Плутониевая блондинка - Гэнем Лоренс - Страница 31

ГАРВ и я провели следующий час за несанкционированным взломом исследовательских и научных данных компьютера ЭксШелл. По сути, большинство работы проделал ГАРВ. Ну а я больше изучал спортивные новости за предыдущую ночь.

– Кстати, поскольку мисс Стар дала нам полный доступ к компьютеру ЭксШелл, мне не понятно, к чему терять время на взлом через «заднюю дверь», – пожаловался ГАРВ.

– Мне не хочется, чтобы ЭксШелл знала, что именно мы сейчас ищем. Они все еще считают, что Пирс находится в Шри-Ланке, помнишь? Вдобавок, я хочу убедиться, что ты не утратил своих навыков хакера. Полагаю, защитные системы ЭксШелл довольно сложны.

– Не смешите, – сказал ГАРВ. – Я мог бы «пролететь» мимо их защиты с 486-м на слепом почтовом голубе…

– Отличная метафора, – похвалил я. – Ты развиваешь в себе сарказмы стремного типа.

– Я подумываю о том, чтобы выйти на большую дорогу или заняться сценариями для ГВ.

– Но не бросай пока свою дневную работу, – сказал я, не сомневаясь, впрочем, что он шутит (факт примечательный сам по себе).

Но ГАРВ уже не слушал. Он был занят взломом последнего замка на задней двери компьютерной системы ЭксШелл.

– Мы внутри, – объявил ГАРВ.

По настенному экрану поползли бесконечные списки файлов.

– Это файлы департамента науки и исследований ЭксШелл, – пояснил ГАРВ. – Итак, что же мы ищем?

– Все, что напоминает маму Пирса. Ее память, личные качества, умственные способности – все это могло быть облечено в цифровую форму и сохранено. Я уверен, что он использовал оборудование ЭксШелл.

– По-вашему, Пирс использовал нелегальную клинику клонирования для выращивания тела? – спросил ГАРВ.

Я пожал плечами.

– Может, он с помощью взятки проник в одну из лучших клиник для клонирования животных и ему выполнили заказ «подпольно». Не исключено, что он проделал это собственноручно в своем подвале. Надеюсь, найти какие-либо свидетельства переноса информации. Посмотрим на файлы Пирса.

Экран изменился и появился список файлов Пирса. Их тоже было бессчетное множество.

– Какой из них открыть для вас первым? – спросил ГАРВ.

Я пристально посмотрел на экран, где находились длинные колонки файлов, сбоку которых красовалась фамилия Пирс.

– Погоди-ка секунду, – сказал вдруг я. – Забудь о них. Покажи мне все, кроме файлов Пирса. Он не прятал бы информацию под собственным именем.

ГАРВ снова поменял экран. Фамилия Пирс исчезла с левой колонки и ее сменили мириады других. Департамент науки и исследований ЭксШелл пользовался наемным трудом тысяч людей по всему миру и у каждого из них имелись в базе данных хотя бы по несколько файлов.

– С какой части виртуального стога сена вы предпочтете начать?

– Посмотри список имен. Найди что-нибудь забавное, – сказал я.

– Определите слово «забавное». И не забывайте, что я не запрограммирован на юмор.

– Ага, только на сарказм, – отпарировал я. – Пирс должен пользоваться прозвищем. Он достаточно смекалист, чтобы придумать что-то хитрое. «Том Клон», «Дик Копи», «Мама Гарри», и прочее в этом духе.

– Мама Гарри?

– Просто найди мне забавные имена.

– Уже нашел. Одна Мама Гарри на подходе.

XXVIII

Для составления имен ГАРВу потребовалось чуть больше времени, чем я рассчитывал – минуты три-четыре, но мне показалось, что он с трудом справился с субъективным вызовом, когда дело коснулось определения «забавный». Он был еще новичком в такого рода тонкостях. Я успел откушать предписанный Электрой «энергетический коктейль» из холодильника прежде, чем мы с ГАРВом принялись изучать список забавных имен.

– Как насчет Гарри Джонсон?

– Может, Пирс и не самый изобретательный тип на свете, но он еще не впал в детство. То же и с именем Сеймур Хаймен,[14] и тем, что пишется через дефис – Элис Дайер-Ри.[15]

– Майк Хант тоже мимо?

– Определенно мимо.

– А если Дик Суэтт?[16]

– Ты когда-нибудь вылезешь из сточной канавы?

– Извините меня, босс, – запричитал ГАРВ, – но это весьма широкая категория.

Я потер глаза и приложился к энергетическому коктейлю. Хорошо, что рядом со мной нет никого, кроме ГАРВа. Трудно поддерживать себе облик крутого парня, когда расхаживаешь по дому в пижаме и пьешь ванильный коктейль через трубочку.

– Знаю, – сказал я. – Это из тех штуковин, которые я определяю на глаз. – Я снова сосредоточился на экране.

– Джек Эш не годится. Адам Эпплтон глупо, но не подходит. Фу Кью – крайне неудачное созвучие.

– Подумайте только о его бедняге-сыне Фу Кью Втором.[17]

Я пристальнее всмотрелся в экран, продолжая читать список:

– Лайза Карр…

– Почти ворона.

– Хуана Пи…

– Пи-пи я успел сделать раньше.

– Джуно Аймэпиг…[18]

– Подумать только, и не стесняется признаться.

– ГАРВ!!!

– Знаете, мне это начинает нравиться.

– Это не срабатывает. Вернемся к главному списку.

Экран переключился на более длинный список, но имена сосредоточились вокруг выделенного ГАРВом Аймэпига.

– Что за файл сразу под Аймэпигом?

– Эйнштейн А., – отвечал ГАРВ.

– А. Эйнштейн? – переспросил я. – Как Альберт Эйнштейн?

– Похоже на то.

– Почему ты не счел это имя забавным?

– Оно не показалось мне особенно забавным.

– Но это странное имя.

– Вы не просили странное, – возразил ГАРВ. – Вы просили забавное.

– Но странное и есть забавное.

– Нет. Странное это странное, а забавное – забавное.

– Знаешь, есть «забавное – ха-ха», а есть «забавное-странное», – втолковывал я. – Мне нужны были и то, и другое.

– Но вы не уточнили, что хотели забавное-странное. Вы просто сказали «забавное», что подразумевает только забавное – ха-ха.

– К чему мне забавное – ха-ха без забавного-странного? – осведомился я.

– А к чему вам вообще понадобилось забавное-странное?

– Потому что странное – это забавное, – процедил я, начиная краснеть. – Странное забавно!

– Ну что ж, тогда пусть будет по-вашему.

– Открой-ка файл Эйнштейна.

– Любопытно, – промолвил ГАРВ. – Этот файл зашифрован логарифмическим ключом. Его трудно открыть.

– А сломать его можешь?

– Уже готово, – скромно улыбнулся ГАРВ.

При этом файл открылся и на экран развернулась трехмерная схема человеческого мозга.

– А вот это действительно странно, – отреагировал ГАРВ.

XXIX

Мы оба наблюдали, как модель мозга медленно поворачивалась перед нами на экране, являя во всей своей красе борозды и изломы, которыми изобилует любой человеческий мозг (но уникальные для каждого человека). Схема была разбита на секции по долям и полушариям. Внутри большинство этих секций были пусты, но правая фронтальная доля пульсировала миллионами соединенных ярких точек.

– Привет, Матушка Пирс, – поздоровался я.

– Это похоже на топографическую карту мозга, – заметил ГАРВ. – Отличная находка.

– Это только начало.

– Теперь мы хотя бы доказали, что доктор Пирс определенно полагает себя гением, – продолжил ГАРВ. – Мало кто из ученых предпочли бы псевдоним Эйнштейн.

– Это то, что надо, ГАРВ.

– То, что надо?

– Отметь этот файл и вернемся к списку.

ГАРВ подчинился, заинтригованный моим мышлением (которое само по себе казалось странным).

– Теперь прокрутим вниз до буквы «г».

ГАРВ прокрутил имена и я нашел то, что искал.

– Вот, – указал я на экран. – Галилей, ГАРВ. Это Галилео. Открой его.

– Он заперт вариантом того же шифровального ключа, что и файл Эйнштейна. Второй раз взломать его будет легче.