Доверься сердцу - Гэбриел Сара - Страница 46

Теперь Кейт чувствовала себя так, словно ее сердце и душа очистились и обрели новое звучание. Она хотела бы рассказать об этом Алеку, но не могла подобрать слов и лишь уткнулась головой в его плечо.

Алек обнял ее. Кейт свернулась калачиком и закрыла глаза, когда Алек поцеловал ее в лоб.

– Кейт, прости меня. Я не думал, что ты никогда…

– Ш-ш… Не будем говорить об этом, – прошептала она. – Это не важно. Ты был первым и останешься единственным, только это имеет значение.

– Но, Кейт…

Девушка приложила палец к губам мужчины.

– А теперь тебе лучше отдохнуть. – Упершись в матрас руками и ногами, Кейт проворно перебралась через Алека и собрала свои вещи. Когда он протянул к ней руку, она отстранилась.

– Вернись! – глухо прорычал он.

Кейт отрицательно покачала головой, натянула сорочку, а затем платье. У двери она остановилась, чтобы еще раз взглянуть на Алека и послать ему воздушный поцелуй, и выскользнула из комнаты.

Глава 21

– Вы сегодня не спите. Мои поздравления, сэр. – Женщина с улыбкой подошла к кровати и поставила медный поднос на украшенный мозаикой прикроватный столик. Там уже стоял блестящий серебряный подсвечник с тремя толстыми ароматными свечами, ярко горящими в полумраке комнаты. – Думаю, вы чувствуете себя значительно лучше!

Алек сел на кровати и приветственно кивнул:

– Силы вернулись. Спасибо за помощь, мадам. Я знаю, что вы были рядом на протяжении моей болезни. Вам не было необходимости делать это… Ведь я не слишком желанный гость в этом доме.

– Гостеприимство горцев распространяется на всех, кто постучит в дверь, – ответила женщина. – Солдаты в красных мундирах не исключение.

– Но я не английский солдат, а офицер шотландского полка, – сказал Алек. – Я капитан Александр Фрейзер.

– Знаю. А я Мэри Мюррей, жена раненного вами горца. Алек смутился.

– Мадам, мне жаль…

– Не извиняйтесь. С ним все в порядке, с моим Нейлом. А вот вы! У вас была такая серьезная рана. – Алек заметил, что женщина говорила не на гэльском языке, а на шотландском диалекте. – А теперь сядьте, Александр Фрейзер, и поешьте супа. – Женщина улыбнулась, подоткнула подушки и положила на кровать еще одно одеяло, хотя в комнате и так было очень тепло. Алек улыбнулся.

Он заметил, что Мэри Мюррей была довольно красива – цветущая и пышущая здоровьем женщина, с ясными голубыми глазами и обрамляющими лицо темными локонами, выбивающимися из-под кружевного чепца. Она взяла с подноса небольшую фарфоровую чашку, наполненную густой темной жидкостью, чей насыщенный аромат показался Алеку до боли знакомым.

– Шоколад. – Мужчина едва не застонал.

– Да. Кейт сказала, что ваша семья производит шоколадную пудру, которой мы пользуемся. А еще чай и кофе! «Фрейзере фенсис»! Подумать только! – Женщина улыбнулась, сложив руки на груди. – У вас отличный шоколад. Нейл всегда покупает его мне, когда ездит в Перт или Каллендер на рынок. Я люблю время от времени выпить горячего шоколада. А ваши шоколадные плитки… Просто нет слов.

– Я рад, что вам нравится, – ответил Алек, беря из рук женщины чашку. – Я пришлю вам еще, когда вернусь в Эдинбург.

– Ох, да не беспокойтесь обо мне.

– Это не составит труда. – Алек сделал небольшой глоток. Горячий шоколад оказался очень вкусным, сладким, с толстым слоем пены наверху. – Превосходно, миссис Мюррей. Достаточно горячий, и такая густая пена. Мне нравится, когда в шоколад добавляют сахар. – Алек никогда не был любителем горячего шоколада, но он вдруг понял, что этот напиток ему действительно понравился.

– Это горький шоколад, без добавления сахара. Для его приготовления нужны очень густые сливки, – сказала Мэри. – Уж я-то умею их взбивать. Здесь, в Данкриффе, есть специальный серебряный кувшин с веничком внутри… Как же он называется?

– Молинилло, – подсказал Алек. – Сбивалка для шоколада.

– Точно. Дома у меня такого нет, поэтому я переливаю сливки из чашки в чашку. Получается очень густая пена, если постараться.

– Это старый способ. Надежный и проверенный, – сделал еще глоток. – Значит, вы используете шоколадные плитки, в которые добавляете сахар? Наш порошок уже смешан с сахаром, спрессован в плитки и запакован в оловянные банки. Их остается только поломать на кусочки и залить кипящей водой.

– Да. Но получается недостаточно сладко. Думаю, в городе пьют очень горький шоколад.

– Но ваш и впрямь восхитителен. – Алек дал себе слово прислать Мэри не только ящик шоколадного порошка, но и хороший серебряный чайник для шоколада и сбивалку. – Когда увижу моих тетю с дядей, непременно скажу им, что самый вкусный шоколад я пил в горах.

– Спасибо, капитан Фрейзер, – ответила Мэри, беря из его рук пустую чашку и заменяя ее большой тарелкой с горячим супом. Сядьте повыше, иначе прольете. Это говяжий бульон с овощами с моего огорода. Овощи в этом году дороги, так что доедайте все.

Алек послушно уселся на кровати и взял из рук женщины тарелку и ложку.

– Спасибо. Я очень благодарен вам за заботу, миссис Мюррей.

– Да что там! Вы были слабы, словно младенец, когда я впервые вас увидела. Силы быстро к вам вернутся, потому что вы очень крепкий мужчина, – сказала Мэри, одобрительно улыбаясь, и Алек тихонько засмеялся, услышав скрытый в словах женщины комплимент. – Но вы должны отдыхать и есть бульон, чтобы восстановить их.

Алек кивнул, отхлебнул супа и оглядел комнату – мебель красного дерева, парчовые гардины цвета слоновой кости, яркие турецкие ковры, устилавшие деревянный пол.

– Данкрифф – очень красивый замок, – сказал Алек. – И на удивление уютный.

– Это верно. Главы клана Карран сейчас нет дома. Уехал в горы с лордом Кинноулом, мужем Софи, сестры мисс Кэтрин. Нейл с сыновьями встретил вас на земле Кинноула.

Алек кивнул, тронув забинтованную руку на перевязи.

– А вы не знаете, как случилось, что мы столкнулись с ними в тот день?

– Нейл и наши сыновья были в горах и услышали, как вы зовете Кэтрин. Когда они увидели ваш красный мундир, то решили, что вы ее враг. Они искали ее с того самого дня, когда… мы слышали, что ее арестовали «красные мундиры». А потом чудо вернуло ее нам.

Очевидно, миссис Мюррей знала о роли Кейт во всей этой истории, и Алек слегка нахмурился. Наверняка об этом было известно всем в Данкриффе.

– Вы родственница Кейт Маккарран, миссис Мюррей?

– Не кровная. Мы дружим с ее семьей.

Алек кивнул, еще раз оглядев комнату. Пока он не выходил за ее пределы и не видел всего замка. Вид на горы, открывающийся из высокого окна, захватывал дух.

– Чудесное место.

– Вы увидите больше, когда сможете вставать. Да не забудьте взглянуть на магический кубок. Это самое дорогое, что есть у клана. Его хранят в гостиной. Говорят, что из поколения в поколение членам клана Маккарран передается магический дар. Он есть у Кейт и Софи и является источником всех их бед. – Мэри озорно улыбнулась.

– Могу себе представить. А вы давно знаете мисс Маккарран?

– Мы знаем Кэтрин, ее сестру и брата с детства. – Мэри прищурила глаза. – А насколько хорошо знаете ее вы, сэр?

Алек откашлялся и опустил ложку в суп.

– Не слишком хорошо, – наконец ответил он.

– Все мужчины хотят узнать ее получше, и поэтому родным приходится защищать ее от них. – Мэри задумчиво посмотрела на Алека.

– Мне кажется, – пробормотал он, – они могли бы лучше оберегать ее.

– Так действительно может показаться со стороны. Но ведь у нее есть магический дар. Так что им остается либо запереть ее в башне, либо извлечь как можно больше пользы из ее врожденных способностей. Вы, наверное, знаете, что в ней есть нечто особенное, капитан.

Алек печально улыбнулся.

– Что-то слышал об этом. Какое-то красивое семейное предание.

– Существует много историй о магическом даре Маккарранов. Кто-то обладает такой притягательностью, что может очаровывать и подчинять себе, кто-то умеет разговаривать с растениями или предсказывает будущее, а некоторые исцеляют любые болезни… Об этом клане ходит много легенд. Они умеют колдовать, эти Маккарраны. – Мэри улыбнулась, и ее глаза заблестели.