Сара Дейн - Гаскин Кэтрин - Страница 20

Единственный свет в каюте падал из верхней лампы, поэтому она лишь неясно различила свое отражение. Ей показалось, что ее мать могла быть немного похожей на нее в этот миг. Лицо, которое она увидела, ей понравилось, светло-золотистые волосы и обнаженные плечи просвечивали через черное кружево. Она продолжала смотреть на себя, подумав, что приятно получать удовольствие от собственного лица.

Она слегка передернула плечами и поправила шарф. И тут какой-то звук в дверях заставил ее опустить зеркало и быстро обернуться. Она увидела Уайлдера, который наблюдал за ней.

Глаза их встретились в тот момент, когда оба оценивали ситуацию. Сара сжала губы, ожидая, когда он заговорит. Она отметила его небрежную позу — он стоял прислонившись к дверному косяку — и неприятную ухмылку, которая играла на его красивом лице.

Когда он заговорил, его певучие интонации показались нарочито оскорбительными. Он дернул головой, и взгляд его открыто прошелся по всей ее фигуре.

— Очень мило, дорогая! — протянул он. — Очень мило!

Ей удалось удержать гнев в себе, не дав ему отразиться на лице, и таким образом не дать Уайлдеру повода для ликования. Она стояла совершенно неподвижно, прижавшись спиной к умывальному столику.

Но он перевел взгляд на открытый сундук.

— Что такое, Сара? Складываешь вещички? Покидаешь нас? Какой позор!

Он вопросительно взглянул на нее и, оторвавшись от притолоки, шагнул в каюту. Была какая-то дерзость в том, как он захлопнул крышку сундучка и пихнул его под койку. Он толкнул ногой дверь, и она захлопнулась за ним.

— Мистер Уайлдер, — сказала она резко, — откройте, пожалуйста, дверь!

Он пристально взглянул на нее и расхохотался.

— Пожалуйста, откройте дверь! — передразнил он, подражая ее интонациям. — Мистер Уайлдер не собирается открывать дверь.

Затем он шагнул вперед и ухватил ее за руку повыше локтя. Он приблизил к ней свое лицо.

— Ну и что ты можешь сделать?

Она уперлась рукой ему в грудь. Ему были смешны ее попытки оттолкнуть его.

— Бесполезно, Сара, если пикнешь, я скажу тому, кто войдет сюда, что я здесь по твоему приглашению. А это ведь будет выглядеть некрасиво, если я так скажу, а? Даже твой замороженный невинный вид не поможет!

— Если вы… — голос ее стал слабее и менее уверенным. — Если вы не уйдете…

Он быстро прервал ее, прижав свои губы к ее губам, притянув ее к себе с такой силой, что она не могла сделать ни единого движения. Тесно прижатая к нему, она явственно ощутила те мужские ароматы, которые он принес с собой в ее крошечную каюту: запах и вкус табака на его губах и языке, слабый запах пота от его подмышек, запах брильянтина, который он употреблял для волос. Они липли к ее ноздрям и вызывали страх. У него была сила, и он был охвачен лихорадкой желания, поэтому продолжал требовать ответа на свой поцелуй, а она не давала его. Он слегка ослабил хватку, и она почувствовала, что он пытается опрокинуть ее назад. Она закрыла глаза и вцепилась ему в плечи, так чтобы ее тело невозможно было опрокинуть. Ею овладела одна мысль, когда она вцепилась в него: ничто не заставит ее уступить Уайлдеру, потому что, если она уступит, он будет пользоваться ею безжалостно и бездумно. Он будет использовать ее, пока захочет, а потом бросит.

Он начал отчаянно трясти Сару, пытаясь ослабить ее хватку, но она не отпускала. Запах вина был тошнотворно сильным, и ей казалось, что она теряет сознание. Она открыла глаза и увидела капли пота у него на лбу и над губой. Она поняла, что выглядит так же.

Тогда он отпустил ее. Она все еще цеплялась за него, уставившись вперед ошалелым взглядом. Казалось нелепым: бороться, чтобы он не приближался, а когда он отпустил ее, все еще держаться за него. Он взял ее за запястья и сбросил ее руки одним рывком со своего мундира.

— Ты не рассчитывала, что я приду, да? — спросил он. — Для кого-то другого готовилась… для другого, Сара! Для кого-то ты нарядилась. Для кого?

Он придвинул к ней свое лицо.

— Если ты мне не скажешь, я тебя сломаю! Я… — Он яростно тряхнул се. — Это Роберте? Говори! Или Маклей? Или это один из тех мерзавцев-ссыльных, с которым ты спишь, когда удается?

Он снова стал трясти ее, больно ударяя о край столика.

Она прошептала слабым голосом из-за боли, которую он ей причинял:

— Если вы не уйдете…

— Уйти?.. — Он отпустил ее руки. — Я не хочу уходить.

Его бешеная ярость, казалось, оставила его. Выражение лица смягчилось и он положил руку ей на плечо, одним пальцем нежно поглаживая кожу, лаская с необычайной нежностью изгиб выступающей косточки.

— Почему ты сопротивляешься, Сара?

Рука соскользнула на шею, тот же палец теперь задержался на впадине у ее основания.

— Я бы смог так облегчить твою жизнь. Я бы дал тебе денег, чтобы ты могла купить еду по прибытии в Сидней. Я куплю тебе платья в Кейпе, шелк… Сара, ты меня слышишь? Ты слушаешь меня?

Его глаза, смотревшие ей в лицо, были уверенными и полными желания.

— Сара… — говорил он нежно. — Я же нравлюсь тебе, правда?

В ответ она резко отдернулась от его ласкающей руки. Голос ее, исходивший откуда-то из глубины гортани, был сиплым шепотом.

— Если вам нужна шлюха, мистер Уайлдер, вы найдете сколько угодно внизу! Сюда же в поисках шлюхи не приходите!

Рука его дернулась, как будто он хотел ее ударить.

— Чертова дурочка! — рявкнул он. — Говоришь, как воинствующая девственница! Дура!.. Дура! Не думай, что ты кого-то проведешь таким образом… Мы-то знаем таких! Но тебе так долго не продержаться в Порт Джексоне. Увидишь, как быстро ты переменишься… там тебе придется выбирать между своей девственностью и голодной смертью.

Его негодующий голос понизился. Он глубоко дышал, постоянно стирая рукой пот со лба.

— Я тебе расскажу, Сара, если ты не знаешь, что с тобой произойдет, когда ты попадешь в Сидней. Тебя сначала осмотрят военные, а так как у тебя красивое лицо и красивая фигура, один из офицеров захочет сделать тебя своей наложницей. И ты не откажешься. Ты не станешь совать им в нос свою невинность. Там слишком страшна будет угроза голода. Тебе придется заняться бизнесом: продавать свою красоту за хлеб и солонину.

Она смотрела на него сквозь полуопущенные веки.

— Как вы заблуждаетесь, мистер Уайлдер! — огрызнулась она. — Я не торгую собой. Мое положение в обществе будет иным — я буду личной горничной миссис Райдер.

— Вот как? Личной горничной? — издевательски усмехнулся он. — Почему ты так думаешь? С чего это ты взяла?

— Она мне сама это сказала! — бросила она ему.

— Ах вот как? Как же она тебе доверилась!

— У нее нет причин не доверять мне, больше того — у нее не будет оснований для этого впредь. — Ее дыхание вырывалось из груди с такой силой, что причиняло ей боль. Наконец она приказала: — А теперь убирайтесь!

Тонкая неприятная улыбка вернулась на его лицо.

— Убираться? Ты велишь мне убираться? С какой стати?

Продолжая улыбаться, он неожиданно снова метнулся к ней и схватил ее. Саре, которая изо всех сил уворачивалась, казалось, что его губы повсюду: прижимаются к ее волосам, к глазам и рту, жадно ищут ответа. Потом она ощутила их на своей шее, на плече, с которого сползло платье. Его руки шарили по ее телу, и она слышала острые звуки рвущегося муслина. После этого она перестала сдерживаться. От гнева у нее потемнело в глазах, отлетела всякая осмотрительность: ей стало совершенно безразлично, является ли этот человек капитаном или последним человеком на корабле. Она знала только одно — ей необходимо отделаться от его рук.

Сара быстро увернулась, в тот же миг подняв правую руку к его лицу. Она вонзила ногти в его потную кожу и резко провела ими вниз. На краткий миг они оба замерли. Сара в благоговейном ужасе смотрела на три длинные царапины, которые оставила на его щеке. Средняя, глубже остальных, уже начинала кровоточить.

Его рука медленно потянулась к щеке. Пальцы нащупали влагу, он повернул их к себе, взглянул на них и выругался, увидев размазанную по ним кровь.