, было очевидно, что некоторые и не думают сдаваться. Вспомнилось изречение господина Цанга: «Золото творит с душами чудеса». Сейчас перед ним сидели не люди, но должна же и у них, наверное, быть душа. Прожив века под господством психлосов, они хорошо усвоили их философию. Придется и относиться к ним, как к психлосам, делая упор на личную выгоду. Будучи воспитанным на совершенно иных моральных принципах, Джонни чувствовал отвращение к тому, чем приходится заниматься. Но слишком много жизней поставлено на карту. Он спустился с трибуны и присел на корточки, чтобы быть вровень с лордами.

— Погасите свет и отключите все диктофоны! — сказал он и посмотрел на маленьких серых человечков. — Вы обязаны подтвердить, что все диктофоны выключены.

— Мы свидетельствуем.

Ну что ж, хотя бы этого он добился — внимания к себе. Понизив голос до конспиративного шепота, так, что всем пришлось вытянуть шеи, чтобы расслышать, Джонни сказал:

— Я надеюсь, вы не думаете, что я обделю каждого в отдельности…

Насторожились.

— Что производят ваши крупнейшие фирмы? — заговорщическим шепотом спросил Джонни.

— Оружие, — донесся ответный шепот.

— А что, по-вашему, случится с этими компаниями?

Лорды удивились такому наивному вопросу:

— Прогорят, естественно!

— Именно, — по-прежнему шепотом согласился Джонни. — А теперь я раскрою вам все карты. Если вы по возвращении домой во всеуслышание объявите о договоре, запрещающем все войны, акции работающих на войну фирм мгновенно обесценятся. Тогда вы, не заикаясь о переоснащении военных предприятий и об обещании Банком кредитов, сможете скупить по дешевке акции обанкротившихся фирм. И не исключено, что даже на те же самые займы. Вы станете владельцами этих фирм, а для своего населения — героями, накормившими всех и усмирившими мятежников. А потом, когда все утрясется, потекут займы. Ваши фирмы ожидает процветание. Стать миллионером? Раз плюнуть! А миллионы скоро превратятся в миллиарды… — Он сделал паузу. — А теперь вы должны забыть все, что я только что сказал, словно я не говорил вам этого.

Джонни встал. Теперь надо только ждать. Неужели осечка? Вряд ли. Просто их мыслительные аппараты слишком долго находились под началом психлосов. До Джонни стали доноситься шепотки: «Я смогу завести еще одну любовницу», «Моя жена давно уже ненавидит наш старый замок», «Мне не придется продавать яхту»… Шу-шу-шу, шу-шу-шу… Джонни уже не мог разобрать ни слова. Вдруг поднялся лорд из Фоулджопэна:

— Лорд Джонни, мы уже забыли, что вы только что сказали. Никто из нас никогда не повторит ни слова из этого. — Казалось, он даже стал выше ростом. — Стройте ваши площадки! Мы составим самый надежный, самый непробиваемый, наижесточайший антивоенный договор из тех, о которых вам когда-либо приходилось слышать! — Он повернулся. — Зажгите свет! Включайте диктофоны!

Все встали, и началось:

— Да здравствует лорд Джонни! Да здравствует лорд Джонни!

От оваций можно было оглохнуть. Полковник Иван, облегченно вздохнув, освободил палец, прилипший к спусковому крючку. Потом живо построил своих кавалеристов в защитный блок, чтобы сопровождать Джонни в совещательную комнату. Лорды хлопали Джонни по плечу, едва не сбивая с ног. Содом! Полковник Иван не знал, что Джонни им наговорил. Да он и не интересовался. Главное сейчас — вывести Джонни отсюда, пока те от избытка чувств не переломали ему кости. Зная Джонни, полковник Иван не удивлялся реакции лордов. Ведь это же Джонни Гудбой Тайлер!

4

Русские благополучно сопроводили их в небольшую совещательную комнатушку, где они устроились для проведения следующего раунда. Драйз Глотон что-то мурлыкал, проверяя текст и подписи на чеке, переданном его Банку от Межгалактической Рудной Компании. Конечно, это был не самый крупный чек, о каких ему доводилось слышать, но его филиалу такие суммы и не снились. Да это был и не просто чек. Он означал возвращение платежеспособности, вновь открывал двери опечатанных отделений Банка, и значит — сулил работу потерявшим ее. По сути, проверять документ было вовсе необязательно. Драйз и так знал, что все правильно, просто испытывал наслаждение, читая еще и еще раз. С видимым удовольствием он соорудил расписку, вывел на ней подпись с завитушками и, собрав закладные, нацарапал по диагонали крупными буквами: «Оплачено полностью». Но скольких месяцев беспокойного ожидания это стоило! Он бережно спрятал чек в карман и только потом, с веселыми ужимками, протянул Мак-Адаму расписку.

— Дело сделано, — сказал Драйз. — Было очень приятно с вами работать.

Протянув было Мак-Адаму руку, Драйз вдруг заметил, что лорд Вораз все еще сидит неподвижно, с отсутствующим видом, уставившись в стол. Драйз почуял неладное.

— Ваше Величество, что случилось?

Вораз повернулся к нему и, не обращая внимания на Джонни, проговорил:

— Неужели вы не понимаете, что он сделал?

— Вы о займах? Лорды просто пытаются взять в долг деньги, чтобы скупить акции обанкротившихся фирм. По-моему, тут все без обмана.

— Да нет же, — с досадой перебил Вораз, — я говорю о том, что он делает с теми лордами и их правительствами. Нет, вы не понимаете! Позвольте, я объясню. Обеспечивая всеобщую занятость и возможность даже крошечным уличным лавчонкам брать денежные ссуды, он таким образом создает независимый средний класс. Этот класс не будет стоять в позе просителя, зажав в руке засаленную шляпу. В недалеком будущем он станет независимым. А вот государство окажется в зависимости от среднего класса, как от рынка, и никогда не сможет пренебрегать им. И в основном Банк будет иметь дело именно с этим классом.

— А что в этом страшного? — спросил Драйз. — Правительства станут нашими должниками и как миленькие будут плясать под дудку Банка.

— Именно, — подхватил Вораз. — А Банк будет твердить им: думайте о среднем классе. Все интересы Банка будут нацелены в ту сторону. А лорды с их правительствами утратят все свое могущество и исчезнут как класс.

— А-а, — протянул Драйз, припоминая школьную программу. — Что-то вроде «социального банка»…

Джонни устало откинулся на спинку стула. Ему нестерпимо хотелось, чтобы они поскорее угомонились.

— Это называется «социальная демократия», — сказал он. — И она будет действовать, пока существует возможность расширить границы ее влияния. У нас есть такая возможность.

Теперь Вораз смотрел на Мак-Адама и барона.

— Вы понимаете, что он только что сделал? Всего за несколько минут, не выходя из зала заседаний, он освободил больше, чем все революции вместе взятые?!

— Я понимаю, что он дал нам возможность держать этих лордов на крючке, — сказал Мак-Адам. — Может, мы покончим с этой резолюцией и свернем собрание?

Вораз извлек из кармана доверенность.

— Это напомнит вам о второй резолюции.

Очнулся барон:

— Это вы насчет лорда Лунгера?

— Да, — сказал Вораз. — Итак, когда он умер? Двести…

— Послушайте, — перебил его барон, — по-моему, ни в одной вселенной никогда не было более ненавидимой расы, чем психлосы. А ваш лорд Лунгер двести тысяч лет назад спас их вместе с Банком. Вряд ли сегодня это можно назвать благодеянием.

— Еще бы, — хмыкнул Вораз.

— Определение денег звучит следующим образом: «некое понятие, подкрепленное доверием», — сказал барон. — Так вот, от этого определения пользы мало вашим деньгам. Не больше, чем от изображения лорда Лунгера на банкнотах.