Самый интересный матч - Бобров Всеволод Михайлович - Страница 44

В коллектив влились молодые силы, новые игроки, многим из которых суждено было вскоре стать славой нашего хоккея: И. Трегубов, Ю. Баулин, В. Брунов, Ю. Пантюхов. В двух играх предварительного турнира в Новосибирске дебютировал еще совсем юный Константин Локтев, один матч провел сразу обративший на себя внимание Вениамин Александров.

Серьезная тренировка, серьезное отношение к делу сыграли свою роль - мы стали чемпионами, выиграв 17 встреч и только одну проиграв. 142:16 - вот соотношение шайб, которое вряд ли требует комментариев.

Старый год был уже на исходе. Мы готовились к очередному чемпионату мира. В середине декабря сборная прибыла в Стокгольм. Мы даже не ожидали, что у нас здесь теперь так много искренних друзей. Советских хоккеистов узнавали везде. Нас окружали на улицах, просили автографы, а то просто приветствовали двумя хорошо понятными каждому из нас словами:

– Мир! Дружба!

Тренировочный матч против сборной Швеции собрал 17000 зрителей. Газеты напоминали, что на чемпионате наши команды сыграли в труднейших условиях вничью - 1:1. «Сегодня спор продолжается. Его исход очень важен для определения истинного соотношения сил в континентальном хоккее»,- писала «Моргенпоетен».

Первый матч прошел в красивой борьбе. Шведы показали очень упорную игру в обороне, правильное, допускаемое правилами силовое единоборство, Только в конце первого периода Юрий Крылов забил шайбу. Во втором периоде две шайбы провела наша тройка. Общий результат - 3:0. На следующий день нужно было улетать, но хозяева обратились к нам с просьбой сыграть матч-реванш.

Что ж, реванш так реванш. Мы согласились. Встреча была назначена на 28 декабря. Накануне капитан шведской сборной заявил представителям прессы: «Мы постараемся победить во что бы то ни стало. Если нам это не удастся - значит, сделать это было просто невозможно».

Нужно отдать справедливость хозяевам поля, они играли великолепно. И, может быть, реванш удался бы, если бы не великолепная игра нашей защиты. Она проявила подлинный героизм, сдерживая натиск рвущихся в атаку шведских спортсменов. Мы победили с минимальным счетом - 3:2.

Здесь, в столице Швеции Стокгольме, в уже хорошо знакомом нам отеле «Мальме» встречали мы новый, 1955 год. В одном из номеров соорудили елку, украсили ее флагами Советского Союза, Швеции, нарядно одели. Часов в десять вечера пришел к нам первый гость - господин Брор Бюре. Тот самый обыкновенный житель шведской столицы, который первый нас поздравил телеграммой со званием чемпиона мира.

– Вы навсегда мои лучшие друзья. А Новый год принято встречать с друзьями,- сказал он.

Получили мы от него новогодний подарок - альбом вырезок из шведских газет и журналов, посвященных нашей сборной.

Через полчаса приехали шведские хоккеисты. Они тоже решили быть в эту ночь с нами, отказавшись от домашнего уюта. Мы были очень растроганы этим дружеским жестом. Но приятные сюрпризы не кончились на этом. Позвонил портье и попросил спуститься за телеграммами. Целая гора телеграмм. От сборной Чехословакии. От спортсменов Германской Демократической Республики. От сотен друзей из СССР….

Без четверти двенадцать, когда в номере гремит музыка, звучат песни, вдруг раздается телефонный звонок. Вызывает Москва. На проводе - председатель Комитета физкультуры Н. Н. Романов.

– Поздравляю вас, дорогие друзья,- говорит он.- Знайте, что Москва, вся страна с вами.

Да, мы знали это. Это чувство никогда не покидало нас.

Посетив Швейцарию и выиграв у ее сборной 11:2, мы вернулись домой, а уже 7 января в Москве принимали гостей - сборную Швеции. Матч с ними, как всегда, был очень интересным и закончился нашей победой - 4:2. Потом провели тренировочный матч со сборной Чехословакии и тоже выиграли - 3:0. Все, кажется, шло хорошо.

Но на очередном чемпионате мира нас ожидало очень горькое и обидное разочарование. Мы заняли второе место, проиграв сборной Канады с крупным счетом 6:5. Ни завоеванное звание чемпионов Европы, ни второй приз не могли нас утешить.

Однако надо было спокойно разобраться в том, что же произошло, почему такая неудача, что послужило причиной падения после высокого взлета. Я думаю, что выводы, к которым мы пришли тогда, не вредно вспомнить и сейчас. Они дают пищу для раздумий.

Перед первенством мира 1954 года в некоторых контрольных играх, в частности в первой игре со сборной Чехословакии, мы потерпели поражение. Это настраивало нас на критический лад, заставляло глубже и всесторонне анализировать ошибки, больше смотреть вперед. Накануне чемпионата 1955 года сложилось несколько иное положение: все без исключения контрольные игры были нами выиграны. Вольно или невольно это породило настроение некоторой самоуспокоенности, благодушия, а это, конечно, само по себе весьма страшная вещь.

Крупный проигрыш во многом объяснялся и тем, что мы позволили себе играть так же, как год назад, по тому же тактическому плану. Это было грубейшей ошибкой. Канадцы изучили его и приготовили противоядие. Зная наше стремление к атаке, к немедленному давлению, к высокому темпу, они очень плотно и празильно построили оборону. Применяя плотную персональную опеку, они встречали наших нападающих корпусом, отделяли от шайбы и остро контратаковали. Не очень сложно, но правильно. Следовательно, наш проигрыш был расплатой за примитивизм в тактике, за допущенную шаблонность, за повторение пройденного. Никогда нельзя быть тем, чем ты был вчера. Иначе - неизбежный провал. Это истина. И ее должен знать и помнить каждый спортсмен.

Уже в ходе решающего матча, проигрывая канадцам 0:2, мы совершили еще один грубый тактический просчет. Состязание велось в бешеном темпе; наши соперники, чтобы поддержать его, все время пользовались кислородом. У них, как говорится, игра шла. Что нужно было в этом случае сделать нам? Ну конечно же постараться немедленно сбить темп, «укачать» соперников спокойно раскидкой, а потом перевести матч в нужное нам русло.

Мы этого не сделали. Мы поддались безрассудному азарту, перестав думать об обороне и стремясь лишь к одному: отквитать шайбы. Такая опрометчивость, невыдержанность стоила нам еще трех шайб.

Ну и конечно проигрыш во многом объяснялся силой наших соперников. Потерпев сенсационное поражение в Стокгольме, канадцы на этот раз - впервые в истории - привезли на чемпионат по существу не одну клубную команду, как они это делали всегда раньше, а сборную, собрав в нее все лучшее, что имелось в любительском хоккее этой страны. Например, блестящую, полную боевого задора и филигранной техники игру продемонстрировали братья Уорвик.

Что ж, недаром говорят: «за битого двух небитых дают». Поражение многому нас научило, многое подсказало. В частности, мы увидели, что для побед над первоклассными командами, кроме арсенала средств, которым мы располагали, необходима была безукоризненная игра корпусом, умение вести единоборство с «жестко» играющим соперником.

Мы вернулись домой, и жизнь пошла своим чередом. В полном разгаре были игры на Кубок страны. К сожалению, Брунов и я из-за полученных травм играть не могли. Наше место в боевом строю заняла молодежь. В моей родной тройке Бабич по-прежнему играл слева, Шувалов переместился в центр, а справа от него стал тогда еще семнадцатилетний Вениамин Александров. Во второй тройке вместо Брунова в связке с Черепановым и Копыловым начал играть Константин Локтев.

– Ты знаешь, Сева,- сказал мне однажды Евгений Бабич,- прямо душа радуется, когда смотришь на этих ребят. Хорошая смена растет. И уходить уже не страшно.

– Погоди уходить,- вмешался в разговор Виктор Шувалов.- Нужно их сначала научить, поводить с собой по льду, а уж потом пусть сами….

Мне навсегда запомнился этот никем не подслушиваемый, душевный разговор ветеранов. Глубокая озабоченность о росте молодежи, о судьбах нашего хоккея была заключена в нем.