Сара Дейн - Гаскин Кэтрин - Страница 35

Иногда она предавалась вздорным мечтаниям, пытаясь найти способ убедить его, что практичная несентиментальная жена больше подходит Эндрю в его нынешнем положении, чем любая из его сладкоглазых красавиц. Потом она, бывало, обрывала эти мечтания и смеялась над собой за эти причуды. Мнение Джереми о ней должно быть изменено постепенно, она должна доказать, что он заблуждается в мелочах, но такой путь был ей уж очень не по нраву.

II

Эти годы, лишенные настоящего контроля со стороны правительства, офицеры Корпуса потратили на создание основы для своих поместий — в основном за счет ромового дохода. Сара, наблюдая за этим из Кинтайра, видела, к чему они клонят: они собирались превратить себя в аристократию этой новой страны, и они достигали этого классическими методами захвата всей доступной для них земли, откладывая всякого рода утонченность и изысканность своего уникального положения на потом. Эндрю, хоть он и не носил красного мундира и не получал жалованья от правительства Его Величества, мало чем от них отличался.

С большим опозданием дошла до них новость о казни Людовика XVI, короля Франции. Они также узнали, что англия присоединилась к Пруссии, Австрии, Испании и Пьемонту в объявлении войны Французской республике. Для жителей Нового Южного Уэльса события в мире, который они покинули, были далекими и чуждыми, как доносящаяся издалека неясная мелодия. Они были поглощены собственными делами, и проблемы Европы не трогали их.

Глава ЧЕТВЕРТАЯ

I

После недели дождей ранней весной 1795 года вода в Хоксбери неожиданно поднялась. Земли нескольких фермеров, поселившихся у самой реки, оказались под водой, один человек утонул. Три дня крутящийся коричневый поток удерживался на двадцать пять футов выше ординара, а потом вода начала медленно спадать. Она оставила после себя щедрый слой ила и десятки трупов животных, вздувшихся и источавших зловоние. Фермеры возвратились к своим разоренным кукурузным полям, к облепленным грязью развалинам своих домишек. Они горестно подсчитывали урон, понимая, что подобное может повторяться каждую весну и осень. Они обсуждали меж собой перспективы, понимая, что как ни смотри, они все равно мрачны. Некоторые не отчаивались, рассчитывая, что хороший урожай в один год восполнит потери за два; другие решали, что лучше продать фермы.

Кинтайра эта катастрофа практически не коснулась: при первых же признаках подъема воды Эндрю перегнал скот повыше, ближе к дому. Когда вода спала, он не понес никакого убытка, кроме одного участка, засеянного кукурузой. Он даже выгадал от этого наводнения: наблюдая панику, охватившую других поселенцев, он смог купить небольшую ферму, примыкавшую к его собственной, когда началась распродажа; кроме того, он приобрел около девяноста акров земли ниже по реке. Пришлось нанять еще батраков из бывших ссыльных и найти надсмотрщика, который бы распоряжался ими. Джереми занялся подъемом урожайности на новых землях до уровня старых полей Кинтайра.

Весна также привела в Сиднейскую бухту «Релайанс», на борту которой был долгожданный губернатор Джон Хантер. Среди офицеров Корпуса Нового Южного Уэльса ходили слухи, что ему поручено, среди прочего, обуздать торговлю ромом. Одиннадцатого сентября Корпус устроил парад со всей полагающейся помпой, но намерения офицеров противостоять любым распоряжениям короля или парламента в отношении их доходной торговли ромом были очевидны.

II

— Джереми, вы полагаете, что эти счета?..

Сара вдруг осеклась и положила перо, потому что послеполуденную тишину разорвал цокот копыт скачущей лошади. Джереми поднял глаза от бухгалтерских книг, разложенных на столе между ними. От подножия холма до них долетел тяжелый топот несущейся во весь опор лошади. Они обменялись недоуменными взглядами. Потом Джереми вскочил.

— Какие-то вести! — выдохнул он, распахивая дверь из комнаты, которая служила Эндрю кабинетом. — Так не скачут для собственного удовольствия.

— Постойте! — Сара тоже вскочила на ноги. — Я с вами!

Она выскочила из комнаты и понеслась по коридору; входная дверь была распахнута навстречу весеннему солнцу. Сарой овладел какой-то непонятный страх. Никогда раньше не подлетала к ее веранде лошадь на такой скорости — даже когда прибывало долгожданное судно из Англии с письмами. Ее мысли моментально обратились к Эндрю, который за два дня до этого отправился в Сидней, чтобы присутствовать на церемонии оглашения полномочий нового губернатора. Она представила, что он заболел или ранен: стук копыт звучал настойчиво и тревожно. Всадник был уже почти на вершине холма. Она подобрала юбки и пробежала последние ярды до двери.

Джереми сбежал по ступенькам, чтобы ухватить уздечку: мелкие камешки полетели из-под копыт, когда лошадь резко осадили. Сара узнала гнедого, которого их ближайший сосед Чарльз Денвер привез из Англии. Всадником был его надсмотрщик Эванс.

Она замерла на верхней ступеньке.

— В чем дело?

Эванс был растрепан и запыхался. Он несколько секунд смотрел на Сару, пока Джереми пытался успокоить лошадь. Наконец он подался вперед и выкрикнул хрипло, не веря собственным словам:

— Ссыльные, миссис Маклей! Они взбунтовались!

Голос Сары прозвучал напряженно, как у Эванса:

— Что произошло? Чьи ссыльные?

— Наши! Они убили мистера Денвера!

Она ухватилась за столбик веранды. На нее внезапно накатила дурнота, мгновение она не могла думать ни о чем, кроме того, что Кинтайр так близко к соседней ферме. Бунт! Кулаки ее сжались. Это хуже наводнения, хуже стычек с туземцами. Ничего страшнее бунта не могло случиться. Через этот страх она ощутила острую потребность в присутствии Эндрю. Чарльза Денвера убили; возможно, ее собственная жизнь под угрозой. Кроме Джереми ей некому помочь.

Мгновение она обдумывала это, потом заставила себя спокойно сойти по ступенькам и встать рядом с Джереми, державшим лошадь под уздцы.

— Расскажите мне, что случилось, — сказала она.

Эванс глубоко дышал, волосы у него на лбу слиплись от пота. Рубашка его промокла насквозь, вокруг ногтей запеклась кровь. Сару охватил новый приступ страха.

— Я гнал шесть голов скота от Сэма Мэрфи, — проговорил Эванс, пытаясь отдышаться. — Едва завидев дом, я почувствовал, что что-то не так. Что-то было не в порядке, но я никак не мог сообразить, что именно, да я и не успел как следует это обдумать, потому что кто-то начал стрелять в меня из дома. Я спустился к реке так, чтобы в меня не попали, — и там я его и нашел.

— Его? — бросил Джереми. — Мистера Денвера?

Эванс кивнул.

— Да, мистера Денвера. Его череп был размозжен киркой, с затылка.

— Бог мой! — сказал Джереми.

Глаза Сары снова обратились к окровавленным рукам. Она смотрела на них, одновременно с интересом и отвращением.

— Он был, конечно, мертв? — было все, что она сказала.

— Ясно, мертв! Когда я утром уезжал, он присматривал за укреплением берега, на случай, если река опять поднимется. Он, верно, повернулся к ним спиной. Там еще был с ним надсмотрщик, О'Брайен. Бог знает, что с ним случилось. Очень похоже, что он присоединился к бунтовщикам. Они унесут из дома продукты и оружие и переправятся на лодках на тот берег.

— А как же там женщины? — поспешно спросил Джереми.

— Там две ссыльные, — ответил Эванс. — Не знаю, что с ними стало. Может, они все заодно.

— Сколько там мужчин? — спросила Сара.

— Десять, мэм, и О'Брайен, если он жив.

Она облизнула пересохшие губы.

— Сколько ружей?

— У мистера Денвера было четыре.

— Четыре… — повторила Сара. Глаза ее пробежали по напряженному усталому лицу Эванса. — Ты сразу же приехал сюда?

— Да, мэм, сразу после того, как нашел мистера Денвера.

— Они видели, что ты направился сюда?

— Как же им было не увидеть, мэм. И они, наверно, сообразят, что я отправлюсь в лагерь за солдатами.