Барабаны осени. Книга 2. Удачный ход - Гэблдон Диана - Страница 144

— Они… они не ссорятся?

— Посмотрите сами. — Клэр сунула руку за спину лорда Джона и с удивительной для женщины такого хрупкого сложения силой приподняла его. Поверх балюстрады лорд Джон увидел две фигуры в глубине сада, склонившие головы друг к другу. Пока он смотрел на них, они обнялись, потом разомкнули объятия, смеясь над неуклюжестью Брианны.

— Думаю, мы явились как раз вовремя, — пробормотала Клэр, деловито глядя на дочь. — Ждать совсем недолго осталось.

— Я должен выразить немалую признательность за ваше своевременное прибытие, — сообщил лорд Джон, позволяя Клэр снова опустить его на подушки и поправить его постель. — Мне не так-то легко далась роль утешителя и няньки вашей дочери; если бы мне пришлось выступить еще и в роли акушерки, боюсь, меня бы это доконало.

— О, чуть не забыла! — Клэр сунула пальцы в довольно грязный кожаный мешочек, висевший на плетеном шнуре на ее шее. — Брианна сказала, чтобы я вернула это вам… ей оно больше не нужно.

Лорд Джон протянул руку, и маленькая синяя искра упала в его ладонь.

— О Боже, да она еще и изменница! — с усмешкой сказал лорд Джон.

Глава 64

Конец ожидания

Это похоже на игру в бейсбол, — объяснила я Брианне. — Долгие минуты скуки, короткие периоды крайней активности. Она рассмеялась, но тут же умолкла и скривилась.

— Ух! Активность, значит. Вот так так. — Она криво улыбнулась. — Но во время бейсбольного матча ты по крайней мере можешь еще и пить пиво и есть хот-доги, когда становится совсем уж скучно.

Джейми, уловивший лишь ту часть разговора, которая имела смысл лично для него, наклонился вперед.

— Ну, легкое пиво тут есть, охлаждается в кладовой, — сказал он, тревожно всматриваясь в Брианну. — Принести тебе?

— Нет, — твердо возразила я. — Только если тебе самому хочется; алкоголь может повредить ребенку.

— А… Ну, а как насчет горячих собак? — Он встал и сжал кулаки, явно готовый сейчас же побежать и подстрелить первую попавшуюся собаку.

— Хот-доги? Так называют жареные сосиски в тесте, — пояснила я, кусая губы, чтобы не рассмеяться. И бросила взгляд на Брианну. — Но не думаю, чтобы ей сейчас действительно захотелось съесть такую. — Маленькие капельки пота внезапно выступили на ее широком лбу, она побледнела, от чего резче выступили темные круги под глазами.

— Ох, чтоб тебе… — едва слышно пробормотала она.

Джейми, глянув на ее лицо, правильно понял смысл реплики и поспешно приложил влажную салфетку к лицу и шее Брианны.

— Прижми голову к коленям, детка.

Брианна одарила его бешеным взглядом.

— Я не могу прижать… голову… к коленям! — выдохнула она сквозь стиснутые зубы. Потом схватка прекратилась и Брианна глубоко вздохнула, на ее лицо вернулись краски.

Джейми переводил взгляд с нее на меня, встревоженно хмурясь. Потом неуверенно шагнул к двери.

— Мне, наверное, лучше выйти, если ты…

— Не уходи!

— Но если… я хочу сказать, с тобой ведь мама, и…

— Не уходи! — повторила Брианна. Она в возбуждении наклонилась, схватила его за руку и встряхнула ее, подчеркивая свое требование. — Ты не можешь уйти! Ты сказал, я не должна умереть. — Брианна напряженно всматривалась в лицо отца. — Если ты останешься здесь — все будет хорошо. Я не умру.

Брианна говорила с такой внутренней убежденностью, что у меня вдруг на мгновение свело кишки от страха, и это было весьма похоже на родовые схватки.

Но ведь Брианна была крупной девушкой, сильной и здоровой. У нее не должно было возникнуть никаких осложнений при родах.

Однако ведь и я была достаточно крепкой, и уж точно здоровой… однако двадцать пять лет назад я потеряла ребенка… шестимесячное дитя родилось мертвым, а я сама едва не погибла при этом. Я, конечно, могла защитить Брианну от послеродовой лихорадки, например, но у меня не было средств на случай внезапного кровотечения… и лучшее, что я могла бы сделать при таких обстоятельствах, так это попытаться спасти хотя бы ребенка, применив кесарево сечение. Я решительно отвела взгляд от своего медицинского ящика, в котором на всякий случай лежали стерилизованные скальпели…

— Ты вовсе не умираешь, Бри, — твердо сказала я. Мне хотелось, чтобы мой голос звучал как можно более убедительно, и я положила руку на ее плечо. Но Брианна, похоже, уловила страх, скрытый за моим профессиональным спокойствием. Ее лицо скривилось, она схватила мою руку и сжала ее так крепко, что у меня кости затрещали. Потом зажмурилась и начала дышать через нос.

Когда Брианна открыла глаза, ее зрачки расширились так, что она, казалось, смотрит сквозь меня в некое будущее, которое дано было увидеть только ей одной.

— Если я… — шепнула она, прижимая ладонь к животу. Ее губы продолжали шевелиться, но что бы Брианна ни собиралась сказать, она не смогла произнести эти слова.

Потом она с трудом поднялась на ноги и тяжело привалилась к Джейми, уткнувшись лицом в его плечо и повторяя снова и снова:

— Па, не оставляй меня, не оставляй, не уходи…

— Да никуда я не уйду, a leannan. Не бойся, я побуду с тобой. — Он обнял ее и через плечо дочери беспомощно посмотрел на меня.

— Пусть походит туда-сюда, — сказала я ему, видя, насколько он обеспокоен. — Как лошадь, у которой колики.

Это заставило Брианну рассмеяться. Джейми, с таким видом, словно он стоял рядом с готовой взорваться бомбой, обнял Брианну за талию и медленно повел через комнату. Учитывая их объединенные размеры, звучало это так, словно тут кто-то и в самом деле прогуливал лошадку.

— Ну как, порядок? — спросил он тревожно, сделав с Брианной первый круг.

— Скажу, когда станет совсем худо, — пообещала она.

День для середины мая был очень теплым; я широко открыла все окна, и нежные запахи флоксов и водосбора поплыли по комнате, смешавшись с прохладным запахом речной воды.

Весь дом замер в ожидании; я ощущала и нетерпение, и легкий затаенный страх. Джокаста бродила по террасе внизу, слишком взбудораженная, чтобы усидеть на месте. Бетти каждые пять минут просовывала голову в дверь, чтобы спросить, не нужно ли чего; Федра явилась из чулана с кувшином свежей пахты, как раз вовремя. Брианна, устремив взгляд в глубины собственного тела, лишь отрицательно покачала головой; зато я выпила полный стакан, мысленно проверяя, все ли у меня готово.

На самом-то деле всегда нужно чертовски много даже для абсолютно нормальных родов, а уж что может понадобиться в случае ненормальных… Постель была разобрана, под простыней лежали старые одеяла, чтобы защитить от крови матрас; под рукой лежала наготове груда чистых тряпок, стоял котелок с горячей водой, которую каждые полчаса заменяли на заново подогретую (на кухне непрерывно кипятили самый большой медный котел). Прохладная вода для питья и вода для обтирания лица и тела… маленький кувшинчик с маслом для растирания, комплект для наложения швов, на всякий случай… ну, а все остальное зависело только от Брианны.

Брианна ходила но комнате почти час, а потом вдруг резко остановилась и вцепилась в руку Джейми, шумно дыша через нос, как лошадь после пробега в двадцать миль.

— Я хочу лечь, — пробормотала она.

Мы с Федрой сняли с нее платье и в одной рубашке осторожно уложили на кровать. Я положила ладонь на огромный, подобный горе живот, не переставая изумляться тому, что уже произошло, и тому, что должно было произойти вскоре.

Судорога очередной схватки утихла, и я без труда прощупала изгибы тельца ребенка, скрывавшегося под тонкой кожей и слоем мышц. Ребенок был крупный, это я могла сказать наверняка, и вроде бы лежал правильно, головкой вниз, аккуратно свернувшись.

Обычно младенцы перед появлением на свет ведут себя тихо, напуганные начавшимися переменами в окружающей их обстановке. Но этот вертелся; я чувствовала ладонью отчетливые толчки, как будто малыш тыкал в нее локотком.

— Папа! — Брианна слепо зашарила рукой вокруг себя. Джейми бросился вперед и схватил руку дочери, крепко сжав ее.