Младшая сестра - Грей Ронда - Страница 18

– Еще будучи совсем молодым, Алан уже выглядел красавцем, – сказала Агнес, бросив взгляд на своего пасынка. – Он напоминал ангела с картин старых мастеров, ангела перед его падением. – Глаза мачехи снова переместились на Трэллу, рассматривая ее словно какую-то букашку. – Я считаю, что падшие ангелы более интересны. Ты согласна?

– Я никогда не думала об этом.

К чему клонит эта женщина? Что у нее на уме? Убита горем и не ведает, что болтает? Хотя выглядит она скорее скучающей, чем горюющей.

– Примите мои соболезнования, миссис Кольт, – сказала она, возвращаясь к более приличествующей случаю теме. Девушка вдруг почувствовала, что красота вдовы вызывает у нее беспокойство.

– Благодарю.

– Жаль, что внезапная смерть унесла вашего мужа… – Трэллу волновала кончина мрачного старика лишь потому, что она затрагивала Алана. А соболезнование, которое она выражала, было данью вежливости, не более.

Пока Агнес глубоко затягивалась сигаретой, которую держала в длинных, ухоженных пальцах, холодные ее глаза следили за Трэллой.

– Моего мужа не любили, мисс Кэтэр, поэтому никто не сожалеет о его кончине. Включая меня. Если вы позволите, мне надо переговорить кое с кем. – С этими словами вдова грациозно удалилась, оставив за собой ароматный шлейф дорогих духов.

Трэлла посмотрела ей вслед, чувствуя, что она как будто что-то упустила. У нее осталось впечатление, что Агнес хотела не только поразить ее своим светским видом и манерами, но и поставить на место. Только зачем бы женщине понадобилось это?

Сол и Ибер закончили разговор с учителем и стояли в дверях, ожидая Трэллу. Алан находился в другом конце гостиной. Девушка задержала взгляд на его высокой фигуре. Она надеялась поговорить с ним наедине, но, судя по всему, им это не удастся. Грустно вздохнув, она направилась к брату. Ну что ж, подождем.

Алан вошел в кабинет отца и почувствовал, как на него нахлынули мучительные воспоминания. Сколько раз его вызывали в эту комнату, чтобы отчитать за очередной проступок. Он провел здесь самые горестные минуты своего детства, слушая отца, который говорил о полной никчемности сына. Именно в этом кабинете произошла их последняя размолвка, в результате которой юноша покинул отчий дом.

Но вот он снова здесь, разве что стал постарше на двадцать четыре года и, как он надеялся, помудрее. На какое-то мгновение Алан будто въявь увидел отца, сидящего за массивным письменным столом из красного дерева. Но мужчина, поднявшийся из большого кожаного кресла, не был Джеком Кольтом.

– Алан, рад видеть тебя снова.

– Брайан. – Алан протянул руку над столом и поздоровался с человеком небольшого роста. Брайан Уоткинг, владелец небольшого ранчо в нескольких милях отсюда, разводил лошадей. Уоткинг был адвокатом и одним из немногих, кого Джек Кольт причислял к разряду относительно честных людей.

– Ты не возражаешь, что я воспользовался столом отца? – Брайан махнул рукой на потрепанный портфель и кипу бумаг, разложенных на пыльной поверхности.

– Конечно нет. Но я думаю, что тебе надо спросить об этом Агнес, так как она теперь здесь хозяйка. – Это было самое большее, что мог позволить себе Алан, чтобы попытаться выяснить причину, по которой его пригласили на вскрытие завещания. Но адвокат не клюнул на эту удочку.

– Где миссис Кольт? Мы не можем начать без нее.

– Я здесь, – раздался голос вдовы. Мужчины обернулись к двери. – Я готова выслушать последнюю волю моего дорогого, безвременно покинувшего меня мужа.

– Будьте добры, садитесь. Можем начинать, – сказал Брайан.

– Вы меня пугаете. – Агнес произнесла это слегка насмешливо, но Алан заметил, что руки мачехи немного дрожат. Женщина опустилась в одно из двух кресел, что стояли у письменного стола.

– Я предпочитаю стоять, – сказал Алан в ответ на вопросительный взгляд Брайана.

– Очень смело с твоей стороны, – с издевкой бросила Агнес.

– Завещание Джека на самом деле довольно простое, – начал адвокат, надев очки и пробежав глазами по бумагам. Алан не сомневался, что Брайан и без этого прекрасно помнил текст завещания. – Вы хотите, чтобы я зачитал вам завещание по всей юридической форме или передал его суть простым английским языком?

– Простым языком, – твердо ответила Агнес, отбросив всякую томность.

– Прекрасно. – Уоткинг поправил очки на носу, потасовал бумаги на столе и затем аккуратно разложил их перед собой. Было видно, что адвокат, чувствуя себя центром внимания, наслаждался важностью момента, стараясь продлить его.

Алан, глубоко вдохнув, заставил себя расслабиться.

Когда, казалось, атмосфера в кабинете накалилась до предела, Брайан откашлялся и постучал пальцем по бумагам.

– Мистер Кольт оставил ранчо вам двоим. Треть – своей жене, Агнес Хелен Кольт, две трети – сыну, Алану Джеку Кольту. Ты главный владелец, Алан. – Адвокат посмотрел на наследника поверх очков.

– Почему? – только и смог произнести Алан.

– Джек считал, что кровь важнее. Твой отец сказал, что на этом ранчо трудились три поколения Кольтов и он не хочет нарушать семейную традицию. Поэтому и оставил тебе львиную долю. Обычно человек, получивший такую часть, может делать с собственностью все, что захочет, – продолжал Брайан. – Но Джек оговорил определенные условия. Ты не можешь отказать миссис Кольт в праве жить на ранчо и не можешь продать свою долю никому, кроме нее. Так же и она может продать свою часть только тебе и никому другому.

Слова адвоката произвели эффект разорвавшейся бомбы – в кабинете повисла гробовая тишина. Ошеломленный наследник смотрел на адвоката. Случилось невозможное!

Тишину нарушил резкий смех Агнес.

– Отомстил-таки, старый хрен! – Вдова нервно рассмеялась, увидев пустой взгляд пасынка. – Ты что, не понимаешь? Он сделал нас партнерами и заставил жить вместе.

Алан проигнорировал слова мачехи, полностью сосредоточившись на главном: ранчо принадлежало ему, и он вернулся домой насовсем.

10

У людей, живущих в сельской местности, есть один хороший обычай – они не запирают своих домов. Об этом думала Трэлла, открывая ногой заднюю дверь дома Кольтов. Девушка вошла в кухню.

Но сельская жизнь имеет и свои недостатки: здесь все друг друга знают. Трэлла подошла к кухонному столу с двумя большими сумками. Опустив на него тяжелую ношу, она облегченно вздохнула, затем вышла и вскоре вернулась, неся в руках бутылку вина и цветы.

Девушка удовлетворенно оглядела заставленный продуктами стол – все это она купила в городке, расположенном в часе езды отсюда. Если бы она делала покупки в местном магазине, то кто-нибудь обязательно увидел бы ее и, конечно, доложил брату. Сол, само собой, захотел бы узнать, для чего куплена такая прорва еды. Ей не хотелось обманывать брата, но не могла же она сказать тому, что собирается соблазнять его лучшего друга.

Прошло уже две недели с тех пор, как Трэлла видела возлюбленного. Она понимала, почему Алан не приезжал к ним на ранчо повидаться с ней. По крайней мере, надеялась, что понимала, – Сол рассказал ей о завещании старика Кольта. Девушка помнила, как Алан говорил ей, что ужасно скучает по ранчо, поэтому, услышав о завещании, она пришла в неописуемый восторг по поводу того, что он наконец вернулся домой навсегда.

Сол встречался с Аланом накануне и за ужином рассказал сестре и жене о том, насколько занят его друг. Таким образом он невольно выдал Трэлле причину долгого отсутствия Алана. Последние годы Джек совсем не занимался ранчо. Забор и техника не ремонтировались, скот оставался без должного ухода, пастбища заросли сорной травой. Короче говоря, потребуется несколько лет, чтобы привести хозяйство в порядок.

– Алану предстоит работать не разгибаясь, – посочувствовал Сол. – Особенно сейчас, когда на дворе весна. Хорошо еще, – заметил он, – что мачеха Алана вроде бы не доставляет ему хлопот, – улетела в Нью-Йорк на следующий же день после похорон.