Младшая сестра - Грей Ронда - Страница 21

– Мне не нравится, что ты обманываешь его. Я приеду в воскресенье и поговорю с Солом, – сказал Алан.

Уж не думает ли он о предстоящем разрыве с ее братом? – забеспокоилась Трэлла..

– Сол прекрасно понимает, что я уже взрослая. – Она разгладила морщины на лбу Алана. – Мне кажется, что ты преувеличиваешь реакцию брата на наши отношения. Почему он должен быть против? Ты же его лучший Друг.

– А ты его младшая сестра, независимо от того, что уже давно выросла. Для Сола неприемлема сама мысль, что ты можешь спать с кем-то. А уж когда дело касается его лучшего друга, тут уж и говорить нечего.

Она отрицательно помотала головой, но спорить не стала. Речь шла о чем-то недоступном женскому пониманию. Алан не прав, но нет сил повлиять на его мнение.

– Я буду у вас в воскресенье, – снова повторил он.

– До воскресенья целых пять дней, и я не смогу ждать так долго.

– Боюсь, что мне потребуется именно столько времени, чтобы восстановить силы. – Ухмыльнувшись, Алан поцеловал ее в лоб. – Не забывай, что я уже не так юн.

– Для своего преклонного возраста ты еще довольно вынослив. Вот что значит здоровый образ жизни. – Девушка рассмеялась.

Долгий поцелуй Алана прервал разговор. Любовники с трудом оторвались друг от друга.

– Мне пора. – В словах Трэллы звучала почти мольба. Она будто надеялась, что Алан попросит ее остаться. Но он неохотно кивнул.

– Да. Я не хочу, чтобы Сол… – Алан оборвал фразу на полуслове, когда распахнулась входная дверь и в комнату вошла Агнес. Они были так поглощены друг другом, что не услышали, как ее машина подъехала к дому. Привычным жестом женщина захлопнула за собой дверь. В комнате повисла гробовая тишина.

Она посмотрела на Алана, который стоял у лестницы, – босой, с голой грудью и взъерошенными волосами, с расстегнутой пуговицей на поясе джинсов. Затем нежданная гостья-хозяйка перевела взгляд на девушку, стоявшую на полпути к кухонной двери. Девушка была полностью одета, но ее густые огненно-каштановые волосы беспорядочной массой лежали вокруг покрытого румянцем лица, а покрасневшие губы набухли от недавних поцелуев.

Агнес медленно подняла свои темные брови, сразу сообразив, что здесь происходило. Она снова бросила взгляд на Алана.

– Агнес…

– Ты выглядишь немного потрепанной, – произнесла мачеха, не обращая внимания на предупреждение, прозвучавшее в голосе пасынка. Ее слова предназначались Трэлле.

– Я… гм… я… – Запинаясь, девушка провела пальцами по волосам, стараясь пригладить растрепавшиеся локоны.

– Да не беспокойся, милочка. – Сдержанный смех Агнес прозвучал довольно жестко. – Я ничего никому не скажу.

– Я… – Трэлла взглянула на Алана, как бы ища у него поддержки, но все его внимание было сосредоточено на мачехе. – А вам и говорить нечего, – вымолвила она. Алан продолжал молчать.

– Не волнуйся, дорогая, – милостиво произнесла Агнес, опуская небольшой дорожный чемодан на пол. Затем она открыла черную дамскую сумочку, извлекла оттуда сигарету и золотую зажигалку, не спеша закурила. – Если учесть, что у нас с тобой появилось кое-что общее, то нам всем следует держаться вместе. Ты согласна со мной?

– Черт возьми, Агнес! – Алан быстро шагнул к ней.

– Ты зря так волнуешься, дружок. Она взрослая девочка, и я уверена, уже разбирается в таких вещах.

Слова Агнес вызвали у Трэллы непонятное беспокойство. Блеск в глазах женщины говорил о том, что той известно нечто, неизвестное другим.

– В каких вещах? – спросила девушка, не уверенная в том, что хочет получить ответ на свой вопрос.

– Это неважно, – резко оборвал ее Алан и сделал попытку встать между ней и Агнес. Но женщина сделала шаг в сторону, чтобы снова видеть Трэллу.

– Что здесь происходит? – Девушка переводила взгляд с Алана на его мачеху.

– Ты не находишь, что он действительно хорош, а? – промурлыкала Агнес.

Как бесцеремонно ворвалась в их мир эта молодящаяся женщина.

– О чем это вы говорите?

– Именно о том. Ты все правильно поняла, – Агнес махнула рукой с горящей сигаретой в пальцах, прочертив в воздухе дымовой след. – О постели. Алан просто неподражаемый любовник, уж я-то знаю!

Неприкрытый смысл только что произнесенных слов не требовал двойного толкования, но так отчаянно не хотелось верить услышанному. Мачеха все это выдумала! Трэлла перевела взгляд с нее на Алана, стоявшего в стороне с каменным лицом.

– Алан? – Голос девушки дрожал. Ну пусть же он наконец скажет, что это ложь – грязная, злобная ложь. Алан на мгновение встретился с ней взглядом, но и этого было достаточно, чтобы понять: мачеха не солгала. – Боже! – Трэллу будто ударили в солнечное сплетение. Она пыталась вздохнуть, но не могла. В том месте, где должно биться сердце, была пустота и невыносимая боль. Прикрыв рукой рот, она попятилась к двери. – Боже мой!

– Трэй! – Алан сделал к ней шаг. Его лицо было искажено мукой.

Движение Алана вывело девушку из оцепенения. Рыдая, она бросилась в кухню, где еще недавно строила воздушные замки, поверив в свое счастье, и через заднюю дверь выскочила на улицу. Дрожащими пальцами с трудом вставила ключ в замок зажигания, и в следующую секунду мотор взревел. Машина резко взяла с места.

Слезы застилали глаза, но не они мешали видеть дорогу, а те картины, которые отчетливо стояли перед ней, – Агнес в объятиях Алана.

Алан услышал, как за девушкой захлопнулась дверь, и рванулся вслед. Но мачеха остановила его, вцепившись тонкими, но очень сильными пальцами ему в рукав.

– Пусть уезжает. Она все равно не будет тебя слушать сейчас.

Да, Агнес права. Выражение глаз Трэллы действительно говорило о том, что всякие объяснения бесполезны. Да и что он мог сказать ей?

Алан вырвал руку из цепких пальцев мачехи.

– Мне, наверное, следовало сообщить тебе заранее о своем приезде, – непринужденно заметила Агнес. – Если бы я знала, что ты собираешься развлекаться с одной из местных девочек, то…

Женщина осеклась, поймав на себе ненавидящий взгляд Алана. Какое-то мгновение она выглядела почти испуганной, но быстро взяла себя в руки.

– Мне кажется, ты влюблен в эту свою ковбойку, – сказал мачеха с легким деланным смешком.

Первый раз в жизни у Алана появилось желание ударить женщину. Он тряхнул головой, отгоняя недостойную мысль. Да и что бы это дало? Знать бы, какую цель преследовала Агнес, но сказала-то она правду. Он, он сам во всем виноват. Чего гневаться на эту особу, когда истинный объект для гнева можно разглядеть в зеркале.

Не говоря ни слова, он повернулся и пошел наверх, чувствуя себя намного старше, чем когда спускался вниз по той же лестнице всего несколько минут назад. Войдя в спальню, Алан плотно закрыл за собой дверь и стоял там, глядя на постель, смятые простыни которой еще хранили следы недавней страсти.

«Мне кажется, что ты влюблен в эту свою ковбойку». Слова мачехи, сказанные с издевкой, до сих пор отдавались звоном в ушах. По иронии судьбы, именно она произнесла вслух то, что он чувствовал в своей душе. Да, он влюблен! Но еще большая ирония заключалась в том, что понял он это слишком поздно.

Прикрыв глаза, Алан не ощущал ничего, кроме щемящей тоски и боли.