Доверься сердцу - Гэбриел Сара - Страница 7

Поставив корзину с бельем возле входа, Кейт осторожно сделала шаг вперед. Голова капитана Фрейзера покоилась на его руках, глаза были закрыты. Казалось, он спит. Значит, снадобье все-таки подействовало. Подойдя ближе, Кейт принялась с любопытством разглядывать его.

Капитан был высок, широк в плечах и всем своим видом и фацией напоминал льва. Его красивое лицо частично скрывали упавшие на лоб густые пряди волос. От внимания Кейт не ускользнули смуглая кожа, высокие скулы, прямые черные брови над закрытыми глазами, обрамленными темными ресницами, аристократический нос и нежный изгиб губ.

Внезапно глаза мужчины открылись, и в их глубине вспыхнул темно-голубой огонь.

– М-м-м… – пробормотал капитан и с трудом поднял словно отяжелевшую от похмелья голову.

Кейт испытала некоторое сожаление. Он не набросился на нее, как это делали остальные офицеры, хотя Кейт и ожидала чего-то подобного. Фрейзер сел и неуклюже вытянул руку вперед, смахнув при этом со стола документы, чернильницу и фарфоровую чашку. А когда он, пошатываясь, встал, стул покачнулся и опрокинулся на пол.

Кейт наклонилась, чтобы подобрать осколки разбитой чашки. Снадобье, которое она подлила капитану в чай, считалось довольно сильным, но даже содержимое целого пузырька не смогло окончательно лишить его сознания. Капитан все еще бодрствовал, хотя и сильно ослаб.

Когда Кейт выпрямилась, он схватил ее за предплечья и притянул к себе. Девушка встревожено уперлась руками в широкую грудь мужчины. Ее капюшон слетел с головы вместе с белоснежным чепцом, явив взору капитана Фрейзера ее лицо. Белокурые волосы рассыпались по плечам.

Мужчина нахмурился:

– Господи… а ведь я вас видел и раньше. – Он говорил тихо и невнятно.

– Вы ошибаетесь, – прошептала Кейт. – Отпустите меня, пожалуйста. – Пытаясь вырваться и забыв об осторожности, она заговорила по-английски.

– Черт, как кружится голова… Что это вы подсыпали мне в чай? – Стальные руки мужчины держали ее так близко к себе, что Кейт пришлось запрокинуть голову, чтобы взглянуть на него. – Он был слишком сладким… хотя и с горчинкой. Что вы со мной сделали?

– Снадобье не причинит вам вреда, вы лишь ненадолго заснете, – ответила Кейт. – Вот, ложитесь сюда. – Девушка подтолкнула капитана к кровати, поскольку он еле держался на ногах, рискуя свалиться в любую минуту.

– Вы же раньше говорили на гэльском языке… Дьявол, я ничего не соображаю. – Фрейзер тряхнул головой, потом пошатнулся, и его ноги подкосились.

– Позвольте, я помогу вам. – Кейт подлезая под его руку, чтобы поддержать.

Навалившись на нее всем своим весом и крепко держа за плечо, Алек посмотрел на девушку:

– Клянусь, я видел вас прежде.

Обхватив офицера за талию, Кейт повела его к кровати.

– Вам это снится. Садитесь.

Алек неловко осел на кровать, а потом повалился на подушки и свесил ноги. Он ни на секунду не отпускал Кейт, и она упала на кровать вместе с ним. Как ни приятны были его объятия, она выбралась из-под руки мужчины и попыталась закинуть на кровать его ноги, хотя он был высоким, мускулистым и значительно превосходил ее по весу.

Капитан лежал, неуклюже раскинувшись на узком матрасе. Задравшийся плед явил взору Кейт упругие мышцы его бедра. Красная форменная куртка расстегнулась, обнажив широкую грудь, и теперь медные пуговицы на ее лацкане тускло поблескивали в свете лампы. Кейт накрыла мужчину одеялом и отошла было назад, но он снова схватил ее за запястье и потянул к себе с такой силой, что она вновь не удержалась на ногах и упала в его объятия.

– Пустите, – тихо промолвила она, пытаясь вырваться.

– Нет, останься, – пробормотал Алек. Он провел пальцами по ее волосам, свободным от шпилек. Белокурые пряди, сверкнув в тусклом свете лампы, рассыпались по плечам. – Сказочное золото.

– Нет… пожалуйста, я должна… – Кейт вновь попыталась оттолкнуть мужчину.

Но он с легкостью устоял перед ее натиском, несмотря на снадобье, а потом намотал волосы девушки на руку и притянул ее к себе.

– Я знаю, кто вы, – хрипло произнес Алек. – Сказочная принцесса.

Кейт стало трудно дышать. Нет, он не может ничего знать о ее предках. Очевидно, ее зелье слишком сильно повлияло на его мозг, и теперь он нес сущую чепуху. Только вот выглядела она слишком уж правдоподобно.

– Что… что вы имеете в виду? – прошептала Кейт.

– Я видел вас в Лондоне, – ответил мужчина. Лицо Фрейзера было так близко, что Кейт ощущала его легкое дыхание на своих губах. – Мы назвали вас сказочной принцессой.

При этих словах Кейт ощутила некоторое облегчение.

– Говорят, одна из моих прародительниц была феей. Но это не важно, потому что утром вы ничего не вспомните.

– Я поймал тебя. – Алек вновь потянул девушку за волосы, а другой рукой взял ее лицо. – И теперь уже не отпущу.

А потом он поцеловал ее, и Кейт ощутила тепло и нежность его губ. Ей показалось, что она тает, растворяясь в его жарком поцелуе.

Нужно поскорее уходить отсюда. Но пальцы мужчины скользнули по подбородку Кейт, а потом обхватили и наклонили ее голову навстречу очередному поцелую, глубокому и волнующему. С гулко бьющимся сердцем Кейт повиновалась.

Никогда еще ее так не целовали. Никогда. Ее словно окатила океанская волна, едва не лишив способности дышать. Утопая в объятиях мужчины, Кейт упивалась одним поцелуем, а потом следующим, каждый из которых оказывался еще более пылким и нежным, чем предыдущий. Она положила ладонь на щеку офицера, покрытую двухдневной щетиной. Будто прикоснулась к нагретому солнцем песку. Скользнув выше, Кейт провела пальцами по его волосам, таким густым и мягким, что у нее невольно вырвался вздох восхищения. А его губы тем временем продолжали терзать ее – божественные, теплые, губительные.

Кейт слегка приоткрыла рот, словно моля о большем. Но Фрейзер остановился, вздохнул и опустил голову на матрас. Он закрыл глаза, крепко прижав девушку к себе. Кейт ждала, а потом, поняв, что он, наконец, заснул, нехотя отстранилась.

«Уходи, – говорила она себе. – Пусть спит, а утром проснется и не вспомнит ни меня, ни того, что произошло ночью».

И все же против собственной воли девушка вновь наклонилась, сгорая от желания получить еще один последний поцелуй. Она чувствовала себя так, словно это ее околдовали.

Фрейзер пошевелился, вновь заключил Кейт в объятия, а потом перекатился на бок и нашел ее губы.

В этот вечер ей довелось ощутить все разнообразие поцелуев – бесстрастный, неистовый, застенчивый, мягкий и податливый, словно пудинг, – и каждый из них просто восхитительный. Потом при воспоминании о них она вся трепетала. Ни один мужчина еще не разжигал в ее душе таких ошеломляющих чувств.

Поцелуи Фрейзера нельзя было забыть. Его губы ласкали и нежили губы девушки, рождая в ней волны наслаждения. Его дыхание согревало ее, а руки так тревожили все ее существо, что Кейт готова была провалиться в жаркую бездну, подчинившись его воле. Когда губы Фрейзера вновь накрыли ее рот, девушка забыла обо всем и отдалась страсти, отвечая на поцелуй, словно изголодавшаяся волчица. Руки его скользили по ее плечам, рукам, будто бы невзначай касались груди, отчего она едва сдерживала крик вожделения. Каждое прикосновение, каждый поцелуй были совершенными, прекрасными и восхитительными.

Не сошла ли она с ума? Здравый смысл твердил, что она должна как можно скорее покинуть это место. Ведь снаружи ее ждал кузен. Нужно отыскать списки и бежать без оглядки.

Но сила никогда прежде не испытанной страсти ошеломила Кейт. Она чувствовала необходимость поддаться зову тела. Поцелуй могли утолить внутренний голод, а ласки – согреть одинокую, заледеневшую душу. Кейт стремились к этому многие годы, но не понимала, насколько сильна ее мечта. И ей хотелось чего-то большего.

Девушка почувствовала острое желание Алека, на которое эхом отозвалось ее тело, и со стоном задрожала. Очередной поцелуй оказался настолько глубоким и насыщенным, что Кейт охватила вдруг небывалая радость – пронизывающая и ошеломляющая.