Плутониевая блондинка - Гэнем Лоренс - Страница 45

Можно не добавлять, что после этого наследники владельцев компании прониклись недоверием к технологии и превратили штаб некогда могучей корпорации в крайне низкотехничный бар и гриль. Технология приходит и уходит, заявили они, а бухалово и жареная пища никогда не выходят из моды (сердечно с ними согласен). Таким образом родился «Счастливый Хакер». Но мне нужно было узнать, как он вдруг превратился в «Нексус-9».

Снаружи клуб казался заброшенным, убогим и жалким, как проблемы интеграции с Европой на заседании Всемирного Совета. Но, судя по громкой музыке и доносящемуся изнутри смеху, ясно было, что обстановка не имела особого значения для посетителей.

– Очаровательное местечко, – с заметным отвращением промолвил ГАРВ. – А мне казалось, что мода на пост-апокалиптические интерьеры ушла с последним апокалипсисом.

– Это называется атмосферой, ГАРВ.

– Ах, да. Как жаль, что одной атмосферы недостаточно для поддержания разумной жизни.

– Хорошее замечание. Я могу им пользоваться?

– Да, но только в крайнем случае, – разрешил ГАРВ. – И не забудьте о процентах.

Внутри клуб был абсолютно анти-технологичен, в нем разве что не жарилось на вертеле мясо динозавра. В большом баре в конце помещения нарасхват шли напитки и жареные закуски. Все столики в зале, табуреты в баре и большая часть «стоячих» мест были заняты. Машина с сухим льдом вырабатывала необходимые каждому притону дымовые эффекты (без никотина), одновременно ароматизированная табаком фильтрующая установка снабжала воздух неприятным запахом, к которому давно привыкли завсегдатаи любых баров. Несколько скудно одетых танцовщиков и танцовщиц дергались и изгибались на размещенных там и сям сценах и подиумах на радость своим обожателям. Пересиливая себя, вынужден признать, что эта дыра начинала действовать мне на нервы.

У двери меня встретили двое вышибал – мужчина и женщина. Оба были высокие, мускулистые и одеты в черные спортивные костюмы из искусственной кожи. Оба имели бледную кожу и коротко остриженные «шипастые» черные волосы, а их лица как будто навеки застыли в хмурой гримасе. Оба выглядели точь-в-точь парой садомазо-близнецов.

Я особенно подметил тот факт, что у обоих были при себе мощные пистолеты-шокеры. Наверняка они предпочитали букву «с» букве «м».

Женщина шагнула мне навстречу и протянула большую ладонь к моему лицу в универсальном жесте «стой-на-месте-или-я-сломаю-тебе-ключицу».

– Стоп! – сказала она. – Вашему компьютеру вход запрещен. – У нее был низкий голос с восточно-европейскими интонациями, со следами восточно-европейского акцента, с заметным восточно-европейским акцентом.

– Извините?

Она указала на компьютерный интерфейс на моем запястье.

– В клубе запрещены компьютеры. Их следует зарегистрировать у входа.

Женщина помедлила, присмотрелась ко мне повнимательней. Затем улыбнулась (я пользуюсь этим терминов в вольной трактовке).

– Погодите, это вы Закари Джонсон? – Она повернулась к коллеге-вышибале прежде, чем я успел ответить. – Послушай, Дитер, это Закари Никсон Джонсон.

Дитер, казавшийся до этого бесстрастным и опасным, обратил на меня свой взор и продолжал выглядеть бесстрастным и опасным.

– Да, Дидре, – подтвердил он с тем же восточно-европейским акцентом. – Это он.

– Или не он, но, по невероятному совпадению, в его любимых ботинках, – сказал я.

– Не понял, – нахмурился Дитер.

– По-моему, это шутка, – подсказала Дидре.

– Не понял, – повторил Дитер.

– Я всего лишь пошутил.

Не обращая внимания на Дитера, Дидре шагнула ко мне и ее лицо оказалось всего в паре дюймов от моего.

– Мне нравится ваша работа, – сказала она.

– В самом деле?

– Мне понравилось, как вы швырнули этого ученого в чан с кислотой.

– Вообще-то, он сам туда упал, а я пытался спасти его, – пояснил я. – Вдобавок, он хотел бросить яд в водохранилище.

– И еще, когда вы взорвали этого сумасшедшего бомбиста.

– Я сдетонировал бомбу после того, как телепортировал бомбиста в полицию.

– И когда вы сломали нос молоденькой певичке.

– Она подражала Элвису. И допелась.

– Вы сильный и злобный, – пробормотала она, тяжело дыша. – Надеюсь, что когда-нибудь у меня появится шанс подстать вам прикончить ученого.

– Ну да, – согласился я. – Неплохо иметь карьерные устремления. Знаете, поскольку мы теперь приятели, как насчет того, чтобы позволить пронести мне в клуб компьютер?

– Я подумаю об этом, – сказал Дитер. Через миг, он нахмурил лоб. – Нет.

– Что ж, благодарю тебя за то, что подумал об этом, – похвалил я. – Я знаю, насколько это для тебя трудно.

Протянув вышибале свой наручный интерфейс, я вошел в главное помещение.

– Кажется он над тобой посмеялся, – сказала Дидре.

– Не понял, – угрюмо промолвил Дитер.

Войдя в туалет, я мигом занял ближайшую пустую кабину. ГАРВ спроецировал себя из моей глазной линзы и встал рядом со мной.

– Компьютеры запрещены, каково? – он поежился от омерзения. – На этот раз мы действительно в логове варваров.

– Да, но здесь отличные бургеры. А теперь выслушай мой план.

– У вас и впрямь есть план?

– Нужно попробовать себя и в этом. Просканируй бар. Изолируй любые аномалии, которые могут быть признаками ББ-2.

– Вы называете это планом? Я сделал это в тот миг, когда мы сюда вошли. Полюбуйтесь.

Перед моим левым глазом промелькнула цифровая запись моей прогулки через бар.

– Я записал сигнал с вашей глазной линзы, – добавил ГАРВ.

– Воспроизведение вызывает у меня головную боль.

– Закройте правый глаз, пока не привыкните к воспроизведению записи, – посоветовал ГАРВ. – Маргинальная технология не обходится без боли. А теперь смотрите внимательно: я не нашел в этом заведении никаких признаков присутствия ББ-2, но здесь имеются интересные типы.

Воспроизведение застыло и возле изображения здоровенного мужчины появился курсор.

– Моя база данных показывает, что этот человек работает в научно-исследовательском отделе ХайТек, – сказал ГАРВ.

– Любопытно.

Запись замелькала в ускоренном режиме, затем изображение снова застыло и курсор появился над другим столь же мощным типом, сидящим за столом.

– Этот человек занят научными исследованиями в ЭксШелл. Двое таких специалистов в одной комнате превращают это заведение в пороховую бочку.

– Конкуренция между исследователями этих двух компаний столь сурова?

– Не совсем так, но сейчас оба они положили глаз на рыжеволосую танцовщицу.

– Продолжай, – вздохнул я.

После ускоренной перемотки назад, воспроизведение сосредоточилось на знакомом мне человечке.

– Получайте.

Это был продавец поздравительных открыток из офиса ББ.

– Гейтс, это же хорек из конторы ББ!

– Ну да, – удивленно подхватил ГАРВ. – Кажется, он. Я выделил его только по причине его безобразного галстука. Какого ДОСа он предпочитает горизонтальные полосы при его типе фигуры?

– Мне нужно поговорить с ним.

– Я потерял его в толпе во время вашей беседы с вышибалами, которые «любят» ученых.

– Посмотрим, нельзя ли его снова выследить. А я, тем временем наведаюсь в бар.

Покинув кабину, я постарался не замечать глазеющих на меня посетителей туалета.

– Кстати, – заметил ГАРВ, – вам действительно необходимо научиться не-вербальному общению.

Я мигом очутился в баре и через несколько минут мне удалось даже подозвать к себе бармена (что поделаешь, наплыв клиентов). Это был простецкий на вид парень «неженатого» типа.

– Что закажем, Мак? – спросил он.

– Информацию, – ответил я.

– Хотите хитрый коктейль?

– Нет, я говорю о настоящей информации.

– Не уверен, что помню, как это делается, – лукаво ухмыльнулся бармен.

– Я оплачу вам ваше время.

– А если я скажу, что оно много стоит?

– Без проблем.

– Что вам нужно?

– Я ищу одну женщину.