Дневник Алины - Вивье Колетт - Страница 7

И потом, всякий раз, как я собиралась рассказать ей про мадемуазель Делис, она меня не слушала. Я поняла: ей завидно.

7, среда

Вот так история вышла с Мари Коллине! Сегодня утром она вошла в класс опустив голову, в застегнутом по самое горло пальто, и пробралась к себе на место, не раздевшись. Учительница на нее посмотрела:

— Что же это, Мари — ты разве не знаешь, что у нас есть вешалка?

— Знаю, мадемуазель, но я… мне… мне холодно!

— Холодно? Но здесь же тепло!

— Я простыла! — воскликнула Мари таким жалобным голосом, что мы все засмеялись.

Тут мадемуазель Делис строго сказала:

— Довольно глупостей — я прошу меня слушаться!

Мари бросила вокруг полный отчаяния взгляд, и медленно пошла к вешалке, расстегнула пальто, сняла… и что же мы видим? На ней нет ее бежевой школьной блузки, а старая, совсем малая и желтая, с красным воротничком, из которого торчит ее черная головка. И Мари осталась стоять, не двигаясь.

— Что ж, Маришечка, — сказала учительница ласковым голосом, — иди на место, я начинаю диктовать задачу.

На перемене мы побежали в угол двора:

— Вы видели? Видели? Это ее мачеха вытворила!

— Как забавно, — засмеялась Кармен Фанту. — Она похожа на канарейку, эта Коллине!

— А ты, — говорю я, — разодевшись так, сильнее всего похожа на тыкву! Лично мне больше по душе канарейка!

— И нам, и нам, — закричали остальные, а Кармен покраснела от злости.

Но что же произошло?

— Сегодня утром Мари хотела разжечь огонь и опалила себе блузку, — сказала Ирена Юрпен. — Тогда мачеха надела на нее вот эту блузку, которая у ней была, когда она была еще совсем маленькой. Блузка такая смешная, но Мари пришлось подчиниться.

— А почему она не рассказала обо всем этом нам? — заметила Виолетта.

— Я ее понимаю, — сказала я, — для нее это очень унизительно. Мы должны ей помочь!

— Помочь? — воскликнула Люлю Топен, — ты что, уже позабыла, как она нам швырнула в лицо все наши подарки?!

— Но мы поступили не очень деликатно!

Раньше я недолюбливала Мари, теперь я счастлива отдать ей все, что у меня есть. Остальные тоже меня поняли. Все начали думать о том, как ей помочь. Мы не можем просто взять и купить ей новую блузку. Она слишком деликатна, чтобы принять от нас подарок.

— У меня идея! — крикнула Тьенетта Жако. — Устроим лотерею, дадим один билетик Мари, и она выиграет свою блузку!

— Как интересно! — закричали остальные.

— Только, — сказала я, — остальные-то тоже должны что-нибудь выиграть. Потому что нельзя же, чтобы Мари подумала, будто мы устроили эту лотерею специально ради ее блузки.

И мы решили провести лотерею в пятницу на утренней переменке. Все сдали деньги (каждая по 1 франку 50 сантимов), и мы купим выигрыши: леденцы, мячики, альбомы — а самое главное, блузку.

8, четверг, утро

Мы спустились с Виолеттой купить блузку в универмаге, но ничего не нашли. В другом магазине увидели на витрине красивую серую блузку, но слишком дорогую: 7-75. Мы вышли и вдруг заметили маленькую лавчонку товаров по сниженным ценам: зеркальца, картинки, конфеты, золотые перстни, белые и розовые бусы.

— Давай скорее купим эти выигрыши, — воскликнула Виолетта.

— Да, — говорю я, — ты, пожалуй, права!

И вот мы стали выбирать выигрыши. Как увлекательно! Мы раскраснелись от волнения, не думали ни о чем другом. Продавец — толстый господин с бородой — сначала ничего нам не говорил, но когда увидел, что мы берем много товаров, сделался очень любезен:

— Сколько предметов вам нужно, барышни?

— 29, мсье!

— 29! Я вижу, у вас есть вкус. У меня тут есть одна вещица для истинных ценителей… таких, как вы!

И он показал нам великолепный серебряный браслет с зелеными камушками!

— Давай подарим этот браслет Мари Коллине вместо блузки? — предложила Виолетта.

Но я сказала «нет» — ведь мы устраиваем лотерею ради блузки. И мы взяли браслет на еще один выигрыш, а также три перстня, розовые бусы, круглое зеркальце и много других вещей. Продавец подсчитал:

— Итак, маленькие барышни, с вас 16–60.

— 16–60?.. Но мсье, как же так?! Это ошибка; 29 предметов по пол-франка — это 14–50!

— Однако, — возразил он, — 28 предметов — по пол-франка, а браслет стоит 2 франка 60 сантимов.

Я рассердилась:

— А почему вы об этом не сказали сразу? Это слишком дорого!

— Ну-ка, расплачивайтесь быстрее — остальные покупатели ждут!

Я хотела заспорить, вернуть браслет, но Виолетта взмолилась: «ничего не говори!» — да к тому же я и сама немного побаивалась продавца с бородой. Я заплатила, мы вышли.

— Что делать? — сказала я. — Мы не сможем купить блузку на оставшийся франк-40 сантимов. О, у меня идея: мы сейчас станем петь на улице, чтобы вернуть утерянные деньги!

— Петь? Но… где… на улице? — залепетала изумленная Виолетта.

— Конечно, на улице — так делают другие, когда хотят насобирать денег.

— Но я не хочу! — крикнула Виолетта.

Тут я закричала, что это из-за нее мы потеряли столько денег. Виолетта не отвечала, а смотрела на меня с грустью. Это меня разозлило.

Я кричала, кричала, пока мне на плечо не опустилась чья-то рука:

— Ну и ну — это что за маленькая злюка!

Это была мадемуазель Делис, она смотрела на меня изумленно:

— Что случилось, Алина?

Я ничего не могла ответить. Наконец пробормотала:

— Мадемуазель, это все из-за продавца!

И я все ей объяснила сквозь слезы: про лотерею, лавочку товаров по сниженным ценам, браслет, красивую великолепную блузку.

— И вот я решила пойти петь по улицам, чтобы заплатить за блузку, а Виолетта не хочет!

— Вполне ее понимаю! — воскликнула учительница и посмотрела на Виолетту, которая пробормотала:

— Алина не по правде рассердилась, вы знаете — это в шутку!

— Нет, нет, — говорю я, — ни в какую не в шутку!

Мадемуазель Делис пожала плечами:

— Как тебе не стыдно! Кажется, у меня есть то, что должно все уладить! — И подала Виолетте сверток, который держала в руках.

Виолетта его вскрыла и мы увидели… красивую великолепную блузку!

— О, мадемуазель, как вы догадались?

— А вот так!.. Ну, а теперь возвращайтесь-ка домой. До завтра, Алина. До завтра, Виолетточка!

Я понимала, что она не совсем мной довольна, но я была так счастлива, что даже расстроиться не смогла.

Я двадцать раз поцеловала Виолетту, и мы, счастливые, пошли назад. Виолетта спросила: как это мадемуазель Делис догадалась про лотерею? — но мне вспомнилось, каким ласковым голосом она говорила с Мари. Теперь я поняла, что она купила блузку ей в подарок. Какая она добрая!

9, пятница, вечер

Все прошло очень хорошо, и был даже настоящий успех! Когда Виолетта на переменке объявила о лотерее еще ничего не знавшим ученицам и принялась раздавать билетики, девочки бросились к ней, как сумасшедшие. Все смеялись, кроме Мари Коллине, которая в своей малой желтой блузке с грустью смотрела на нас издали. Я подбежала к ней:

— Иди, Мари, тут и тебе есть номерок — вот: 19!

— И мне? — сказала она неуверенно, а потом со слабой улыбкой взяла.

Я все хорошенько приготовила в одной большой коробке. Все ученицы, даже из других классов, столпились посмотреть. Я начала доставать бумажки:

— 27!

— Мне, — воскликнула Жаклина Муш.

Это оказалось маленькое зеркальце; она вскрикнула от радости.

Выигрыши один за другим покидали коробку: Тьенетта выиграла белые бусы, Виолетта — позолоченное колечко, а толстушка Кармен — альбом, Люлю Топен — тот красивый браслет из серебра. Слышались лишь восклицания и смех. Мари, спрятавшись за деревом, с беспокойством смотрела на мало-помалу пустеющую коробку.

— Номер 19!

— 19? Это… мне! — пробормотала она.