Прекрасная изменница - Смит Барбара Доусон - Страница 49

– Ни в коем случае! – негодуя, отрезала Софи. – Немедленно отпусти меня, иначе закричу!

Грант ухмыльнулся:

– Приятнее слышать, как ты кричишь от наслаждения. Почему бы тебе не нарушить собственное правило? Ведь можно доставить друг другу радость здесь и сейчас.

Желание боролось с гордостью. Как он смеет искушать ее столь откровенно, нагло и бесстыдно? Софи уперлась руками в широкую грудь и с силой оттолкнула Гранта. Тот потерял равновесие, разжал руки и даже отступил на несколько шагов.

– Все, Грант, хватит. Ты нарушаешь договор. Хочешь овладеть мной у меня в доме.

Грант хитро прищурился.

– Ничего не могу с собой поделать, дорогая. Я же гуляка и дамский угодник, не забыла? Соблазнять женщин – мое любимое занятие. – В его голосе звучала ирония. Софи поняла, что Грант умышленно строит из себя покорителя женщин. Уж не с этой ли целью он затащил ее в пустую спальню? Хотел отомстить за обидный образ беспринципного мошенника? Рассердился? А может, почувствовал себя оскорбленным?

Оказывается, Грант дорожит ее мнением о собственной персоне! Но боится показать собственную уязвимость, а потому прячется под маской грубияна и похотливого соблазнителя.

Открытие охладило гнев Софи. Она подошла к Гранту и ласково провела ладонью по его гладко выбритой щеке.

– Сети расставишь вечером, милый, – пропела она, – а сейчас нам предстоят важные дела.

Лишив соперника душевного равновесия, Софи подошла к двери и потянула за ручку. В тот же момент Грант оказался у нее за спиной: положил руку ей на талию и чувственно провел по изгибу бедра. Горячее дыхание обожгло затылок.

– Софи… – прошептал он.

– Софи? – эхом отозвался в широком коридоре женский голос. Прозвучал недоверчиво, осуждающе, возмущенно.

Окаменев от испуга, герцогиня увидела, что к ним направляется Хелен.

Глава 19

Грант не мог отделаться от мысли о неуместности встречи. Леди Хелен Рамзи повела себя как закоренелая старая дева. Кружевной чепчик на светлых волосах и бледная кожа подчеркивали огромное родимое пятно на щеке.

– В чем дело? Почему вы выходите из этой спальни вдвоем?

Грант ничуть не дорожил собственной репутацией, так что вполне мог бы сказать правду. Но дать повод осуждать Софи? Ни за что!

– Доброе утро, Хелен. Именно вас мы и разыскивали.

– Здесь?

– Разумеется, нет, – невозмутимо возразила Софи. – Сюда мы зашли в поисках улик. Этой спальней иногда пользуется Эллиот.

Хелен поджала губы так энергично, что они превратились в тонкую линию.

– Но не собираетесь же вы подозревать Эллиота в…

– В отравлении вашего брата? – пришел на помощь Грант, переключив внимание на себя. – Дело в том, что кузен не представляет жизни без чичестерских находок, а Роберт отказался их отдать. Чем не повод для убийства?

Хелен нахмурилась и задумчиво посмотрела в оба конца пустого коридора.

– Будьте добры, постарайтесь говорить тише. Мне и без того нелегко удержать слуг от досужих домыслов, особенно после того как этот сыщик с Боу-стрит засыпал их вопросами.

Напоминание о Эннибале Джонсе мгновенно вернуло Гранта к действительности и заставило насторожиться.

– В таком случае давайте обсудим это в надежном месте, – заключил он. – Лучше всего в вашей комнате. – Возможно, именно там появится возможность обнаружить новые свидетельства, способные вывести из-под подозрения Софи и в то же время вовлечь Хелен.

Старшая сестра Роберта вызывала немало вопросов. В детстве Гранту не раз приходилось видеть, как она терроризировала брата: пыталась контролировать каждый его шаг, хотела добиться безукоризненного поведения и беспрекословного подчинения. И если каким-то образом ей довелось открыть характер его взаимоотношений с Джеффри Лэнгстоном, отторжение могло оказаться настолько полным, что не исключало даже убийства.

Впрочем, скорее всего логические построения имели лишь одну цель: убедить самого себя в невинности Софи.

Хелен осуждающе посмотрела на Гранта.

– Незамужней леди не пристало входить в спальню с джентльменом, – изрекла она, метнув в сторону невестки многозначительный взгляд. – Кроме того, мне нечего обсуждать с тем, кто не является членом семьи. К тому же я не уверена в том, что Роберта умышленно отравили.

Софи взяла золовку за руку.

– Милая Хелен, не сердись. Мы всего лишь пытаемся выяснить правду, чтобы прекратить неприятные визиты этого Джонса. Ты полностью осведомлена о том, что происходит в доме. Может быть, поговорим в библиотеке? – Продолжая ее уговаривать, Софи повела золовку к лестнице.

Грант последовал за ними, с удовольствием разглядывая стройную фигурку герцогини.

Да, он знал каждый дюйм прекрасного тела, скрытого мрачным черным платьем, и все же грациозное покачивание бедер привлекало его внимание. Черт возьми! Надо было воспользоваться возможностью и соблазнить ее в голубой спальне! Стоило ли сомневаться? Все равно она считала его последним негодяем, так почему бы не прибавить к длинному списку еще один грех?

И все же он не смог этого сделать. Не смог пойти против ее воли. Конечно, в минуту страсти она бы добровольно сдалась после одного-единственного поцелуя, но потом, придя в себя, строго осудила бы его за нарушение нелепого правила. А вызвать гнев, а то и ненависть женщины, к которой его неудержимо влекло, было бы неразумно.

Поэтому он и увлек ее в спальню. Не выдержал обвинений: гуляка, игрок. А главное, не смог смириться с тем, что его признали негодным к отцовству.

Вспомнились собственные неосторожные слова: «Сам не ожидал, но внезапно оказалось, что люблю детей. Не возражал бы против пары-тройки собственных малышей». Какой дьявол дернул его за язык?

Люсьен действительно производил приятное впечатление, а чувства, которые вызывал в душе живой и искренний мальчик, оказались неожиданно теплыми. Возможно, ребенок заражал свежим, ясным взглядом на мир. А может быть, просто напоминал о существовании невинности. Как бы то ни было, а поклонение Люсьена рождало стремление соответствовать образу и стать героем.

Но путь от опекунства до собственной семьи долог и труден. Прежде всего претила мысль об ограничении свободы. Да, Софи права: он вовсе не семейный человек. Как только освободится от нынешних отношений, непременно вернется к прежней разудалой жизни: будет кутить до зари, играть в карты с завсегдатаями клуба, такими как Килминстер, Хокридж и Апдайк. И в полной мере насладится обществом женщин.

Но дело в том, что желал он только Софи. Другие женщины для него просто не существовали. Две интимные встречи в спальне и одна в кабинете лишь разожгли страсть. Несмотря на физическую близость, интригующий ореол тайны сохранялся.

Спускаясь по лестнице рядом с золовкой, герцогиня сохраняла холодность и сдержанность истинной аристократки. Прежде ей не удавалось изображать столь безоблачное спокойствие.

Услышав вопрос о секретах, она испугалась и не смогла унять дрожь. Да, Софи, несомненно, что-то скрывала. Наверняка собственное участие в смерти Роберта, что же еще?

Что, кроме страха разоблачения, могло до такой степени ее напугать?

Едва дамы удобно уселись в библиотеке, Софи устремила на Гранта выразительный взгляд. Она старалась молча убедить его в своем праве задавать вопросы Хелен. В ответ он, как всегда, посмотрел на нее с вызовом. И как всегда, темные глаза взволновали и душу, и тело.