Гайдзин - Клавелл Джеймс - Страница 257

— О! — Анжелика почувствовала огромное облегчение и пожалела, что первая не подумала об этом. Несколько раз она замечала А Ток, прячущуюся в тени, её черные глаза были полны ненависти, из уголка рта стекала слюна. Она протянула ему письмо к Кеттереру. — Идти большой дом, сейчас же.

Он взглянул на имя, притворяясь, что может читать на языке варваров.

— Кусыть этот место одинаковый, хейа?

— Тайтай кушать это место одинаковый, хейа? Тайтай! Глаза Чена заискрились. Его рот растянулся в улыбке.

— Тайтай, кусыть этот место одинаковый, хейа? Тайтай-мисси?

— Ты тоже кусок ослиного помета. Наверное, я прогоню тебя — нет, это было бы слишком мягким наказанием. Я ещё подумаю о тебе. — Она улыбнулась. — Кушать внизу. Какая еда есть?

— Какая вы хочит, тайтай-мисси, мисси-тайтай? Услышав это, она рассмеялась и почувствовала себя лучше.

— Мисси-тайтай, тайтай-мисси, одинаково хорошо. Какая еда? Ваша еда, китайская еда, — вдруг объявила она, сама не зная почему. — Одинаково как вы, Чен. Китайская еда, номер один еда. Лучшая, хейа!

Чен ошеломленно уставился на неё. Это было крайне необычно. В прошлом она едва притрагивалась к кушаньям, которые так любил господин, чтобы доставить ему удовольствие, и ела европейские блюда, мясо с картофелем, пироги, хлеб, которые он и все китайцы считали пригодными только для животных.

— Еда господина, хейа? — осторожно спросил он.

— Еда тайпэна для тайтай господина! — Повелительно, подражая Малкольму, она взмахнула рукой, отпуская его, и повернулась к нему спиной.

Чен поклонился, встревоженный, и вышел, бормоча:

— Одинаковый как тайпэн есть еда, да, мисси-тайтай.

Мне необходимо развить вкус к китайской пище и хорошо разбираться в ней, подумала она, ухватившись за новую мысль. На тот случай, если я буду жить здесь часть года. Джейми говорил, что ему нравится китайская кухня время от времени, Филип отзывается о ней с большой похвалой, а Эдвард ест её постоянно...

Ах, Эдвард, Эдвард Многоликий, столько лиц и возможностей. Я не уверена на его счет. Если...

Если я произведу на свет сына, я буду счастлива тем, что частица Малкольма останется со мной навсегда. Я вернусь в Париж, потому что тогда у меня будет много денег, очень много. Тесс Струан с радостью спровадит меня подальше, и наш сын станет воспитываться наполовину как француз, наполовину как британец и будет достоин своего отца. Если родится дочь, я тоже уеду; в этом случае придется довольствоваться меньшим, но и этого будет больше, чем достаточно. До тех пор, пока я не встречу достойный титул и достойного человека.

Если мне не повезет и ребенка не будет, тогда я могу подумать об Эдварде, одновременно выторговывая у этой женщины мои вдовьи крохи — все это при условии, что Небесный Наш ошибается.

Ошибается, говоря мне, как мстительна и беспощадна эта женщина.

49

Суббота, 13 декабря

На следующий день море оставалось таким же серым, небо — тоже, но шторм выдохся. Дождь прекратился. Анжелика, Скай и Хоуг ждали в каюте катера, все ещё пришвартованного у причала Струанов; катеру уже давно было пора отправляться в Канагаву. В море за чертой залива на гребнях волн были видны белые барашки. Мрачное настроение, усугублявшееся резким сырым ветром, делало ожидание едва выносимым. Джейми и преподобный Твит опаздывали на полчаса.

— Ну что же они не поторопятся, — сказала она; нервное напряжение начало подтачивать её решимость. — Что их держит так долго?

— Нам не обязательно выходить слишком далеко в море, так что пока ещё это должно быть вполне безопасно, — произнес Скай слабым голосом: катер мягко поднимался и опускался, и его подташнивало. Мужчины были в цилиндрах, свитерах и плотных пальто,

Анжелика — в своём темно-зеленом костюме для верховой езды и сапожках, как более подходящих для морского путешествия.

Над каютой помещалась маленькая застекленная рулевая рубка. Боцман Тинкер облокотился на подоконник одного из открытых окон и попыхивал трубкой, слишком умудренный жизнью на море, чтобы задавать вопросы. Джейми Макфей просто сказал: «Завтра пораньше будь с катером у причала с полным грузом угля, только ты и кочегар понадежнее». Этого ему было достаточно. Остальное он и так скоро узнает, например, зачем разумным людям понадобилось выходить в море в такой день, когда всем разумным морякам лучше оставаться на берегу.

— Смотрите, вон он идет! — воскликнул Скай и выругался, не заметив этого.

Джейми был один, он спешил по Хай-стрит в их сторону. Прохожие здоровались с ним, удивленно хмурились и шли дальше по своим делам. Он запрыгнул на катер и закрыл за собой дверь каюты.

— Твит передумал, — объявил он, грудь его ходила ходуном, как и палуба.

— Чёрт бы побрал этого прохвоста, почему, он же согласился? — Скай был возмущен. Вместе с Джейми они решили, что лучше и безопаснее всего сочинить для священника такую историю, что в Канагаве умер рыбак-христианин, который перед смертью умолял похоронить его в море, и не возьмется ли он свершить обряд, остальное можно было бы сделать потом. Его хлопоты будут оплачены.

— Он сказал, что не в такую погоду, — ответил Джейми, тяжело дыша от быстрой ходьбы и отчаяния. — Я и так и эдак пытался уговорить его, но он только твердил: «Бедняга умер, это можно сделать и завтра, и на следующий день, погода скверная, зачем рисковать, мы вряд ли вернемся до наступления темноты, а я забыл про званый ужин. Завтра после службы, а то ещё лучше в понедельник». Вот ведь мерзавец! — Он перевел дыхание. — Это гнусно, после того как он согласился.

Анжелика почувствовала тошноту от разочарования.

— Отец Лео! Я пойду и попрошу его. Он сделает это.

— У нас нет времени, сейчас уже поздно, Анжелика, да и в любом случае Малкольм не был католиком, это было бы неправильно.

— Чёрт бы побрал Твита, — сказал Хоуг, красный от негодования. — Нам придется отложить погребение. Может быть, оно и к лучшему, море сегодня не самое подходящее. Полагаю, нам придется попытать счастья завтра? — Они все посмотрели на неё.

— На Твита нельзя положиться, — покачал головой Джейми, — завтра ему захочется отложить все до понедельника, к тому же есть ещё проблема с пакетботом, он не станет ждать дольше полудня. — Он попросил шкипера задержаться, но тот, уже и так отставая от расписания, сказал, что это все, что он может сделать.

— Нам совершенно необходимо быть на борту, никаких сомнений на этот счет быть не может, — заявил Хоуг. — Анжелика просто обязательно должна присутствовать на похоронах в Гонконге.

— Я против, — возразил Небесный Наш. — Но если она поедет, я тоже поеду.

— Отец Лео, — настаивала Анжелика. — Я обращусь к нему.

— Это было бы неправильно, — покачал головой Джейми. — Послушайте, Анжелика, есть один выход. На морских похоронах не требуется капеллана, капитан корабля может провести церемонию, так же как Марлоу поже...

В её глазах вспыхнула надежда.

— Мы попросим Джона! Скорее, давайте...

— Невозможно, я уже проверил, он на флагмане при Кеттерере и занят. — Джейми продолжал скороговоркой: — Анжелика, я капитан этого судна, у меня есть морской патент, хотя и старый, я видел достаточно морских погребений, чтобы знать, что делать и говорить, сам я никогда не проводил их раньше, но это не имеет значения. У нас есть свидетели. Если хотите, я могу провести обряд... это было бы законно. — Он увидел смятение на её лице и повернулся к Скаю. — Небесный Наш, юридически это законно? Ну отвечайте, ради бога?

— Это было бы законно. — Скай занервничал ещё больше, когда новая волна, выше и мощнее всех прочих, с громким плеском ударилась о борт. Хоуга тоже мутило.

Джейми снова набрал полную грудь воздуха.

— Анжелика, сама эта идея, все эти похороны в море — затея причудливая, чтобы не сказать больше, ещё одна маленькая несуразность Малкольму не повредит. Я принес с собой Библию и морской устав, мне пришлось забежать за ними домой, поэтому я так задержался. Ну, что скажете?