Битва за Кальдерон - Батчер Джим - Страница 114

— Амара! — закричал Бернард.

Амара подняла меч, и, когда королева налетела на нее, она лишь пошире расставила ноги. Амара не обращала внимания на несущие смерть когти и клыки, хотя понимала, что королева намерена ее убить, и все свое внимание сосредоточила на сверкании клыков ее разинутого рта.

А затем сама Амара метнулась вперед, бросив на алтарь победы все силы своих мышц и нервов, отвечающих за движение ее руки с клинком. Острие клинка вошло в раскрытый рот королевы ворда, рассекая ткани и кость. Она почувствовала удар, острую боль в руке и ноге. Потом она упала на землю.

Несколько мгновений Амара лежала неподвижно, не понимая, почему вдруг лишилась способности видеть и почему кто-то льет воду ей в лицо. Потом кто-то снял тяжесть с ее груди, и она вспомнила, что идет дождь. Бернард помог ей сесть, и Амара несколько мгновений смотрела на застывший труп королевы. Меч легионера вошел ей в рот по рукоять.

— Ты это сделала, любовь моя, — сказал Бернард. — Ты это сделала.

Она устало прислонилась к нему. Вокруг них сражались, приставив щит к щиту, около двадцати легионеров. Покрытый многочисленными ранами Дорога стоял рядом с гаргантом. Хотя зверь продолжал скалить клыки, он уже едва держался на ногах, а когда гаргант попытался ударить одного из взятых, тот легко увернулся.

Амара стерла с лица капли дождя и посмотрела на десятки и десятки взятых, продолжавших атаковать выбившихся из сил легионеров.

— Мы это сделали, — сказала она, с трудом двигая губами. — Мы это сделали вместе.

Вновь прогремел гром, полыхнула молния, и озаренные огнем тучи магической бури устремились вниз к полю битвы.

— Обнимешь меня? — тихо спросила Амара.

— Хорошо, — ответил Бернард.

А потом из-за туч вырвалась стена огня, прогремел оглушительный гром, и через мгновение две дюжины взятых превратились в пепел и почерневшие кости.

Амара ахнула, прижимаясь к Бернарду.

— Сомкнуть ряды! — приказал Бернард. — Сомкнуть ряды и не высовываться!

Амара видела, что легионеры поспешно выполняют его приказ, а Дорога уговаривает гарганта уйти на языке Маратов.

Однако ее вниманием завладела новая вспышка в небесах, там возникла восьмиконечная звезда из молний, а потом огонь устремился вниз, превратив в пепел еще одну группу взятых, еще больше первой.

Наверное, ей это только кажется. Из-за туч появились дюжины воздушных рыцарей, многие из них несли открытые носилки. И вновь молнии обрушились на ряды взятых, а потом восемь воздушных рыцарей опустились еще ниже, образовав новую восьмиконечную звезду огня, которая через мгновение обрушилась на взятых.

«Воины в доспехах, наверное, наемники», — подумала Амара. Они соскакивали с носилок и вступали в бой с оставшимися взятыми. А еще через мгновение легионеры закричали от радости — к ним вернулась надежда.

Амара попыталась встать, Бернард ее поддержал, сжимая в свободной руке меч, а наемники и легионеры быстро добили оставшихся взятых. Большинство наемников обращались с клинком с изяществом и мастерством магов металла.

— Рыцари, — прошептала Амара. — Они все рыцари. Все до единого.

Один из них тремя ударами прикончил троих взятых, небрежно повернулся к ним спиной и подошел к Бернарду еще до того, как последний взятый рухнул на землю. Это был огромный воин в тяжелых доспехах, на ходу снявший с головы шлем. У него были темные волосы и борода, старый шрам пересекал щеку, в холодных глазах читалось ледяное спокойствие.

— Вы… — сказал Бернард.

— Олдрик Меч, — продолжила Амара. — Из Волков ветра. На службе верховного лорда Аквитейна. Я думала, вы мертвы.

Капитан наемников слегка поклонился.

— Да, так считалось, — сказал он и указал на наемников, которые добивали последних врагов и искали раненых легионеров, которым требовалась помощь. — Вам привет от стедгольдера Исаны, лорд граф, графиня Амара.

Бернард поджал губы:

— Неужели? Значит, в конце концов она нашла помощь в столице.

Олдрик коротко кивнул:

— Нас прислали сюда, чтобы оказать помощь гарнизону. Приношу свои извинения за то, что не сумели прибыть раньше, нас задержала плохая погода. В результате мы смогли воспользоваться энергией бури. — Он посмотрел на небо и задумчиво добавил: — Все прошло слишком просто, но было бы непрофессионально не воспользоваться таким подарком.

— Не могу сказать, что сожалею, — ваша помощь пришла очень кстати, — заметил Бернард. — Но и ликования от встречи с вами я не испытываю. В прошлый раз вы едва не прикончили меня на стенах гарнизона.

Олдрик склонил голову набок и сказал:

— Вы были солдатом. В этом не было ничего личного, ваша светлость. Я не намерен приносить свои извинения. Могу лишь сказать, что я не испытывал удовольствия, когда делал свою работу. Однако сейчас нам следует договориться.

Бернард нахмурился, но потом кивнул:

— Да, вы правы. Я бы хотел услышать новости о стедгольдере Исане.

Олдрик кивнул:

— Конечно, хотя я могу рассказать совсем немного. Но прежде, ваша светлость…

Бернард поднял руку.

— Бернард. Вы спасли жизнь моим людям. Вам нет необходимости использовать титул.

Выражение лица Олдрика едва заметно изменилось. Он склонил голову, демонстрируя уважение, и продолжал:

— Тогда я предлагаю укрыться в пещере. Мои воздушные рыцари забрали много энергии ветра у могущественных фурий, и они постараются нам отомстить. С вашего разрешения, граф, мы перейдем в пещеру, чтобы переждать там бурю. Мои маги воды могут оказать помощь вашим раненым.

Амара хмуро смотрела на Олдрика, но, когда Бернард повернулся к ней, слабо кивнула.

— Мы решим все спорные вопросы после того, как пройдет буря.

— Прекрасно, — сказал Олдрик и отправился к своим людям.

Он сделал несколько быстрых жестов, и один из наемников тут же передал его приказ остальным. Бернард попросил собрать раненых алеранцев, и все двинулись в сторону пещеры.

— Я могу идти, — сказала Амара.

Она сделала шаг, чтобы это доказать, и едва не упала. Бернард поймал ее и поднял на руки.

— Осторожно, любовь моя. Разреши мне отнести тебя. Ты ведь получила сильный удар по голове.

— Ну да, — пробормотала она. — Ой, как же так?

Она подняла руку и коснулась шеи, где на цепочке все еще висело кольцо Бернарда.

— Ой, мы остались живы. И… мы женаты.

Бернард несколько раз моргнул и задумчиво сказал:

— Ну да. Пожалуй, ты права. Мы уцелели. И мы женаты. Полагаю, теперь мы должны оставаться вместе. Не исключено, что мы даже будем влюблены друг в друга.

— Вот именно, — сказала Амара, устало закрывая глаза и прижимаясь к его груди. — И это все портит.

Он сделал несколько шагов, продолжая без видимых усилий нести Амару, а потом спросил:

— Значит, ты готова быть моей?

Она подняла голову, поцеловала его в шею и прошептала:

— Навсегда, милорд, если вы согласны.

— Да, миледи. И это большая честь для меня, — ответил Бернард севшим голосом.