Змеиный зуб - Келлерман Фэй - Страница 60

— Да.

— Очень сильно тянет?

— Этого бы я не сказал.

— Итак, вы, находясь под присягой, заявляете, что у вас не было никаких фривольных мыслей в отношении Жанин Гаррисон?

— Были.

— Какие именно?

— Что она привлекательная женщина.

— Свою мать я тоже считаю привлекательной женщиной. — Хейден саркастически усмехнулся. — Однако это не означает, что у меня в отношении нее возникают какие-либо мысли, связанные с сексом. Вы ведь хотели Жанин Гаррисон, не так ли, лейтенант?

— Сержант... — предостерегающе произнес Никерсон.

— Я не помню точно, какие у меня были мысли, потому что, возникнув, они почти сразу исчезли, — спокойно сказал Декер. — После этого я думал только о деле.

— Во время вашей беседы с мисс Гаррисон у вас ни разу не мелькнула мысль о том, чтобы переспать с ней? — спросила Кэтрин Белл.

— Нет.

— Вы же только что говорили «возможно», — напомнил лейтенанту Хейден.

— Я имел в виду, что, быть может, у меня и возникли какие-то мысли, когда я в первый раз ее увидел. Но во время самой беседы я думал исключительно о работе.

— Удивительно, что вам удается так быстро возбуждаться и так быстро остывать, — заметил Хейден со злобной улыбкой на губах. — Вы, должно быть, обладаете выдающимися способностями в плане самоконтроля.

Поскольку он не задал никакого конкретного вопроса, Декер не стал ничего говорить. Сержант тем временем устремил взгляд на Рину.

— Сколько лет вашей жене, лейтенант?

— Тридцать четыре года.

— А вам сорок шесть?

— Да.

— Ваша супруга значительно моложе вас, — заметила Кэтрин.

— Да.

— Это ваша первая жена? — спросил Хейден.

— Нет, она...

— Какая — вторая, третья, четвертая?

— Вторая.

— Значит, вам сорок шесть? — повторил свой вопрос Хейден.

— Да.

— Вы переживаете кризис среднего возраста, а, лейтенант?

Декер улыбнулся.

— Нет, я его уже пережил. Отсюда и разница в возрасте между мной и моей женой.

Рина снова бросила на мужа взгляд, который можно было истолковать как напоминание, что ему следует держать себя в руках.

— Лейтенант, вы были женаты, когда познакомились с вашей нынешней женой? — с елейной улыбкой поинтересовался сержант Хейден.

— Я был разведен.

— И какова причина развода? — спросила Кэтрин.

— Несходство характеров.

— Когда вы были женаты первым браком, у вас были романы на стороне, лейтенант? — снова перехватил инициативу Хейден.

— Нет.

— Вы находитесь под присягой, — в который уже раз напомнила Кэтрин Белл.

— Я это знаю. Нет, у меня не было романов на стороне.

— А внебрачные связи?

— Нет.

— Даже во время вашего брака с первой женой, несмотря на «несходство характеров»?

— До того момента, когда был оформлен официальный развод, — нет.

— А ваша вторая жена была замужем, когда вы с ней познакомились? — продолжал напирать Хейден.

— Я была вдовой, — сказала Рина.

Сержант резко повернулся к ней и вперил в нее жесткий взгляд.

— Я задал вопрос вашему мужу, мэм.

— Извините. — Голос Рины звучал искренне, и по ее глазам, устремленным на Хейдена, было видно, что она сожалеет о своей несдержанности.

Хейден тут же отвернулся, однако вмешательство Рины, казалось, нарушило ритм допроса. Видя, что сержант замешкался, за дело взялась Кэтрин Белл:

— Вы довольны своей половой жизнью, лейтенант?

— Весьма.

— Как бы вы ее оценили? Отлично, очень хорошо, хорошо...

— Отлично.

— Как часто вы занимаетесь сексом?

— Что вы имеете виду?

— Раз в неделю, два раза в неделю...

— Должно быть, чаще, раз лейтенант поставил себе и супруге оценку «отлично», — ввернул Хейден. — Ну так как, лейтенант? Сколько раз в неделю вы занимаетесь любовью?

Декер посмотрел на Рину.

— Что вы на нее смотрите, лейтенант? Разве вы не можете сами ответить на вопрос?

— Это сложно.

— Вопрос очень легкий, — возразила Кэтрин.

— Но ответить на него сложно.

— Мы ортодоксальные евреи, — пояснила Рина. — Во всяком случае, я ортодоксальная еврейка. Моя религия запрещает женщине вести половую жизнь в определенные дни каждого месяца — во время менструации и в течение семи дней после нее. Затем женщина должна совершить обряд ритуального очищения. И только после этого можно возобновить половые отношения с му...

— Вы это серьезно? — с насмешкой спросил Хейден.

— Да, сэр, вполне серьезно, — спокойно, без всякого раздражения ответила Рина. — Если хотите, могу принести очень красиво оформленные книги, в которых то, что я вам рассказала, описывается гораздо лучше и подробнее.

— Спасибо, в этом нет необходимости, — пробурчал Хейден, отводя глаза.

Выждав немного, Рина заговорила снова:

— Обычно половое воздержание длится около двух недель, после чего наступает также двухнедельный период, когда женщина может вести нормальную половую жизнь. В моем конкретном случае это немного иначе — двенадцать дней воздержания сменяются восемнадцатью днями, в течение которых мне позволено вступать в половые сношения.

— А почему так? — спросила Кэтрин.

— Вы наделены какими-то привилегиями, дающими вам право на менее жесткое соблюдение ритуала? — уточнил вопрос Хейден.

— В известном смысле...

— Но почему? — В голосе Хейдена вновь появились издевательские нотки. — Не потому ли, что вашему супругу иной раз становится невтерпеж?

— Сержант Хейден... — привстал со своего места Никерсон.

— Она сама начала этот разговор! — бросил в ответ сержант.

— Дело не в моем муже, а во мне, и причина чисто медицинская, — объяснила Рина. — Но в любом случае, думаю, теперь понятно, почему лейтенант Декер не мог ответить на ваш вопрос о том, сколько раз в неделю он занимается сексом. — Рина опустила глаза, но тут же снова подняла их и, посмотрев Хейдену прямо в лицо, улыбнулась безмятежной улыбкой. — В порядке информации: в период, когда женщине позволено вступать в половые сношения, между супругами допускается секс в любой форме.

Щеки Хейдена стали пунцовыми. Он снова отвернулся. Сукин сын, подумал Декер. Несмотря на то, что Рина была одета очень скромно, сержант явно исходил слюной. Собственно, а почему бы и нет, размышлял лейтенант, глядя на красивое лицо жены, ее широко открытые, сияющие, словно драгоценные камни, глаза, на чуть влажные розовые губы. Золотистая полоска на платке, охватывающая ее голову, и волосы, убранные в сеточку, делали Рину похожей на Клеопатру. Она производила впечатление весьма уверенной в себе женщины — вполне под стать царице Египта.

Хейден старался держаться непринужденно, но у него это не очень получалось.

— Значит, вы считаете себя ортодоксальной еврейкой? — запинаясь, пробормотал он.

— Да.

— И вы соблюдаете этот... — Он взмахнул рукой. — Этот...

— Религиозный обряд? — подсказала Рина.

— Сержант Хейден, на миссис Декер никто не подавал никаких жалоб, — решительно заявил Никерсон.

— Но она утверждает, что религиозный фактор оказывает серьезное влияние на половую жизнь ее супруга.

— И что же? — спросил Никерсон.

Сержант заколебался, переводя взгляд с Рины на Декера и обратно. Заметив нерешительность Хейдена, Кэтрин Белл пришла ему на помощь:

— Лейтенант, в тот период, когда против вас была подана жалоба Жанин Гаррисон... вы воздерживались от половых сношений со своей женой?

Недаром говорят, что все нужно делать своевременно, подумал Декер и усмехнулся про себя.

— Нет. В этот период нам не возбранялась физическая близость.

— Значит, вы с женой занимались сексом? — спросил Хейден.

— Да, — подтвердил Декер и едва удержался, чтобы не добавить: «Хочешь знать подробности, парень?»

— Когда в последний раз вы совершали половой акт?

— Вчера вечером.

— С вашей женой?

— Сержант Хейден, этот вопрос действительно вызван необходимостью? — поинтересовался Стрэпп.

— Против лейтенанта выдвинуты серьезные обвинения, капитан, — с вызовом ответил сержант. — И мы сделаем все, что нужно для...