Доверься сердцу - Гэбриел Сара - Страница 56

Кейт кивнула, памятуя о плане, который она обсудила с Алеком, Робом и Коннором сначала в Данкриффе, а потом у Макленнанов.

– Тебя здесь хорошо знают, – сказала Кейт, – а внешний вид моих родных слишком привлекает внимание.

– Верно. – Алек снова сжал руку девушки. – Волнуешься?

– Я больше переживаю из-за встречи с твоей семьей, нежели из-за предстоящего побега. Опасность этого предприятия по крайней мере ожидаема. А вот как примут меня твои родственники – еще вопрос.

– Не стоит их бояться. Только не соглашайся пробовать опытные образцы шоколада, приготовленного дядей Уолтером.

Тихо засмеявшись, Кейт наблюдала из окна за проплывающими мимо картинами. Карета как раз миновала Канонгейт и теперь ехала мимо дворца Холирудхаус. Девушка вытянула шею, чтобы получше разглядеть массивные башни, возвышающиеся над воротами, и высокий холм вулканического происхождения, названный Креслом Артура, виднеющийся в отдалении.

Спустя несколько минут Кейт увидела проехавших мимо Роба и Коннора. Они выглядели ослепительно в пледах, сколотых на плечах серебряными брошами, в белоснежных сорочках под кожаными жилетами и темными куртками. Коротко поприветствовав Кейт, они направились вдоль Канонгейт.

– Они остановятся в кабачке «У Дженни Хей», – сказал Алек. – Это место сбора якобитов. Часовые не станут их расспрашивать, потому что боятся стычек. А вот вопросы к нам появились бы, если бы кто-то заметил, что нас сопровождают два горца.

Кейт кивнула. Она помнила, как они обсуждали это в Данкриффе.

Джек свернул налево. Канонгейт осталась позади, а карете предстояло преодолеть подъем в милю длиной, именуемый Хай-стрит, или Роял-Майл. Улица начиналась внизу у дворца Холируд и заканчивалась наверху у замка Эдинбург. Здесь Кейт увидела еще больше торговцев, мальчишек-посыльных и носильщиков паланкинов. Величественные фасады роскошных особняков и нарядных городских зданий были залиты лучами восходящего солнца. Здесь же располагались магазины с ярко раскрашенными витринами, таверны и мрачные многоквартирные дома, которые были столь высоки, что кое-где закрывали солнце. Даже в самых привилегированных кварталах города проявлялись терпимость и непроизвольное равенство, столь характерные для Шотландии и характера шотландцев.

Наблюдая за тем, с какой легкостью здесь соседствовали представители различных сословий, Кейт внезапно ощутила острое чувство гордости за Шотландию и свой народ, за горцев и тех, кто проживал в долинах. Ее также охватило какое-то новое ощущение преданности делу и стремления к цели. Миссия ее родных и Алека – лишь маленькая частичка огромной мозаики, но без ее успешного завершения успех якобитов был немыслим.

Услышав стройный звон колоколов, Кейт вздрогнула.

– Это колокола церкви на Канонгейт. Они звонят весь день, – пояснил Алек. – Ты привыкнешь.

Кейт кивнула, вспомнив свои предыдущие визиты в Эдинбург.

– Я немного волнуюсь. А это Толбут? – спросила она в наступившей тишине, когда карета проезжала мимо громадного здания, возвышавшегося над булыжной мостовой.

– Да, городская тюрьма, – вполголоса ответил Алек. – Дом лорда адвоката напротив. Хоупфил-Хаус расположен немного дальше, справа от Каслхилл. Ты увидишь «Шоколадный дом», а немного позади него Хоупфил-Хаус.

Кейт глубоко вздохнула. Вскоре перед ними появилось здание из коричневого плитняка с богатой отделкой и опрятной черной вывеской, на которой золотыми буквами было написано: «Шоколадный дом Фрейзере фенсис».

Какая-то женщина подметала ступеньки, а когда карета приблизилась и стала разворачиваться, начала неистово махать руками. Алек поднял руку и улыбнулся, а женщина бросила метлу и скрылась за дверью.

– Юффи, – пояснил Алек. – Юфимия Фрейзер, жена моего дяди.

Кейт ощутила еще большую тревогу, когда Джек направился в один из узких переулков, которыми так изобиловал город. Карета въехала в затененную арку между двумя многоэтажными домами и покатила по мощеной дороге в маленький открытый дворик, приютившийся позади главной улицы. В дальнем углу обсаженного деревьями двора за коваными воротами возвышался сложенный из песчаника особняк – довольно скромных размеров, но весьма изящный – с остроконечной крышей и куполами.

– Добро пожаловать в Хоупфил-Хаус, – произнес Алек. – Семья живет здесь, а магазин расположен в другом здании, на Хай-стрит.

Кивнув, Кейт надвинула на самые брови капюшон темно-коричневого плаща и пригладила зеленую юбку, которую надела в комплекте с коротким отрезным жакетом из сине-зеленой шотландки и белой кружевной блузкой. Софи одолжила ей этот наряд, сказав, что Кейт должна носить более модную одежду, чем та, которую она предпочитает.

Алек вышел из кареты и помог Кейт спуститься, подав ей руки. Потом он поцеловал ее в щеку, скрытую капюшоном, и натянул его еще ниже.

– Не снимай капюшона, если мы встретим солдат, любовь моя, – сказал Алек. – Нельзя исключать, что тебя кто-нибудь узнает.

– Ее блистательная красота ослепит их, и она наколдует так, что с них штаны слетят, – вставил язвительное замечание Джек, подходя к Алеку и Кейт.

– Пусть штаны останутся при них, – вполголоса произнес Алек, а затем обернулся и помахал рукой. – Тетя Юффи! Как я рад вас видеть! Привет, кто это у нас здесь? – Улыбнувшись, Алек наклонился, когда из задней двери смотрящего на улицу особняка навстречу ему выбежали три маленькие девочки в кружевных розовых платьицах. Пробежав мимо высокой рыжеволосой женщины, появившейся из дома вместе с ними, они пересекли выложенный крупной галькой двор. При этом самая младшая так торопилась, что Алек протянул руки и подхватил ее, прежде чем она упала.

– Мисс Маккарран, – произнес он, взглянув на Кейт. – Я рад представить тебе моих племянниц и тетю Юфимию Фрейзер.

Он встал с колен, чтобы обнять тетю, которая была почти столь же высокой, как и он, и примерно такой же комплекции. Женщина была так рада видеть племянника, что едва не приподняла его от земли. Коротко объяснив ей, что он поранил руку, упражняясь в сражении на мечах, но быстро выздоравливает, Алек обернулся к Кейт.

– Тетя Юфимия, это Кэтрин, Кейт, – сказал он. – Я привез ее, чтобы познакомить с тобой и дядей Уолтером.

– Да? Значит, это особенная гостья? – Женщина улыбнулась, и в ее глазах заплясали веселые искорки. Ее непослушные рыжие волосы упрямо выбивались из-под чепца. Они были либо окрашены, либо просто не потеряли природного цвета, несмотря на возраст.

– О да, она действительно особенная, – ответил Алек.

– Добро пожаловать, мисс Кэтрин?.. – Женщина выжидательно посмотрела на девушку.

– Фрейзер, тетя. Вернее, скоро ею станет. Юфимия изумленно посмотрела на племянника.

– И я узнаю об этом только сейчас? И Уолти тоже? Идемте в дом. Надо же… Ну и новость!

Кейт, которой по очереди представили девочек, подумала, что все они очень красивы, словно сказочные эльфы: Рози с темными прямыми волосами и серьезным взглядом зеленых глаз; Лили с белокурыми локонами, большими голубыми глазами и ямочками на щеках, придававшими ей необыкновенное очарование; и Дейзи, самая младшая, с бронзовыми кудряшками и такими же голубыми, как у сестры, глазами. Знакомясь с каждой из них, Кейт пришла в восторг от их внешности и такой непохожести друг на друга – серьезная Рози, утонченная, воздушная Лили и живая малышка Дейзи.

– Какие прелестные девочки, – восхищенно сказала Кейт, взглянув на Алека.

Тот улыбнулся и кивнул, не сводя с племянниц глаз. Рози стояла рядом с ним, то и дело поглядывая на него, в то время как застенчивая Лили молча ухватила его за палец. Наблюдая за тем, с какой готовностью он взял девочку за руку и как Дейзи тянула его за килт, с обожанием взирая на него, Кейт почувствовала, что ее сердце тает.

– Они скучали по дяде Алеку, – сказала Юфимия Фрейзер.

– Я уверена, что он тоже по ним соскучился. – Кейт взглянула на Алека и заметила промелькнувшую в его глазах неуверенность и даже ранимость. Но потом он улыбнулся, и видение исчезло. Он положил руку на блестящие темные волосы Рози, такие прямые и гладкие, что желтая ленточка не могла их удержать.