Гайдзин - Клавелл Джеймс - Страница 311

— Мы хотеть давать Ниппон обратно императору, де'рать правительство справедливый для весь 'рюди.

Под «всеми людьми» Хирага подразумевал всех самураев, хотя Тайрер понял так, что он имел в виду всех японцев. И, задавая Хираге вопрос за вопросом, завороженный этой уникальной возможностью взглянуть, как в окно, на внутренний механизм жизни Ниппона и японский образ мыслей, он все больше убеждался, что позиция Хираги заслуживает одобрения. Ему достаточно было лишь припомнить английскую историю и борьбу его собственного народа против «божественного права королей» и власти тиранов, чтобы начать слушать молодого японца со все большим сочувствием. Нетрудно было вспомнить, скольких жизней стоило англичанам создание парламента и власти народа для народа: голова одного короля, низложение других, революция, бунты, бесчисленные смерти, прежде чем британское владычество и Рах Britannica утвердились и расцвели.

Помятуя также о том, что он в долгу перед этим человеком, Тайрер хмуро заметил:

— Как бы там ни было, я не вижу, на что вам можно надеяться. Как только вас увидят, вас тут же схватят, будь то ваши люди или мои. Я ничего не могу сделать, чтобы помешать этому.

Хирага набрал в грудь побольше воздуха и прыгнул в пустоту:

— Один весчи, да, вы мозете сде'рать, стоба помогать мне. Помогать мне быть на кораба'рь, кораба'рь п'рыть в Анг'рию.

У Тайрера отвисла челюсть.

— А? Вы сошли с ума!

— Паза'руста, го'рос мягкий, много враги здесь, — тихо произнес Хирага, страстно взволнованный этой ошеломляющей, переворачивающей все идеей, которая вдруг обрушилась на него из ниоткуда, словно была ниспослана ему самой Аматэрасу, богиней Солнца. — Паза'руста, с'русайте. Много раз вы говорить мне учить про гайдзинов, про васа страна как мозна лучче, neh? Я ехать туда с мой брат. Мы учица как луччий де'рать правительство, васа пар'раминт. Мы учица как васа есть. Ёси прави'рьный говорит про ф'рот и армия, но я думай лучче учица банки и бизнес и торговать. Нам нузный знать луччий способ, neh? Васа способ, анг'рийский способ, neh?

Хирага продолжал красноречиво плести свою сеть; глубокая тревога и озабоченность подсказывали ему нужные слова и мягкие, вкрадчивые интонации. Это и был его окончательный план, его единственная возможность выскользнуть из капкана Ёси. Он был уверен, что один-два года, проведенные у гайдзинов, если его сведут с нужными людьми и окажут необходимую помощь, будут иметь огромную ценность для сонно-дзёи.

Это наилучший ответ на неизбежную смерть, если я останусь, восторженно размышлял он. Через год или два мы вернемся, превосходно говоря по-анг'рийски, напичканные их секретами про произвоцтво и рынока ценных бумаги, про ружья, пушки, тактику, стратегию и те методы, с помощью которых они покорили весь внешний мир, даже подчинили себе Китай!

Это Страна богов! Китай должен принадлежать нам, а не гайдзинам. Прежде чем уехать, я посвящу наших вождей сиси из Тёсю в свой план, а потом найду способ сообщаться с ними через письма.

— Это простой, Тайра-сама. Вы говорить с капитан, мы тихо-тихо на борт, нет проб'рем. Никто не нужно знать.

— Сэр Уильям никогда на это не согласится.

— Мозет, не нузна он говорить. — Хирага подался вперед и предложил главный вариант, чувствуя неуверенность: — И'ри ес'ри говорить, я говорить тоза, думай, он сог'расица, neh? Оццень вазный для анг'ричан иметь японский друг. Я хоросый друг. Дзами-сама, он тоже помогать, ес'ри просить.

— Кто?

— Дзами, с ба'рсой борода, бо'рсе как васа. Дзами.

— Джейми? Джейми Макфей?

— Да, Дзами Макфи.

Теперь, когда смысл сказанного окончательно дошел до него, Тайрер начал соображать быстрее. То, что предлагал Хирага, открывало в расчете на будущее огромные возможности. Одной из чёрт британской политики всегда было обучение — переобучение — тщательно отобранных иностранных студентов, предпочтительно из знатных и княжеских семей. Многие из них были у себя в стране радикалами или революционерами, особенно в Индии. Хирага был очень умен, и то, что он был врагом Ёси, придавало ему вес. «Суди о человеке по его врагам», — всегда говорил ему отец.

И, пережевывая на разные лады предложение Хираги, он задумался, как там его отец и мать, и его друзья, грустя, что не может увидеть их или рассчитывать вскоре оказаться в Лондоне — отпуск ему следовал не раньше чем через два года. В то же время он был горд тем, что состоит на дипломатической службе и является винтиком, пусть и крошечным, в колоссальной машине Британской империи.

Предложение Хираги было стоящим. Это могло бы сработать. Но как вывезти его отсюда и как добиться помощи в этом деле от сэра Уильяма? — Вилли являлся ключом ко всей затее.

Чем больше он раздумывал над этим, тем меньше надежд у него оставалось. В конце концов ему пришлось признать, что с его стороны было глупо даже рассматривать это предложение. С каждой секундой в нем крепла уверенность, что сэр Уильям не станет, не сможет дать своё согласие на подобный план — только не с этим человеком, признанным убийцей, не с Хирагой, который оставался всего лишь пешкой в гораздо более серьезной игре за благоволение Ёси. С точки зрения сэра Уильяма, в этом плане не было ничего заманчивого — никакой компенсации, никакой причины рисковать нажить врага в лице Ёси, будущего полноправного правителя, что бы там ни заявлял Хирага.

— Я постараюсь, — сказал Тайрер, изображая уверенность: он не забыл, что все ещё остается пленником Хираги и меч лежит совсем рядом. — Гарантировать ничего не могу, но я попытаюсь. Где вы будете?

Хирага был удовлетворен. Риск, на который он пошел, был огромен, хотя и оставлял ему пространство для маневра. Он убедил Тайру, тот теперь вновь на его стороне. Предводитель гайдзинов станет его союзником.

— Вы дерзать сик'рет?

— Конечно.

— Присылайте Райко знать. Я могу встретиться в деревне и'ри здесь. Вы говорить где, Тайра-сама. Я думаю, чем быстрее, тем луччий, для кораба'рь, neh?

— Да. Я пришлю вам записку завтра или приду сам. — Тайрер осторожно начал вставать.

Хирага просиял.

— Васа ходить Фудзико? Тайрер помрачнел в мгновение ока.

— Фудзико больше нет.

— Что? Что васа хочит сказать?

Тайрер рассказал ему и увидел, как лицо Хираги вспыхнуло.

— Но васа давали обесчаний, Тайра-сама. Мне, я сам говорить, я устроить все с Райко, neh?

— Да, но теперь контракта не будет. Райко говорит... — Тайрер замолчал, испуганный выражением лица Хираги.

— Здать, паза'руста! — Хирага стремительно вышел.

Тайрер выглянул в боковое окошко. Он никого не увидел, только ветви качались на ветру и в воздухе пахло морской солью — беги, пока есть возможность, сказал он себе, но в этот момент ему вдруг отчаянно захотелось помочиться. Он воспользовался ведром в ванной и почувствовал облегчение. Теперь он ощутил голод. И жажду. Он огляделся. Ни чайника, ни кувшина с водой. Голод и жажда словно мельничные жернова перетирали его мозг в муку — как перетирала его идея Хираги. Он не видел способа удовлетворить ни то, ни другое, ни третье. Без благорасположения сэра Уильяма Хирага окажется беспомощным ребенком в пустыне. Даже Джейми не многим сможет помочь теперь, когда он больше не служит у Струанов. Да и с какой стати он или кто-то другой должны помогать? Никакого интереса это никому не сулило. Он снова выглянул в маленькое оконце.

Выбирайся отсюда, пока есть возможность, подумал он и направился к двери. Вдруг он услышал шаги. Тайрер метнулся назад к своей подушечке. Сёдзи рывком распахнулась. Райко втолкнули в комнату, и она упала на колени перед ним, в дверях угрожающе возвышался Хирага.

— О, прошу простить меня, Тайра-сама, — подобострастно затараторила Райко, спеша извиниться и униженно загладить свою грубость, — о, прошу прощения, я совершила ужасную ошибку...

Её слова изверглись на него, как фонтан воды. Тайрер понял немногое, хотя быстро ухватил суть.

— Довольно, — твердо сказал он. — Принесите контракт сейчас. Я подписываю.