Убежденный холостях - Шелдон Дороти - Страница 16

– Мне нужно кое-что постирать и погладить. Пойду займусь этим, – сказала она, направляясь к двери.

– Здесь несколько папиных рубашек… – начала Мэрион.

– У меня очень мало времени. Ты можешь постирать их вечером, а выгладишь утром, когда я уйду на новую работу.

Мэрион зыркнула на сестру злыми глазами.

– Что это с тобой, Ариадна? Ты всегда любила домашнюю работу, годами выполняла ее и прекрасно справлялась со всем.

– Да, я полагаю, что буду еще долгие годы выполнять ее, но в первую очередь для агентства, которое мне за это платит деньги. А ты мой труд воспринимаешь как должное. Лишний раз даже спасибо не скажешь, – сухо сказала Ариадна. – А теперь мне действительно пора заняться стиркой, завтра утром я должна прилично выглядеть. Надеюсь, у тебя хватит сил приготовить ужин?..

Но не успела Ариадна включить стиральную машину, как младшая сестра ушла. На кухонном столе осталась лишь записка, в которой сообщалось, что она обещала приятелю сходить с ним в кино, так что ее не будет до вечера.

Пришлось Ариадне и ужин готовить, чтобы накормить отца, когда тот придет с работы.

И вот звонок у входной двери.

– Ты вернулась, дочка! – Отец чмокнул ее в щеку. – Рад видеть тебя, моя дорогая. Мэри совершенно не способна вести дом, ты же знаешь. Ты, надеюсь, получила деньги?

Ариадна накрывала на стол.

– Да, папа. Завтра во второй половине дня я пойду и уплачу по счетам, где они? И еще надо оставить деньги на домашнее хозяйство.

– В этой тесноте вечно все куда-то проваливается. Где-то здесь были… Один или два счета на довольно крупные суммы… Ты достаточно получила, чтобы их оплатить?

– Не уверена. Я оплачу только то, что смогу. Отец, теперь, когда совершенно ясно, что Мэрион здорова так же, как и мы с тобой, она могла бы поискать посильную работу, это было бы нам большим подспорьем. Как ты думаешь?

– Ну, моя дорогая, ведь девочке нельзя переутомляться. Если честно, мы с тобой вполне можем ее прокормить, так что пусть себе сидит дома. Мэри такая хорошенькая! Уверен, что скоро для нее отыщется приличный муж, особенно теперь, когда она стала выбираться из дома.

Ариадна в это время подавала на стол. Ей вдруг так захотелось запустить чем-нибудь в стену, перебить все чашки и тарелки; снова она попала на эту домашнюю галеру без надежды на освобождение. Но все же Ариадна подавила приступ отчаяния и только тихо сказала:

– Ужин готов, папа. Мэри ушла с каким-то приятелем в кино.

– Ну и хорошо. Должна же девочка хоть немного развлечься. Должен сказать, Ариадна, что ты не по-доброму поступила, бросив нас чуть ли не на месяц…

Ответа на сие заявление не последовало. Сразу после ужина Ариадна взялась за утюг, а ее родитель отправился смотреть телевизор. Когда Ариадна легла наконец в постель, она долго плакала, чувствуя себя совершенно несчастной.

– Какая безысходность и тоска, – горестно шептала она, уткнувшись в подушку, влажную от слез. – Кто я? Бедная простушка, изнуренная бесконечной домашней работой; простушка, которой не приходится ждать от жизни ничего хорошего. А она еще надеялась в душе, что профессор Мелвилл…

Поднялась она рано, быстро позавтракала и тотчас же направилась к остановке автобуса. Мэрион еще спала, и, уходя, Ариадна услышала, как отец стал довольно громко будить свою любимицу, потому что сама Ариадна о завтраке для него не побеспокоилась. Счета она обнаружила в ящике буфета, просмотрела и ужаснулась обозначенным в них суммам. Что делать! Платить все равно придется.

Адрес, полученный Ариадной в агентстве, привел ее на тихую улицу в восточной части Лондона, к одному из окруженных палисадниками высоких особняков викторианской эпохи с зарешеченными полуподвальными окнами. Дом казался солидным и ухоженным, и это ее обрадовало. В агентстве ей сказали, что она нужна для помощи престарелой матери домовладелицы, и оплата была обещана вполне приемлемая. Ариадна поднялась по лестнице и позвонила в дверной колокольчик.

5

Дверь ей открыла низенькая женщина в грязном переднике.

– Новая помощница? Доброго утречка, проходи, дорогуша.

Она отступила в сторону, а Ариадна вошла в просторный холл с лепным потолком, золочеными обоями и кафельным полом.

– Сюда, сюда, она уже здесь, – позвала кого-то женщина, открывая одну из дверей.

Ариадна заглянула в огромную комнату, казавшуюся все же уютной, благодаря тяжелой старомодной мебели. Занавески были наполовину опущены, закрывая окно, так что в комнате царил полумрак. На Ариадну пахнуло спертым воздухом, лекарствами. Женщина подтолкнула ее в спину и, перед тем как закрыть за ней дверь, сказала, что миссис Брик сейчас явится.

Ариадна вошла и огляделась вокруг. В углу комнаты она увидела узкую кровать и направилась к ней. Там явно кто-то лежал.

– Доброе утро, – сказала Ариадна и подумала, может ли она позволить себе смелость отдернуть шторы.

В это время дверь открылась, вошла довольно моложавая худая женщина, тотчас приблизилась к окну, отдернула шторы и, повернувшись, внимательно осмотрела Ариадну.

– Надеюсь, вы крепкая? Вы ведь из агентства?

– Да. Доброе утро.

Девушке хотелось прибавить к приветствию слово «мэм», но потом передумала; женщина даже не поздоровалась с ней. Достаточный повод, чтобы обеспокоиться: такое начало не предвещало ничего хорошего.

Женщина кивнула в сторону кровати.

– Моя мать, миссис Стрип. Будете помогать ей подниматься, умываться, одеваться и перебираться в кресло. Затем надо прибрать в комнате и поправить постель, разжечь огонь в камине и присмотреть, чтобы она получила свое теплое питье. Миссис Лоуренс уходит около половины одиннадцатого. Если я не вернусь вовремя, дождитесь меня.

– В агентстве мне сказали, что мои рабочие часы с девяти до двенадцати дня.

– Все так. Но надеюсь, вы не настолько формально относитесь к работе. Туалетная комната в холле, там вы сможете и умывать миссис Стрип. Все необходимое найдете в кухне, в конце холла. Мы еще увидимся с вами, когда я вернусь.

Не очень-то все это приятно, подумала Ариадна и еще раз огляделась вокруг, прежде чем подойти к обитательнице кровати. Мебель добротная, красивая, разве что излишне громоздка, к тому же вся покрыта пылью и потускнела без полировки. Пепел из камина пересыпался через решетку, а в одном из кресел громоздилась кипа газет. Ариадна приблизилась к кровати.

– Доброе утро, миссис Стрип.

В ответ на приветствие послышалось какое-то кряхтенье, и сморщенное как печеное яблоко личико высунулось из груды простынь, вперив в девушку зоркий взгляд.

– Я пришла помочь вам, – сказала Ариадна. – Сейчас мы умоемся и оденемся, потом я немного здесь приберусь. – Взглянув на постельное белье, она добавила: – Постелю чистые простыни.

– Не буду вставать. Мне и так хорошо.

– Прекрасно, но если вы хотите, чтобы я поменяла постельное белье, боюсь, вам все же придется встать. Посидите пока в кресле.

Ариадна помогла старой леди выбраться из постели, удивляясь, почему в агентстве ее не предупредили, какого рода работа ее ожидает, ведь здесь требуется кто-то с опытом сиделки. На то, чтобы довести миссис Стрип до туалета, умыть ее и одеть, ушел почти час. Затем, усадив старушку в кресло, Ариадна расчесала ее редкие белые волосы.

– Мне холодно, – сказала миссис Стрип. Девушка поискала и нашла в одном из ящиков гардероба шаль, укутала старуху и пообещала развести огонь.

Это заняло какое-то время. Потом Ариадна нашла миссис Лоуренс и спросила, чем вымести золу из камина, а также, где хранятся щетки, ведра, дрова для растопки и уголь.

– Я хочу сменить у миссис Стрип постельное белье. И еще мне нужен пылесос и тряпки.

– Новая метла по-новому метет, ну-ну, бог в помощь, – язвительно заметила миссис Лоуренс и добавила: – И запомни себе, дорогуша, как только мое время кончается, я сразу ухожу, минута в минуту.

Ариадна развела огонь, приготовила чай для миссис Стрип и принялась за постель. Она просто диву давалась, сколько же времени не менялись эти простыни, и была вполне удовлетворена опрятным видом постели, застланной свежим бельем. Отнеся все грязное в туалетную комнату, девушка взялась за пылесос, прошлась вокруг влажной тряпкой, удивляясь такому запустению и время от времени занимая старую леди разговором.