Змеиный зуб - Келлерман Фэй - Страница 112

Она улыбнулась ему в ответ, пытаясь сдержать подступающие к глазам слезы. Когда-нибудь Питер узнает о ее участии в этом деле, подумала она, но к тому времени все уже будет позади.

Рина видела, как старые друзья сели в «порше» лейтенанта. Взвизгнула резина, и автомобиль пулей полетел прочь от дома. Закрыв дверь, она пошла на кухню — нужно было еще раз полить бульоном праздничного индюка.

41

Время приближалось к полуночи. Декер почему-то подумал о еврейской Пасхе, хотя до нее оставалось еще много месяцев. Возможно, причиной тому послужили неожиданно всплывшие воспоминания о последних полночных минутах накануне этого праздника и о первых минутах зарождающегося дня, которые всегда будили у него в душе какие-то смутные, но светлые надежды.

Вечер для лейтенанта, равно как и для Мардж и Оливера, выдался тяжелым, полным работы, суеты и всевозможной писанины. Впрочем, Декер от души надеялся, что все это себя оправдает.

Подкатив к очередному светофору, лейтенант затормозил на красный свет, но убедившись, что вокруг никого, нажал на акселератор и снова бросил свой «волар» вперед, не дожидаясь зеленого. С заднего сиденья раздался смех Оливера.

— Плевать, — пробурчал Декер. — Я устал. Пусть только какой-нибудь болван в форме попробует меня остановить.

— Что ты смеешься, Скотт, лейтенант проводит важную операцию, — подала голос Мардж, нервно прихлебывая из пластикового стаканчика остывший кофе. — Вы много потеряли, Пит, — обратилась она уже к Декеру. — Никогда не видела столько вкусной еды сразу. Рина превзошла саму себя.

— Рина в сочетании с моей матерью — это нечто!

— Ваша мать — женщина с норовом, верно, лейтенант? — заметил Оливер.

— Поаккуратнее в выражениях.

— Эй, да я весь вечер вел себя как пай-мальчик. — Скотт взглянул на Мардж, словно прося поддержки. — Разве не так?

— Так, Оливер. Ты в самом деле был послушным мальчиком.

Декер почувствовал урчание в желудке.

— Ничего, мне достанутся остатки, а остатки сладки. В смеси разных вкусов что-то есть. — Лейтенант нетерпеливо забарабанил пальцами по рулю. — Надо только поскорее все закончить.

Мардж хлопнула себя по колену рукой, в которой держала ордер на арест.

— Мне просто не верится, что это не сон.

— Давно пора было это сделать, — сказал Декер.

— Не то слово, — поддержал его Оливер. — И все-таки без чуда тут не обошлось. И откуда только взялся этот Авель — возник из ничего, как кролик из цилиндра фокусника.

— Такова была воля провидения. — Декер облизнул пересохшие губы. — А что еще это могло быть, как не воля провидения? Авель уже много лет не нанимался ни на какую работу, даже временную.

— Ну хорошо, — принялся рассуждать Оливер. — То, что Авель решил подработать на турнире теннисистов-инвалидов, — это я понимаю. Как-никак он тоже инвалид..

— После ампутации, — поправил Скотта Декер.

— Ладно, инвалид после ампутации, — нисколько не смутился Оливер. — Короче, Авель работал на турнире — с этим все ясно. Но почему он обратил внимание на Малкольма Кэри?

— Это одному Богу известно, — сказал лейтенант. — Вообще-то у Авеля острый глаз — он всегда отличался умением видеть то, чего другие не замечали.

Декер, разумеется, сам чувствовал, что его объяснения не очень убедительны. В них явно чего-то не хватало. Впрочем, он был слишком измотан, чтобы думать еще и об этом — ему предстояло много важных дел.

Все трое надолго замолчали. Декеру казалось, что время то резко ускоряет, то замедляет свой бег. Чувства детективов были обострены до предела. В черноте ночи, лишь слегка рассеиваемой расплывчатым светом стоящих вдоль дороги фонарей, они видели все вокруг с такой отчетливостью, словно был яркий солнечный день.

— Почему вы не отправили к Малкольму Скотта и меня, Пит? — наконец нарушила молчание Мардж, голос ее звучал напряженно. — Смогли бы хоть пообедать вместе с семьей.

— Кэри просил, чтобы приехал именно я. Мне не хотелось рисковать.

— Я понимаю, типы вроде Кэри бывают очень капризными, — согласилась Мардж. — Но вам не следовало нас обманывать.

Лейтенант понимал, что, ничего не сказав детективам по поводу своего неожиданного отъезда, он задел их самолюбие. Наверное, все же надо было ввести их в курс дела, но в спешке он этого не сообразил.

— Я просто решил обо всем рассказать вам чуть позже, когда уже что-то прояснится. Я и сделал это, как только мне представилась такая возможность.

— Понимаю, — вздохнув, сказала Мардж. — И все-таки я на вас обиделась. Мне ужасно жаль, что меня с вами не было.

— По крайней мере, ты хоть поела как следует.

— Да, покормили нас на славу, еда была просто фантастическая. — Оливер с довольным видом погладил себя по животу. — Слушайте, а ваш брат — занятный парень. И вполне коммуникабельный, пошутить любит.

В отличие от вас, закончил про себя фразу Оливера Декер и рассмеялся — он слишком устал, чтобы обижаться.

— Рад, что ты встретил родственную душу, Скотт.

— Мы с ним в самом деле похожи. Знаете, у меня сложилось впечатление, что вы здорово выручали Рэнди в какие-то трудные для него моменты.

— Что же в этом особенного? Он ведь мой брат.

— У вас есть Рэнди, у вас есть я, у вас есть Мардж, у вас есть Авель. Похоже, вам нравится наставлять на путь истинный заблудших овечек, а?

— А я-то тут при чем? — возмутилась Мардж.

Болтовня Оливера немного сняла царившее в машине напряжение. Однако вскоре разговор сам собой вернулся к той теме, которая в данный момент более всего занимала всех троих.

— Просто не верится, что Жанин всерьез надеялась, что ей удастся одурачить Малкольма, — сказала Мардж.

— Учитывая, что он отбывал заключение, у Жанин, по ее расчетам, имелось в запасе минимум четыре года на то, чтобы придумать, как это сделать.

— Но она должна была предвидеть, что Кэри узнает о ее помолвке.

— В тюрьме человек изолирован от внешнего мира. В том, что касается новостей с воли, Малкольм полностью зависел от Жанин.

— Но в тюрьме же получают газеты, — возразил Оливер.

— Кэри явно не читал раздел светской хроники, потому что сообщение Авеля о помолвке Жанин и Уэйда Энтони было для него как гром среди ясного неба. Она ведь сказала ему: веди себя хорошо, и я тебя дождусь.

— Кэри мог узнать о помолвке от Шона Амоса, — заметила Мардж.

— Амос не осмелился бы и близко подойти к Кэри. — Декер пригладил пальцами усы и пояснил: — Парню здорово повезло — он легко отделался. Шон, конечно, болван, но все же не клинический — так искушать судьбу он бы уж точно не стал. Глазами Кэри, обращенными в мир, находящийся за пределами тюрьмы, была Жанин. Пока ей удавалось водить его за нос, он сидел спокойно и не бузил.

— Ну и кретин же он, — пробормотал Оливер.

— Был, — поправил его Декер. — Малкольму казалось, что он влюблен.

— А как он познакомился с Жанин? — спросил Скотт. — Через Амоса или через Гринвэйлский клуб?

— Да, в общем-то, и так, и эдак, — ответил Декер. — Кэри как-то раз оказался в Гринвэйле, когда Жанин и Шон играли там в теннис. Шон их и познакомил. Мэл был сражен наповал. Ему, как он выразился в беседе со мной, «адски захотелось ее трахнуть». Потом он еще долго распространялся по поводу того, как у него на нее стоял.

— Он еще мальчишка, — улыбнулся Оливер.

— Но очень опасный мальчишка.

На некоторое время в машине вновь воцарилась тишина.

— А кто предложил Мэлу устроить пальбу в ресторане — Шон или Жанин? — возобновила разговор Мардж.

— Шон вообще не имел никакого отношения ни к расстрелу в ресторане, ни к убийству Дэвида Гаррисона. Его просто использовали, как последнего болвана.

— И Манца тоже?

— Да. — Декер повел плечами, пытаясь расслабиться. — Кэри утверждает, что расстрелять посетителей ресторана его попросила Жанин. Конечно, такое заявление ничего не стоит без доказательств. Но он готов предоставить кое-какие магнитофонные записи, которые могут подкрепить его слова.